Сделка с профессором (СИ)
‒ Так-то лучше, ‒ пробормотал он. ‒ Лишние вопросы ни к чему.
Сквозь сон Бетти ощутила, что качка в экипаже усилилась, она хотела проснуться, но никак не могла разлепить глаза. Наконец повозка остановилась, и она услышала голос Атли:
‒ Беатрис, просыпайся. Мы на месте.
На этот раз, как ни странно, ей легко удалось открыть глаза и осмотреться. Шторки на окнах были раздвинуты, и ее поразило то, насколько серо и пасмурно на улице.
‒ Так быстро приехали? ‒ спросила она, отгоняя остатки навязчивого сна и поправляя прическу. ‒ Где мы находимся?
‒ Между Нодарской империей и Айсарийским шараатом, ‒ ответил Атли, открывая дверцу и выскакивая наружу. ‒Здесь не действуют никакие законы, никто не будет искать тебя на этой территории.
‒ Это ничейные земли? ‒ с удивлением уточнила Бетти, опираясь на протянутую руку Атли и выходя из экипажа.
‒ Я здесь хозяин, и этого достаточно, ‒ усмехнулся он и обернулся к кучеру, выгружающему большой сундук. ‒ Неси в дом, Мэт.
Беатрис присмотрелась к широкоплечему угрюмому здоровяку и поразилась тому, насколько отталкивающее у него было лицо. Черные косматые брови срослись у переносицы, густая борода и усы скрывали рот, глубоко посаженные крошечные темные глаза смотрели с безразличием.
Мэт, не говоря ни слова, без труда вскинул на плечо сундук, выглядевший весьма тяжелым, и зашагал к видневшемуся впереди дому.
‒ Не обращай на него внимания, ‒ попытался Атли сгладить произведенное неучтивостью Мэта неприятное впечатление. ‒ Он немой от рождения. Я держу его только из-за феноменальной силы. Здесь очень мало слуг. Он заменяет сразу нескольких мужчин и выполняет самую разнообразную работу. Пойдем, я тебе все покажу.
Беатрис осмотрелась и подивилась тому, что в этих краях уже кое-где лежал первый снег.
«Поразительно!‒ подумала она. ‒ Сколько же я спала, если мы успели уехать так далеко на север? В окрестностях Камелии снег выпадает только к третьему месяцу осени, а иногда и позже».
Экипаж стоял на усыпанной гравием, подъездной дорожке, ведущей от массивных кованых ворот к дому. Высокая каменная стена отгораживала территорию особняка от начинавшейся за ней пустоши. По обе стороны от прохода раскинулся парк, но в это время года высокие деревья стояли голые и черные, словно обуглившиеся, уснувшие вечным сном и преданные забвению. Они тянули свои кривые ветки над дорожкой, но так и не могли дотронуться друг до друга и горестно поскрипывали от этого. Низкие сизые облака скрывали солнце, и невозможно было определить с какой оно стороны. Бетти вздохнула, почувствовав себя неуютно в таком пустынном месте, и увидела, как ее дыхание превратилось в пар.
«Здесь гораздо холоднее, чем в Финаре», ‒ про себя отметила она, вспомнив ясное небо над домом медина Райта и приветливые солнечные лучи на рассвете.
Они обогнули деревья и очутились прямо перед широкой полукруглой лестницей, ведущей к парадному входу в трехэтажный особняк. Дом был построен из темно-серого камня, фасад выглядел строгим и непритязательным ‒ ни затейливых наличников, ни декоративных балкончиков, ни приятных для глаза лепных украшений. Две округлые башни обрамляли переднюю часть дома, по ним от земли до высоко расположенных окон ползли ростки плюща. Скорее всего, летом это смотрелось красиво, но теперь лишенные резных листьев они выглядели, словно густая смертоносная сеть притаившегося поблизости паука. На парапете черепичной крыши виднелись статуи необычных животных, замерших в таких невообразимых позах, что проходящему внизу человеку казалось, будто чудища над ним издеваются и дразнят. Беатрис не смогла сразу определить, что это были за создания, но больше всего они напомнили ей сказочных горгулий, увиденных как-то в учебнике по литературе.
