Эра Охотников - 2 (СИ)

– Френя, задрот ты рунический, иди лесом со своими рисунками. Мы этого всё равно не понимаем. Зайди в дом, наконец!
– Но... это же твой дом? Как ты можешь не знать, что на нем написано? – удивился маг.
– Да, и в нём часто гостят представители разных рас и миров. Поэтому не трогай ни-че-го.
Эйван скрылся в дверном проёме и первым делом затопил печь. За время, пока его тут не было, дом остыл.
Оборотень не всегда прогревал жилище, часто сидел в темноте, пока находился один. Но сегодня на улице стало холодно и сыро, хотелось тепла.
И пока закипал котелок с водой, хозяин расположил гостей на кухне за небольшим столом.
Аирен села у окошка – брат любил это уютное место тоже – и отрешенно уставилась в темноту. Ближайшие узловатые деревья кое-как освещал свет из окна. Он был очень тусклым для человеческого глаза, и Эйван понимал это только по реакции Френкерена.
– У тебя очень темно.
– Я могу выкрутить мощность, но завтра за топливом генератору пойдёшь ты. А идти долго придётся, заправка в нескольких часах ходьбы отсюда.
– Можно я иначе решу эту проблему?
– Валяй.
Маг создал несколько светящихся шаров и распределил их по углам.
Глазам оборотней с непривычки стало невыносимо ярко, Аирен и Эйван недовольно прикрыли лица руками. Осознав, что много света для местных жителей – плохо, маг сбавил яркость.
– Теперь хоть оглядеться можно.
– Всё равно ничего интересного не увидишь.
Эйван, продолжая щуриться от непривычного золотистого света, вернулся на кухню и стал раскладывать по тарелкам подогретое рагу.
Что маг собрался тут разглядывать?
С тех пор, как погиб брат и ушёл едо-тень, в доме ничего не менялось. Эйван тут только спал и иногда ел. Но большую часть времени он находился где-нибудь в другом месте. Одному тут находиться было тяжело.
Сегодня, он, можно сказать, перешагнул через себя и попытался вернуться в колею прежней жизни. Но мысли всё равно поворачивали не в ту степь.
– Много тетрадей и бумаги, – маг окинул взглядом полку Эвиса. – Писатель?
– Это не моё. Вот, ешь и иди спать, ты с дороги и устал.
Эйван поставил перед гостями еду и сел между ними.
Френкерен подозрительно покосился на хозяина.
– А почему ты не ешь?
– Не настроен. – Эйван отпил отвара из сушеных ягод и лепестков и прикрыл глаза, слушая скрежет вилки о деревянную тарелку со стороны иномирного гостя.
Аирен к еде не притронулась, а изголодавший за время путешествия по мёртвым землям маг жадно поглощал трёхдневное рагу с превеликим удовольствием. Напрягать тишина гостя стала только после того, как он насытился.
– Почему я слышу неловкое молчание? У вас что-то случилось?
Аирен недовольно фыркнула, отодвинула тарелку и отвернулась к окну. Френкерен понимающе заулыбался.
– Влюблённые повздорили? Я служил при храме, ко мне часто приходили за советом семейные пары. Рао. Вам нужна помощь?
– Себе помоги, любезный, – беззлобно отозвался оборотень. В самом деле, не он ведь оказался иномирным нелегалом в бегах. И ещё с советами лезть умудряется. Таких уверенных в себе ещё поискать надо.
– Как хотите, рао. Моё дело нехитрое. Выслушать, понять, дать совет и намекнуть, если кто-то неправ, – Френкерен заинтересованно наблюдал за сердитой Аирен. Со стороны она и вправду выглядела как обидевшаяся на какую-нибудь мелочь девушка, только вот Эйван боялся открывать этот ящик Пандоры, зная нюансы.
– А знаете, что? – вдруг встрепенулась Глава. Её горящие глаза зловеще мерцали из тёмного угла. – У нас и вправду проблемы!
Эйван осторожно отставил кружку в сторону, на всякий случай. Аирен находилась в том возрасте, когда эмоции управляют разумом. Молодая и вспыльчивая, долго носившая всё в себе особа подобна бомбе замедленного действия.
И, кажется, ее прорвало.
– Что вас беспокоит, прекраснейшая? – любезно подался вперёд маг, заинтересованно сложив у подбородка узловатые пальцы и навострив красный гребень.
