Хартблид: Цепи разума (СИ)

— А на огонь, если он сожжет твоё жилище?
— На сам огонь — нет, а вот поджигателя я урою.
— А если потоп смоет твой дом? — продолжал Гойко.
— Кажется я понял, — поднял руки Хартблид.
— Так и хтонические боги. Такова их природа, дикая и необузданная. Она не может быть плохой или хорошей, таковыми могут быть лишь последствия.
— О, я помню эту тему! — воскликнул Хартблид. — важен консеквент, так это называется!
Шаман покачал головой.
— Мораль живущих к богам не применима.
— Тогда для чего они все существуют, если к ним не применима мораль живущих? Чтобы портить нам жизнь? Мастер рассказывал о фараоне Птаитисе, о том как он позволил жить в мире людям и нежити, и как боги его за это кинули.
— Боги — лишь слуги чего-то большего.
— Тогда получается, что и Пантеон, и Тёмные боги и Хтонические боги — служат чему-то большему? Приносят какую-то пользу? А какая польза может быть от демонов? Они же зло, они убивают и мучают…
— Я помню, ты сказал, что убил насекомых в саду. И крыс в амбаре. Ты, получается, тоже зло?
— Я убил вредителей, потому что меня попросили убить вредителей. Они посевы портят, людям есть нечего будет.
— А ещё я помню, ты сказал о гриферах, которые сожгли несколько домов и возможно, вызвали Катастрофу. Они вредители?
— Да… Хм… То есть задача демонов — уничтожать вредителей?
— Отделять плохие души… Чтоб мир стал лучше. Но они забыли это.
— Как такое можно забыть? Мастер, вон, над Безмолвными как наседка вьется, для него ничего важнее нет.
— Когда по капле принимаешь яд, либо травишься, либо перестаешь его ощущать. Но становишься отравой для всего живого.
В этот момент Хартблиду показалось, что он понял природу Скверны.
— Кстати! Вы же шаман — а у меня как раз вопрос по поводу душ. Как вы думаете, есть ли у игроков души, или их тела управляются дистанционно, как марионетки, из Рунного Камня? Может быть цель Мастера недостижима?
Гойко задумчиво сделал затяжку, затем выпустил клуб ароматного дыма и отложив трубку, взял в руку бубен, негромко звякнувший кусочками меди, кости, ракушек и камня.
— Давай спросим.
  
Глава 16: Заходят, типа, в бар — шаман, демонолог и некромант…
 
 
"заходят в бар шаман, демонолог и некромант, заказывают пиво и начинают выпендриваться. Некромант вызывает вампиршу такую, красивую, клыкастую, и она поит его пивом. Демонолог вызывает суккубшу, красивую, клыкастую, просто ёбнуться, и она поит его пивом. Шаман сидит, смотрит на них, загадочно улыбается и пьет пиво, держа кружку обеими руками, допивает, выдыхает и говорит "я кончил!""
 
(из сборника "Пошлых и Несмешных Анекдотов" ЕпиТрасяна Триждыпроклятого)
 
— Вы сейчас будете духа вызывать, да? — спросил Хартблид
— Нет, я буду камлать.
— Чего?
Гойко отложил бубен и покачал головой:
— Пожалуй, сперва придется объяснить. Вы, некроманты, призываете духов мёртвых из Пелены. Мы, шаманы, отправляемся в Пелену сами. И там — общаемся с духами. Я могу взять тебя с собой, и ты увидишь, и тогда ты поймешь, почему ты пришел ко мне, а не я к тебе.
— А зачем вам идти ко мне? — озадаченно спросил Хартблид.
— Потому что кто-то должен к кому-то идти. Без этого невозможно встретиться. Ещё вопросы?
— Это опасно?
— Со мной — нет, — шаман взял бубен, бросил в огонь горсть трав, сорванных с пучка на потолке и затянул свою песню.
Хартблид некоторое время сидел неподвижно, потом почувствовал сонливость, и тут же встрепенулся, проверяя себя на наличие чар. Их не было, просто напев обволакивал сознание и заставлял смыкаться веки…
Это было похоже на видение, которое ему показывала Дайкатана. Только всё было как-то не так. Стены были словно иллюзорные, колеблющиеся словно дым. Шаман словно раздвоился, он одновременно сидел, покачиваясь и ударяя в бубен, шевеля губами, и вился дымком чуть выше. Эта, вторая его часть протянула руку Хартблиду, и тот за неё взялся, с удивлением наблюдая себя со стороны. И с ещё большим удивлением наблюдая духа-защитника, который словно обрел объем и стал выглядеть кем-то вроде стражника в остатках кольчуги и без шлема. У него было молодое, безусое лицо, на котором застыли рвение, дисциплина, стойкость и исполнительность.
 
— Как тебя зовут? — спросил его Хартблид.
— Бесполезно, — донесся словно идущий волнами голос шамана. Звуки будто наслаивались друг на друга, но оставались разборчивы. Волны, похоже, порождали удары в бубен. — От него остались лишь его качества, бывшие при жизни. Потребность в командире. Верность. Следование приказам, стойкость. Этот дух — оболочка души, которую она сбросила прежде чем уйти за Грань и обрести себя заново. У неё уже нет имени, оно стёрто.
Дух меж тем вытянулся в струнку, но не сказал ни слова.
— А Дайкатана… Что с ней будет?
— Пошли, узнаем, чего желает её душа, — шаман понесся сквозь камень наверх, Хартблид следовал за ним, словно на привязи.
Наверху всё было совсем иначе. Пелена окутывала городок сплошной завесой бледно-зеленого тумана. Дома выглядели иначе, казалось их не коснулось время, но с другой стороны, их краски выцвели.
— Это то, как духи помнят это место. Самые старые помнят его ещё долиной у скалы, но их здесь осталось мало.
— А духи помнят Катастрофу? — тут же спросил Хартблид.
— Это было ужасное событие… Оно напугало их, и не все вернулись в привычные места.
— Это из-за эманаций смерти?
— Нет. Это ведь духи, — пожал плечами шаман, паря над мостовой. — То что случилось было похоже на воронку, которая затягивала всех, кто не успел увернуться. Мне бы хотелось знать, что там случилось, но я не смог найти тех духов, кто мог бы мне это показать.
— У меня есть гипотеза, — мальчик снова поймал себя на мысли что он копирует Мастера, и отбросил эту мысль, сосредоточившись на том, что важнее. — То, что вышибло душу из игроков и повредило рунный камень — тут одно из двух. Либо камень попытался притянуть к себе души для возрождения, но что-то потянуло их в другую сторону, и он не выдержал — слабая гипотеза, учитывая к какой мощи камень должен быть подключен, либо же что-то разрушило камень, прервав связь с игроками, которые просто упали, как марионетки. Разрушительная мощь, правда, должна быть не менее велика.
— Что если обе мысли — верные? — спросил шаман, подлетая к мосту, ведущему к Заречью.
— Тогда должна быть ниточка от камня к каждому игроку. Но я её не ощутил.
— Может быть потому что камень сломан?
— Тогда я не игрок, — уверенно сказал Хартблид. — Но тогда возникает вопрос, откуда я взялся на Рунном Камне, где меня подобрал Смотритель.
— Мне кажется, один из ответов ты уже нашел, но ещё не понял этого, — шаман прошел сквозь стену и оказался в комнате Дайкатаны. На полу стоял добротно сделанный гроб, в котором лежали прикрытые саваном кости, а рядом стояла призрачная девушка.
— Хартблид! — воскликнула она, бросившись к нему с объятьями. И он их даже почувствовал.
Шаман скромно парил рядом с гробом, словно диковинная птица в своем странном, расшитом перьями, ракушками и косточками мешковатом наряде.
— Я хотел узнать, Дайкатана, куда ты дальше? Это — шаман Гойко, если тебе нужна помощь чтобы найти дорогу за Грань — он отведёт тебя туда, и ты обретешь посмертие, ну или что там у вас…
— Я не отправлюсь за Грань, — решительно сказала девушка. — Я хочу остаться здесь, потому что тебе потребуется помощь, потому что Гиб реально опасен, и я боюсь что ты не справишься…
— Гиб сейчас у Мастера, — усмехнулся Хартблид. — А Мастер куда опаснее чем кто угодно.
— Ты не понимаешь, Гиб — демонолог!
— Я его с этим поздравляю, Мастер очень сильно не любит демонов и тех кто имеет с ними дело.
— Да послушай же ты! Он не просто демонолог, он одержим демоном!
— О как, — подал голос Гойко.
— Тогда почему этот демон так тупо себя вел? Дал себя судить, выпил ложную смерть, оказался в… блядь…