С правой и с левой стороны от входа в широких окнах горел свет, только это и придавало особняку жилой вид, иначе вполне можно было решить, что он давным-давно пустует.Атли шел под руку с Беатрис, и когда они оказались перед широкими дверями, он накрыл ее замерзшие пальчики ладонью и сказал:
‒Я очень люблю это тихое, уединенное место. Только здесь я чувствую себя в полной безопасности. Надеюсь, тебе все понравится, и ты полюбишь этот дом, также как я.
Бетти смутилась и опустила взгляд, ей вдруг стало совестно за то, что особняк показался унылым и мрачным, парк пугающим, а Мэт жутким. Но Атли уже распахнул дверь и не придал значения проступившему на ее щеках легкому румянцу.
‒ Добро пожаловать в мой дом! ‒ торжественно воскликнул он и ввел ее внутрь.
Небольшой квадратный холл резко контрастировал с внешним обликом здания приятной атмосферой. Помещение ярко освещали люстры-артефакты в виде круглых металлических обручей с кристаллами, подвешенных на цепочках к выбеленному потолку. На мраморном полу темно-синие плиты чередовались с голубыми, и созданный при этом рисунок походил на шахматную доску. От пола до середины стены каменную кладку закрывали темные деревянные панели, а оставшаяся ее часть была оштукатурена и выкрашена в молочный цвет. С левой стороны от двери стояла напольная вешалка для верхней одежды и полка для уличной обуви, с правой – короткая скамейка.
Атли помог Беатрис снять плащ и повесил его вместе со своей курткой на крючки. В холл вошли две женщины в одинаковых черных платьях с белыми воротничками и передниками.
‒ С прибытием, господин Баренс, ‒ сказала та, что была пониже ростом, и сделала книксен. ‒ Рады вашему возвращению.
Беатрис машинально оценила правильность выполнения положенного приседания с поклоном и подивилась тому, как ловко их проделала служанка. На вид ей было около пятидесяти лет. Ее каштановые волосы уже тронула седина, лицо покрылось еще неглубокими, но хорошо заметными морщинами, голос стал скрипучим и утратил девичью звонкость, талия исчезла, высокая грудь опала. И только карие глаза, устремленные исключительно на Атли, блестели и выдавали ее немалое волнение, совсем как у юной особы, едва завидевшей предмет своего тайного воздыхания.
‒ Добрый день, господин, ‒ неуклюже поклонилась вторая женщина, даже не пытаясь сделать книксен.
Она отличалась плотным телосложением. Ее совершенно седые волосы выбились из небрежно скрученного узла на затылке и торчали во все стороны. Форменное платье пребывало в беспорядке, на переднике виднелись несколько бурых пятен. Мелкие морщинки испещрили ее землистого цвета лицо, а в глазах застыло по-детски наивное выражение слабоумной.
‒ Приветствую, Пруденс, ‒ тепло улыбнулся Атли первой.
Она тут же расплылась в довольной улыбке, и яркий румянец вспыхнул пятнами на ее щеках.
‒ Как ты, Кло? ‒ обратился он ко второй.
Та ничего вразумительного ответить не смогла и стояла, переминаясь с ноги на ногу, комкая огромными ладонями передник и скалясь широким ртом с редкими давно потемневшими зубами.
‒ Познакомьтесь, ‒ продолжил Атли, взяв Бетти за руку. ‒ Это ваша новая госпожа. Беатрис Сонар. С этого дня вы должны исполнять любые ее приказания с тем же усердием, что и мои собственные. Понятно?
Пруденс оглядела Беатрис с головы до ног, сжала бескровные губы и проговорила надтреснутым голосом, будто что-то застряло у нее в горле:
‒ Как прикажете, господин.
Атли кивнул и посмотрел на Кло, но та играла своими толстыми пальцами и явно не услышала слова хозяина.
‒ Я ей потом все объясню, ‒ поспешила вступиться за нее Пруденс.
‒ Ладно. ‒ Атли сдвинул брови и с неодобрением покосился на нерадивую служанку. ‒ Нам нужно привести себя в порядок с дороги. Покажите госпоже Беатрис ее комнату. Ужин можете подавать к семи.
‒ Будет исполнено, господин, ‒ поклонилась Пруденс.
Атли поцеловал ладонь Беатрис и улыбнулся:
‒ Ступай наверх и обустраивайся. Мэт, скорее всего, уже принес сундук с теми вещами, что я купил для тебя. Увидимся в столовой за ужином.
‒ Хорошо, ‒ отозвалась Бетти, хотя вовсе не стремилась отходить от него хоть на пару шагов.