Куда идем мы… - 4 (СИ)
– Но идею-то искупаться он подкинул! – не сдавался Жир. – И вот результат! Я заболел, меня натурально в жар бросает! Я уже мокрый как мышь!
– Это не тебя в жар бросает, это температура воздуха растет, – спокойно сказал неслышно появившийся Псих, вернувшийся из разведки.
Обезьян повернулся к Четвертому.
– Босс, доставай хурджин, нужно в летнее переодеваться. Дальше температура продолжит расти, и чем дальше, тем выше. Скоро жарко будет, как в какой-нибудь Саудовской Аравии.
– А почему? – затупил Четвертый, но тут же поправился. – Ну, то есть я понимаю, что это наверняка колдовство, но как-то уровень колдовства какой-то… Запредельный. Изменение климата на такой территории – это какие ресурсы нужны!
Псих понимающе кивнул.
– Босс, а что ты вообще про омские Пять Озер знаешь?
– Ну, – смутился монах. – Вообще ничего не знаю, если честно.
– А твой Пепка-Паганель что про них пишет?
– Ничего не пишет. Его здесь не было, он по транссибирскому тракту шел.
– Так я и думал, – скорбно кивнул головой Псих. – Тревел-блогеры ленивы и не любопытны. Ладно, расскажу, и помните мою доброту. История, надо сказать, очень занятное, наглядное доказательство того, как мечта изменяет мир.
Пять озер – место довольно известное, даже водка такая была во времена моей молодости, по всей стране продавалась. Вот только популярность этого места – результат деятельности одного-единственного человека – бывшей жительницы Латвийской ССР Расмы Розите, более известной как Раджа. Это имя дал ей Шри Бабаджи, последовательницей которого она являлась.
В общем, однажды в окрестностях села Окунево, расположенного поблизости от четвертого из пяти озер, появилась плохо говорящая по-русски женщина.
Она сказала с прибалтийским акцентом, что ее духовный учитель – индийский гуру Хайдакхан Бабаджи дал ей задание найти месторасположение «древнего храма бога Ханумана» и возродить его. Больше ничего не сказал, сообщил лишь, что храм находится где-то в Сибири, на месте первородины ариев. В общем, Раджа объявила что Окунево – это «место силы», пуп земли, место исхода «ведической цивилизации», аномальная зона.
После этого в деревню понабежала орда сумасшедших, и в местных газетах стали писать, что Окунево теперь «место паломничества неоиндуистов и сторонников Нью-эйдж».
Расма Розите прожила в деревне много лет, создала здесь ашрам «Омкар Шива Дхам», и за это время башню подорвало уже у многих местных. Один из них, Михаил Речкин, занялся изучением «окуневского феномена», провел девять «научно-исследовательских экспедиций» и написал море книг – одна «монография» «Сибирь спасет человечество?!» в четырех томах. Он-то и открыл «систему Пяти Озер», якобы образовавшихся от падения метеорита из серебра и связанных между собой подземной рекой. Несмотря на это, в трех из них «живая» вода, а в четвертом «мертвая».
– А в пятом? – не выдержал Четвертый, слушавший с отрытым ртом.
– А пятого никто не видел, – хмыкнул Псих. – Оно называется Потаенное озеро и скрыто от человеческих глаз.
В общем, через несколько в районе Пяти Озер тусили едва ли не все альтернативно мыслящие и альтернативно одаренные, от лозоходцев до украденных летающими тарелками, сбежавшиеся сюда изо всех концов бывшего Советского Союза, от Карпат до Камчатки. Это раньше богом забытая глухомань стала де-факто главным центром туризма в Омской области [1].
– А потом? – спросил жадно слушавший Четвертый.
– А потом, мой юный друг, в мир пришла Система, и бывшие певцы «Харе Кришна» и охотники за инопланетянами вскоре стали могущественными магами. Сами понимаете – кому еще качать колдовство, как не им. И их стараниями Пять Озер и впрямь стали местом силы. Я бы сказал – очень серьезной силы.
Одна беда – могущественные маги очень плохо уживаются друг с другом. А тут еще и Новосибирская область под боком, более того – одно из озер находится в их локации. Тамошние колдуны не замедлили здесь объявиться: явились посмотреть, что тут за нездоровая тусня у соседей образовалась.
В общем, нездоровая концентрация высокоуровневых магов завершилась закономерным образом: однажды в районе Пяти Озер полыхнуло так, что мама не горюй! Как мне рассказывали знающие люди – зарево до небес несколько месяцев стояло.
И осталась здесь в итоге выжженная земля. Даже не только выжженная, но и горящая неугасимым пламенем. Потому, что магией эта земля пропитана на десять метров в глубину. Сами понимаете, без внимания сильных мира сего такое место никак остаться не могло. За ним приглядывают и приглядывают внимательно.
Псих пристально посмотрел на слушателей.
– Вот, собственно, и все. – улыбнувшись, сказал он. – Сразу предупреждаю, все мои знания о месте, где мы находимся, носят чисто исторический характер, потому что это знания более чем столетней давности. Каков здесь расклад сегодня, и кто сейчас держит масть в этом жарком месте – я без понятия. Зайдем в деревню – расспросим местных.
Но на всякий случай я заставил вас всех искупаться в первом из Пяти Озер – озере Данилино, мимо которого мы недавно проходили. Это то самое, что на территории Новосибирской локации и самое большое из них.
Ты вот, Жир, возмущаешься, а знающие люди друг другу на ушко говорят, что это скрытый квест: тот, кто искупается во всех пяти озерах, получит от Системы большой добряк.
– Так это же совсем другое дело! – расцвел Жир. – Добряк – это фактор, который все радикально меняет. Добряки я люблю всем сердцем. Спасибо тебе, братан, благодарность не вопрос. А вон, кстати, и деревня. Как раз дошли.
с. Курганка
Муромцевский сектор
Омской локации.
56°26′ с. ш. 75°49′ в. д.
Хозяин хаты, где паломники стали на постой, оказался мужиком гостеприимным, но на редкость бестолковым.
- Нет тут у нас никакого хозяина! – заверял он монахов трагическим шепотом. – Нету, и никогда не было!
– Так не бывает! – категорически покачал головой Жир и даже зубом цыкнул от досады. – Ты, мужик, ври-ври, да не завирайся. Такое по нынешним временам невозможно. По всей Руси Великой все под кем-нибудь ходят, и только в вашей занюханной Курганке обнаружился развитой коммунизм и соблюдение прав человека. Ты еще скажи, что вы никому деньги не отстегиваете.
– Чего? – не понял хозяин.
– Деньги, спрашивает, вы всей деревней собираете? – перевел вопрос Псих.
– Дык это… Всяко собираем. Рази ж можно без собирания? Все собирают – и мы собираем. Два раза в год – отдай и не греши. Испокон веку так ведется. С дедов это пошло, а то и раньше. «Собираете…», – обиженно передразнил он. – Нешто ж мы не русские? Все собирают. И в Курганке собирают, и в Казанке собирают, и в Колобово. Даже в Малинкино – и там скидываются, хотя в Малинкино одни говнюки живут, их как специально туда селили! Вот сам посуди – еду я как-то на телеге мимо Малинкино…
– Стоп! – прервал процесс воспоминаний Псих. – Не сворачивать с пути! Не отвлекаться. Развиваем прорыв. Значит, вы все собираете. А теперь, внимание, следующий вопрос – а КОМУ вы собираете?
Мужик поерзал худой попой по струганной лавке и страдальчески посмотрел на Психа.
– Так это… Госпоже Принцессе Железного Веера собираем. Как же без сборов-то? А? У нас тут, сами видели, кака хрень на улице творится. Без госпожи Принцессы Железного Веера тут не хрена не вырастет. Потому оно и известно как – весной и осенью отдай, и не греши. Иначе вместо пропитания будешь всю зиму хрен сосать. А этот ваш, с пятаком, еще говорит – «не сбрасываетесь» – возмущенно добавил мужик и злобно посмотрел на Жира. – Посмотрел бы я на тебя, как бы ты здесь не сбрасывался.
– Стоп, стоп! – поспешил пресечь опасное направление мыслей Псих. – Ты, мужик, этого щетинистого не слушай, свинья – она и в Африке свинья.
– И в Китае тоже! – неожиданно добавил молчаливый Тот.