Наивный птиц.
– В целом, всё отлично. Только этот вот тип продал меня в вечное рабство! А так, я совершенно не сержусь! – Аирен скрестила на груди руки и принялась злобно прожигать взглядом оборотня.
 
– Я пытался вас спасти, – парировал Эйван. – Сидели бы с Эвисом в доме спокойно, остались бы свободны. И живы...
– А другого способа, как продать меня старому волчаре за спасительную вылазку, не было? Давай честно, тебе было скучно, и ты не придумал ничего лучше, как испортить мне жизнь? И теперь я вынуждена жить с этими неотесанными грубиянами! Постоянные требования и угрозы, глупые пошлые шутки! Никакой личной жизни! Хожу в обносках! Я ненавижу вас всех!
Эйван отвёл от неё взгляд. От услышанного, Френя слегка обомлел, явно не ожидая таких подробностей. Красные перья прилипли к макушке.
– У вас еще существует рабство?
– Вовсе нет, – вздохнул Эйван. – Боги не терпят лишения права выбора у человека. У нас это сильно порицалось во все времена. Но есть нюансы. Мы с Аирен больше не люди, и наша служба миру вечна, выбора у нас действительно нет. Вот только мы сами дали своё согласие на это, как ни крути.
– Я ничего не давала! – вскрикнула Аирен. – Я хотела домой. Я просто хотела домой...
Теперь она разревелась, тихо всхлипывая. Маг и оборотень осторожно переглянулись.
– Иди-ка поспи, Френя. Не лезь в это.
Маг не стал спорить и спешно удалился в указанную комнату на втором этаже. Эйван всем телом ощущал неловкость, которую испытывал гость, вмешавшись в личную разборку.
Оборотень осторожно потянул руку к девушке, но та дёрнулась и ударила по ней, зацепив тарелку.
Блюдо с грохотом покатилось по полу, разливая содержимое.
– Не трогай меня!
Эйван спрятал руки под стол и осторожно посмотрел на разъяренную волчицу. Она шмыгнула носом и вытерла лицо рукавом старой рубашки, на несколько размеров больше положенного.
Она не знает своих возможностей, не контролирует себя, и этим она опасна.
Оборотень не осуждал старого Главу, который сделал преемницей Аирен, у него выбора-то и не было, схватил первое, что под руку подвернулось, за единственную возможность ухватился. Некого из деревни было взять, кроме избитых жизнью стариков и детей.
Не винил, но невольно осуждал неудачный выбор.
Он все это время ждал, пока Аирен успокоится, примет ситуацию и освоится. Научится управлять силами. Будет готова выслушать некоторые правила, которые никто, кроме Эйвана, не станет объяснять. Только ждать, похоже, придется очень долго – это может обернуться катастрофой.
– Я хочу помочь.
– Ты. Уже. Помог! Я ухожу!
– Нет, подожди, – Эйван преградил Главе путь. Она встрепенулась и оскалилась, приготовившись нападать. Оборотень выставил перед собой ладони, призывая к спокойствию.
– Ты дошла сюда, значит стоит завершить начатое. Позволь мне договорить, а потом делай что хочешь, что прикажет строгий голос старика Гельзара в твоей голове.
Аирен, немного подумав, уступила и села обратно, продолжая одаривать оборотня ненавидящим взглядом. Красивому личику злоба не шла. Совершенно не шла, Эйвана огорчало состояние новой альфы как никогда.
Но требовалось сказать правду, пусть он и не хотел обижать несчастную девчонку.
– Надо брать себя в руки, – авторитетно заявил Эйван. – Не эмоции должны управлять тобой, а наоборот. Тем более при статусе Главы. Без этого ты не сможешь подчинить волю стаи. Там много опытных и сильных оборотней, они живут сотни лет здесь и не станут уважать тебя, если будешь вести себя как глупая девчонка. Пока что они помыкают тобой и делают, что хотят. А мне это не нравится, понимаешь?
– Сам меня загнал в это положение, – прошипела Аирен.
– Ну, хорошо. Можешь дальше винить во всём меня. Это поменяет что-то? Тебе от этого становится легче? Если да, то продолжай, я приму это...
Аирен задумалась. Эйван надеялся, что в правильном направлении. Он готов подтолкнуть её на верный путь. Но, в первую очередь, Глава сама должна сделать шаг навстречу, позволить себе помочь.