Сделка с профессором (СИ)
‒ Не волнуйся, это Демон. Устал стоять без дела, вот и всхрапывает от нетерпения.
Ощутив тепло его горячей ладони, Бетти почувствовала себя увереннее и понемногу успокоилась. Обойдя заросли, они спустились к ручью, перешли на другую сторону по выпиравшим из воды большим валунам и поднялись на пригорок. В лунном свете Беатрис хорошо рассмотрела привязанного к веткам, укрытого теплой попоной огромного темного жеребца. Конь нетерпеливо перебирал копытами, а завидев хозяина, заволновался.
Атли быстро убрал в седельную сумку попону и запрыгнул на жеребца, но тот вдруг заржал и взвился на дыбы.
‒ Да чтоб тебя! Демон, уймись! ‒ рявкнул он, уцепившись за гриву непокорного животного.
Как только жеребец коснулся передними копытами земли, Атли тут же послал его вперед. Они описали по полю круг, а потом Баренс повернул коня в сторону ручья. Жеребец снова заартачился, и Атли с такой силой натянул поводья, что Бетти показалось, что губы коня неминуемо порвутся, но все обошлось.
‒ Иногда Демон просто невыносим, ‒ процедил Атли, подъехав к Беатрис. ‒ Думает, что еще может бороться со мной. Но такое никому не под силу. И после того как мы доберемся до моего убежища, я преподам ему хороший урок.
Взглянув на своенравное животное, все еще упрямо вскидывающее голову, у Бетти внутри все сжалось от сострадания к жеребцу, слезы выступили у нее на глазах, и она взмолилась:
‒ Не нужно его наказывать! Он просто устал стоять без движения. Он же не виноват, что замерз.
Атли посмотрел на нее долгим изучающим взглядом, поджал губы и пробормотал:
‒ Позже разберемся. Пора в путь. Иди сюда, я тебя подсажу.
Бетти застыла в нерешительности, но все же пересилила себя и подошла вплотную к коню. Атли помог ей взобраться на спину жеребца и устроил перед собой.
‒ Не переживай, ‒ шепнул он, склонившись к самому ее уху, ‒ Демон больше не посмеет показывать характер. Скоро мы уже будем в городе.
Беатрис робко улыбнулась и кивнула, Атли плотнее прижал ее к себе и подстегнул коня.
Как только впереди загорелись огни Финара, они свернули в сторону, объехали город кругом и, добравшись до двухэтажного дома на окраине, остановились.
‒ Ночь проведем здесь, ‒ сказал Атли, помогая Беатрис спуститься на землю. ‒ Хозяин мой хороший знакомый и надежный человек. Кроме него, в доме никого нет.
Они взошли на крыльцо, дверь тут же отворилась, будто их давно ждали, и пожилой, худощавый, опрятно одетый мужчина поклонился:
‒ Приветствую, господин Баренс. Как добрались?
‒ Все в порядке, медин Райт. Проводите девушку в ее комнату, а я проверю Демона.
Хозяин поклонился и сказал растерявшейся Беатрис:
‒ Прошу за мной, госпожа.
От непривычного обращения Бетти окончательно стушевалась и не могла сдвинуться с места.
‒ Ступай, не бойся, ‒ подбодрил ее Атли. ‒ Я сейчас вернусь и зайду к тебе.
‒ Хорошо, ‒ с трудом вымолвила она и последовала за медином.
В доме стояла невообразимая тишина, хозяин нес в руках подсвечник, и дрожащий огонек свечи тускло освещал коридор. Беатрис старалась ступать осторожно, боясь издать лишний звук, но как только они начали подниматься по лестнице, послышался душераздирающий скрип старых ступеней.
Наверху медин Райт открыл одну из дверей и сказал:
‒ Проходите, располагайтесь, госпожа. В углу есть умывальник. В конце коридора ванная комната. Если вам что-то нужно, я с удовольствием сделаю для вас все возможное. Может быть, вы голодны?
‒ Нет-нет, спасибо, ‒ пролепетала Бетти. ‒ Я воспользуюсь ванной и сразу лягу.
‒ Как будет угодно, ‒ поклонился медин, прошел в комнату и зажег свечу на узком столе у стены. ‒ Доброй ночи, госпожа.
Он отправился вниз по лестнице, а Беатрис прошмыгнула в ванную, привела себя в порядок и, скрывшись в предоставленной комнате, наконец смогла вздохнуть с облегчением и немного расслабиться.
