Вопреки (СИ)

Когда я вернулся в зал, за барной стойкой уже ее не обнаружил. Только бы никуда не влипла.
Оглядевшись, заметил оживление на танцполе. Приглядевшись внимательнее, увидел танцующую Алину. Она запрокинула голову и будто бы отключилась от реальности. Когда я подошел к девчонке ближе и развернул ее за талию, я понял, в чем дело. Зрачки расширены, дыхание учащенное, глупая улыбка на губах.
Глупая, но красивая.
Она смеялась. Смеялась просто так. Слышал, что в этом клубе один парень продает экстази. Теперь столкнулся с этим лично. Ну, да. Это ей сейчас хорошо. Весело. Она любит весь мир и мир так же любит ее. Но завтра, я более чем уверен, ей будет так же хреново, как сейчас хорошо. Нет, никакой зависимости. Всего лишь последствия действия таблеток и «амнезия» вчерашнего. Я начал ее отчитывать, но сразу же замолчал. Понял, что она еще совсем ребенок. И дело не в возрасте. Здесь полно ее сверстниц, которые уже далеко не дети. Да я и сам виноват. Не стоило оставлять ее и на минуту одну. Обхватив ее лицо ладонями, и вглядевшись в глаза, я понял, что не ошибся. Да, тяжело ей утром придется.
- Ты красивый.
Я ошарашено посмотрел на Романову. Понимаю, что она слегка не в себе, но даже под действием таблеток она бы не произнесла того, о чем не задумывалась в адекватном состоянии.
- У тебя красивые глаза, - малышка прикоснулась кончиками пальцев к моим глазам. Я лишь на секунду прикрыл глаза, наслаждаясь мимолетной лаской. – Красивые и холодные.
Открыв глаза, увидел, что она смотрит на меня с каким-то ожиданием. Не выдержав этого взгляда, глазами стал искать Нелли. Вряд ли в таком состоянии Романова вернется домой. Честно говоря, искал я ее подругу лишь для отмазки. Поэтому, не увидев ее, да и не особо искав, я подхватил несопротивляющуюся девушку на руки и вынес из душного помещения.
На мотоцикл сажать ее было бы крайне неразумно. Еще упадет по дороге. Поэтому быстро поймав такси, я сел, усадив ее прямо к себе на колени. Мотоцикл я попросил забрать друга.
Расплатившись с таксистом вынес почти отключившуюся девушку н моих руках и зашел в подъезд, на лифте поднялся на свой этаж. Кое-как придерживая одной рукой девушку, а другой, пытаясь открыть дверь, мне все же удалось это сделать.
Закрыв за собой квартиру и кинув ключи на комод, я понес малышку в ванную.
- Куда мы? - она посмотрела мне в глаза непонимающим видом.
- В душ.
Я ожидал страха, брыкания, криков, но только не этого.
- А ты со мной? - после этих слов меня впервые в жизни охватил легкий ступор.
- Ну, конечно.
Занеся ее в ванную и поставив на пол, я убедился, что девчонка крепко стоит на ногах. Включив в ванной ледяной душ, я снова взял малышку на руки и затащил в ванную под ледяной поток воды.
- Охладись. Тебе полезно.
- Холодно. Ян, выпусти меня. Я не хочу, - начались крики.  Я крепко прижимал к себе брыкающееся тело, не давая и шанса сбежать.
Не дав ей выбраться оттуда, я залез к ней прямо в одежде и, обняв ее обеими руками, прижал к себе. Когда уже не только ее, но и мои зубы начали стучать друг об друга, я вытащил ее из воды. Моей целью вовсе не было обеспечить нам обоим бронхит.
Выключив воду, я взял несколько больших полотенец и стал вытирать вздрагивающую девушку. Она смотрела на меня обиженными глазами. Впрочем, ничего нового.
Когда с нее перестала капать вода, я снова подхватил ее на руки, и, не обращая внимания на воду, стекающую с меня, понес малышку в спальню. Скинув одной рукой плед с кровати, я аккуратно положил уже сонную Алину на постель. Подумав немного, стал снимать с нее футболку, а затем и джинсы. После того, как она осталась в одном белье, я достал из шкафа чистую футболку и надел на нее. Одевать спящую девушку оказалось сложнее, чем я думал. Раздевать гораздо проще. И приятнее. После того, как эта сложная процедура была завершена, я укрыл Романову одеялом и собрался уходить, но был схвачен за руку:
- Останься. Не уходи, - ее ресницы задрожали, и она открыла глаза.
 
- Конечно. Я сейчас вернусь.
Возвращаться, конечно, я не собирался. Она, кивнув сама себе и вероятно успокоившись, подложила ладони под щеки и, закрыв глаза, уснула.
Захватив сухую одежду из шкафа, я вышел из комнаты, прикрыв дверь.
Переодевшись, повесил нашу мокрую одежду сушиться и лег спать, постелив на диване. Был большой соблазн лечь рядом с Алиной, и наказать ее за столь абсурдное поведение, но я понял, что с утра ей и так будет, не слишком сладко, и решил, что для первого раза достаточно.
Но то, что он будет последним, об этом я позабочусь.
Ну предупреждал же эту маленькую дуру, сложно было послушаться? Нарочно выводит меня из равновесия. Принеся ее домой, сразу же переодел в свою футболку, избегая смотреть на ее тело. Мне еще только пьяных малолеток не хватало.
На следующий день,мне казалось девчонка проспит до вечера. Сходив в душ, начал готовить. Романова не заставила себя ждать и через некоторое время тихими шагами пробралась в комнату.
Кто уже принял участие, напишите готово под записьюю) Либо после окончания истории свяжемся с вами в вк!))
Алина
Просыпаться было очень тяжело. В горле ужасно пересохло. Сильно хотелось пить.
Открыв глаза, заметила, что в комнате очень темно. Комната была не очень большой и явно мужской. Легкий бардак, разбросанные диски на полу и одежда в кресле. Приподнявшись, я попыталась вспомнить вчерашний день, но тут же рухнула на подушки, слабо застонав. По голове будто бы стучали отбойным молотком, дикая пульсирующая боль. Но это было не самым худшим.
Откинув одеяло в сторону, я увидела, что лежу в одной футболке. Мужской футболке. И ничего не помню. В глазах стало мутнеть, от подступивших слез, но я пересилила себя и встала с постели.
Может, еще ничего страшного и не произошло, все же под рубашкой на мне было белье.
Открыв дверь и выйдя в коридор, я пошла на звук. Как оказалось, я пришла на кухню. За плитой стоял Гордеев в одних джинсах и с мокрыми волосами. Как бы бесшумно я ни ступала, но он услышал, и обернулся на звук моих шагов.
Увидев знакомое лицо, я стала чувствовать себя спокойнее. Немного, но все же.
- Доброе утро, - прохрипела я.
Господи, какой голос ужасный. Как после недельной простуды.
- Доброе, - хмыкнул парень. – Хотя кому-то и не очень.
У меня даже не было сил вступать с ним в дискуссию. Ну и пусть издевается. Буду делать вид, что мне все равно.
Через секунду передо мной поставили стакан с водой и кинули туда шипящую таблетку.
- Что это? - опасливо покосилась на стакан.
- Обезболивающее. У тебя в голове, наверное, сейчас табун лошадей проносится, - какой догадливый.
- Спасибо, - тихо сказала я, пропустив колкость мимо ушей и залпом осушила стакан.
- Только не привыкай. К таблеткам, - многозначительно сказал он. Я завелась.
- Сам виноват! - иснова незаметно перешла на "ты". Все из-за него. Умеет вывести из себя, даже забываешь, что перед тобой учитель, а не мужчина, ведущий себя как мальчишка.
- В чем? В том, что тебя нельзя оставить и на минуту одну? Или в том, что ты меня не послушала и взяла их? А если бы это был героин? Я был бы виноват в том, что тебе негде на дозу взять? Или в том, что тебя бы зажали в углу и изнасиловали?
Похоже, я вывела его из себя. Я сразу же поникла. Действительно, он не виноват в том, что я так глупо и необдуманно поступила.
- Извини. Я не подумала, - прошептала я, чувствуя, что плачу. Взяв пустой стакан, я принялась вертеть его в руках.
Наступила тишина. Было слышно даже тиканье часов. Прошла пара минут, но для меня они казались вечностью, как Ян, приподнял меня за талию и сев на мое прежнее место сам, усадил меня к себе на колени. Его  футболка задралась на мне до неприличия, практически открывая живот. Мужская рука покоилась на моем голом животе и выводила круги, что его ничуть не смущало, в отличие от меня. Я попыталась ее одернуть, но свободной рукой мои руки сразу же негрубо одернули. Вскоре я потихоньку начала расслабляться и сама обняла мужчину за шею. Он успокаивающе гладил меня по спине, пока моя истерика не прекратилась. В его руках я чувствовала себя защищенной.