Сделка с профессором (СИ)

– Вы не могли бы прибыть в департамент для опознания Атли Баренса?
У Беатрис упало сердце, и она вцепилась побелевшими пальцами в подлокотники кресла.
– Это так необходимо? – выдавила она, спав с лица.
– Боюсь, что да, – развел руками Вилмор. – Вы главная свидетельница по этому делу. Вам нужно будет посмотреть на заключенного и сказать, он вас похитил из закрытой школы или нет.
– Я не могу увидеться с ним! – выпалила Беатрис, вскочив на ноги. – Ни за что! Даже не просите меня об этом.
– Вил, не настаивай! – отрезал Эдман. – Там и без Беатрис найдется кому указать на него. Стоит только капнуть как следует.
Черты лица Вилмора стали жестче, проступили глубокие морщины на лбу и возле рта, губы сжались в тонкую линию, и от приятного в общении человека не осталось и следа.
– Не вмешивайся, Эд! – Он мгновенно оказался возле дайны и вцепился в ее руку. – Вы знали, на что шли. Я выполнил свою часть сделки. Теперь ваша очередь довести все до конца. Или вы сочувствуете государственному преступнику и не хотите дать ход расследованию?
Бетти с ужасом смотрела на этого жестокого и властного мужчину и осознавала, что права выбора ей никто и не собирался давать. Она лишь марионетка в руках сильнейших. И так будет всегда. Какими бы неземными благами они ни соблазняли, какими бы сладкими речами ни сулили свое покровительство, какими бы подарками ни осыпали – все ложь, все бесплотный мираж самообмана.
– Не смей давить на нее! – прорычал Эдман, сжимая кулаки. Но в этот момент рана дала о себе знать, пронзив острой болью, и он схватил за сердце.
– Максис Джентес! – вскричала Беатрис и бросилась к нему. – Немедленно ложитесь! Вам нельзя перенапрягаться.
Она схватила оставленные доктором Хрюстом зелья и накапала в стакан с водой.
– Выпейте! – велела она, подавая ему разведенное лекарство. – И ложитесь отдыхать. На сегодня достаточно волнений.
Эдман схватил стакан и залпом осушил мерзкую на вкус жидкость. Боль тут же отступила, и он откинулся на подушки.
– Максис Иксли, я прибуду в департамент на опознание, как только вы пошлете за мной, – сказала Беатрис, с негодованием посмотрев Вилмору в глаза. – А сейчас соизвольте дать максису Джентесу в спокойной обстановке восстанавливаться после ранения.
Вилмор опешил от такой реакции дайны и не нашелся, что сказать в ответ.
– Ступай, Вил, – хриплым голосом выговорил Эдман. – В другой раз все обсудим.
– Я не прощаюсь, – процедил Иксли и быстрым шагом покинул комнату.
«Соплячка! – в бешенстве думал он, выходя на крыльцо. – Как она посмела так со мной разговаривать?! Да от одного моего имени весь императорский двор цепенеет! А она меня из дома выставила!»
Тут он понял, что произошло, и от души расхохотался.
«Все-таки Эд нашел идеальную женщину для себя, – с улыбкой подумал он, направляясь к портальной площадке. – Ни одна другая не поймет его благородные стремления и не разделит их. А с опознанием я все же ее дожму. В таком важном деле не до щепетильности».
Глава 30
Через три дня глава департамента прислал за Беатрис своего помощника, и она попросила Фрэнка подождать ее в гостиной. Бетти не хотела выходить из дома, не предупредив максиса Джентеса, и направилась в его комнату.
За прошедшие дня он значительно окреп, вставал с постели, передвигался по спальне, но все же быстро утомлялся и спал большую часть времени. Доктор Хрюст, узнав о болевом приступе, запретил пускать к Эдману посетителей и увеличил дозу зелий до пяти приемов в сутки. Мединна Вафия скрупулезно следила за выполнением всех рекомендаций лекаря и, не обращая внимания на угрюмый вид господина, ухаживала за ним с первозданным рвением. Правда, и Беатрис она не обделяла заботой. Хоть все признаки магического истощения у Бетти и прошли, экономка все равно заставляла ее пить снадобья и усиленно питаться.
– Максис Джентес, можно войти? – постучалась Беатрис в дверь.
– Да.
Эдман сидел на постели в светлых домашних брюках и белой расстегнутой рубашке и разбирал полученные за время его вынужденного бездействия послания. Одно из писем было от медина Джувела, он сообщал, что медальон готов, и просил прибыть за украшением.
 
Доктор Хрюст разрешил снять повязки, и теперь Бетти открылся волнующий вид на плоский живот и рельефные мышцы груди Эдмана, покрытые темными волосками. Ее взгляд тут же уцепился за мускулистый торс, и она покраснела от внезапного смущения.
– Глава департамента прислал за мной, – выговорила она, опустив глаза и стараясь не коситься на максиса Джентеса. – Не знаю, сколько меня не будет. Но я постараюсь вернуться как можно скорее.
Эдман неотрывно рассматривал вошедшую дайну и не мог налюбоваться ее милым личиком со вспыхнувшим на щеках ярким румянцем, но услышав о департаменте, помрачнел. Он намеревался сам сопровождать Беатрис на опознание, но доктор Хрюст и слышать не захотел о подобных безумствах и предупредил, что погрузит чересчур активного пациента в целебный сон, если тот не откажется от подобных преждевременных нагрузок.
И теперь Эдману ничего не оставалось, как сидеть дома и дожидаться возвращения дайны.
– Кто тебя сопровождает? – спросил он.
– Максис Такар, – ответила Бетти, вскинув взгляд. – Он обещал проводить меня обратно, как только все закончится.
Упоминание о прытком парне вконец испортило безрадостное настроение Эдмана, и он, сжав кулаки, буркнул:
– Передай ему, что он головой отвечает за тебя. И если что, я не посмотрю, что он правая рука моего друга.
Беатрис не восприняла его слова всерьез, сочтя простым проявлением беспокойства, и улыбнулась.
– Не волнуйтесь. Максис Иксли встретит нас у портальной площадки. Он заверил, что никакой опасности для меня нет. Опознание пройдет в специальном помещении. Я даже не буду напрямую общаться с преступником.
Все это Эдман и сам прекрасно знал, но неясное чувство тревоги за дайну не покидало его. Казалось, отпусти он Беатрис от себя хоть на мгновение, и она бесследно исчезнет из его жизни, как капельки росы с полевых трав под палящими лучами восходящего солнца.
Тарак пытался завязать с Бетти непринужденную беседу, ведя ее под руку к площадке для перемещений и осыпая комплиментами, но она словно была далека от него и с сосредоточенным видом думала о чем-то своем. Фрэнк вздохнул, с сожалением осознав, что ему не удастся снять напряжение перед важным для дайны делом, и активировал портальный амулет.
Они очутились во дворе департамента внутренней безопасности Нодарской империи. Высокая каменная ограда скрывала от обывателей несколько конюшен, хозяйственные постройки и широкое пространство в центре, где строилась многочисленная группа жандармов, готовясь к отправке в место назначения. Грязно-серое небо нависло сизыми тучами над огромным пятиэтажным зданием с узкими однотипными окнами. Бетти оглядела мрачное казенное строение и подивилась тому, насколько оно отталкивающе выглядит, точно зодчие специально не стали тратить время на незамысловатые украшения фасада, надеясь внушить неосознанный страх каждому входящему в обитель закона и порядка. Она с содроганием передернула плечами и увидела спешащего к ним максиса Иксли.
– Приветствую, дайна Сонар, – сказал он. – Вы почти вовремя. Пойдемте.
– Добрый день, – отозвалась Беатрис, следуя за главой департамента и его помощником в сторону крыльца.
– Баренса уже привели в допросную комнату, – продолжал Вилмор. – С ним будет беседовать дознаватель, а вы ответите на вопросы сыщика.
  Войдя в здание, максис Иксли остановился возле мраморной лестницы, ведущей на второй этаж, и дал распоряжения Тараку:
– Проводи дайну в подземелье. Как только с опознанием будет покончено, поднимайтесь в кабинет.
– Так точно, максис Иксли, – отдал честь Фрэнк.
Вилмор поспешил наверх, а Тарак повернулся к Беатрис и с беспокойством заглянул ей в глаза.
– Если тебе нужно время, чтобы собраться с духом, – сказал он, – то я могу отвести тебя в укромное место. Ты не обязана сию минуту идти в допросную.