По всему было видно, что спальню подготовили к прибытию гостей. Помещение аккуратно прибрали и проветрили, кровать, стоявшую напротив стола, заправили свежим белоснежным бельем, на тумбочке оставили кувшин с водой, стакан и колокольчик, а на спинке стула, стоявшего у окна, повесили ночную сорочку и полотенце. Бетти сняла накидку, оставила ее на краю постели и с удовольствием осушила два стакана воды, утолив мучившую ее жажду. После непривычной верховой езды мышцы ломило, тело одеревенело от холода и хотелось поскорее забраться под одеяло и уснуть.
Раздался стук в дверь, и в комнату вошел Атли, сжимая сверток в руках.
‒ Ты в порядке? Что-нибудь нужно?
‒ Нет, все хорошо, ‒ заверила она его. ‒ Медин Райт позаботился обо мне. Честно говоря, я так устала, что хотела бы поскорее лечь.
‒ Тебе, наверное, тяжело пришлось, ‒ с сочувствием в голосе произнес он. ‒ Конечно, ложись. У меня еще есть срочные дела. Нужно все подготовить к нашему отъезду. Поэтому, если ночью тебе что-то понадобится, просто позвони в колокольчик возле кровати, и хозяин все для тебя сделает.
‒ Хорошо.
‒ И вот еще что, ‒ сказал Атли, разворачивая сверток и раскладывая на постели наряд. ‒ Я приготовил платье для тебя. Конечно, оно не идеально сшито по твоей фигуре, я приобрел его на глаз. Но твоя форма слишком приметна, любой местный житель сразу же узнает в тебе адептку закрытой школы. Будет лучше, если ты сейчас отдашь ее мне и переоденешься в новое. Договорились?
Беатрис во все глаза смотрела на светло-голубое теплое платье из дорогого люкзора с оторочкой из белого меха по подолу, рукавам и воротнику. Ей никогда не доводилось видеть такие на ком бы то ни было.
‒ Тебе не нравится? ‒ спросил Атли, так и не дождавшись от нее ответа.
‒ Нет, оно потрясающее! ‒ заверила она его. ‒ Просто я ни разу такое не надевала.
‒ Оно легко застегивается, и ты сможешь справиться без посторонней помощи, ‒ отозвался Баренс, решив, что вся проблема в отсутствие женщины, способной поспособствовать с переодеванием. ‒ Я подожду за дверью. Как только управишься, дай знать.
Он скрылся в коридоре, а Бетти быстро скинула опостылевшие темно-синее форменное платье и передник, с трепетом взяла в руки новое и осторожно надела. Зеркала в комнате не было, и она с досадой прикусила губу, помянув недобрым словом медина Райта за его недогадливость. Медлить было нельзя, и она открыла дверь спальни.
‒ Я готова, ‒ сказала она.
Атли замер на пороге и оценивающе осмотрел ее с головы до ног.
‒ Тебе очень идет этот цвет, ‒ вынес он свой вердикт. ‒ И даже размер подошел.
‒ Спасибо! ‒ с восторгом проговорила Бетти. ‒ Оно очень удобное и красивое.
‒ Рад, что тебе нравится. Давай форму, я избавлюсь от нее. И ложись спать. Утром мы встанем пораньше и отправимся в одно укромное местечко. Там ты будешь в полной безопасности.
Беатрис собрала вещи и только хотела отдать, как из передника вывалился медальон с портретом ее мамы и укатился под кровать.
‒ Что это? ‒ насторожился Атли. ‒ Еще один подарок?
‒ Вовсе нет! ‒ заволновалась Бетти. ‒ Это всего лишь старый медальон с портретом. Мне бабушка его отдала перед смертью. Мне тогда десять лет было.
Баренс сразу расслабился и небрежно бросил:
‒ Больше тебе не понадобится хранить всякое старье. Я подарю тебе столько драгоценностей, сколько захочешь. А теперь отдыхай. Доброй ночи.
Беатрис еще не успела ответить, а он уже скрылся за дверью, и она услышала скрип ступенек.
‒ Но это не старье, ‒ тихо сказала она, почему-то почувствовав себя брошенной и несчастной. ‒ Это память.
Лежа в кровати, она перебирала события дня и размышляла о случившемся:
«Как странно. Еще утром я и не думала, что покину школу, а теперь я впервые засыпаю в отдельной комнате, выделенной специально для меня, и внизу хозяин дома готов выполнить любой мой каприз, стоит только позвонить в колокольчик. Удивительно! НоФ когда же Атли приобрел для меня платье? Неужели он заранее рассчитывал на то, что я отправлюсь вместе с ним?»
Эта мысль показалась Бетти тревожной и неприятной, и она постаралась все себе объяснить: