Статус B (СИ)

— Думаешь, кто-то может заставить меня поступить против моей воли?
Я тоже улыбнулся и пожал плечами.
— Хотя… — задумчиво протянула она и впервые отвела взгляд. — Как раз ты, пожалуй, исключение.
Кабинка лифта остановилась, и девушка торопливо накинула капюшон и надела темные очки.
Я протиснулся вслед за ней между хлынувшими в кабинку людьми. Мы оказались на каком-то густонаселенном этаже. Огромные открытые пространства, куча вывесок с названиями брендов, стеклянные и голографические витрины, льющаяся из невидимых динамиков музыка. Какой-то торговый центр. Причем дорогущий, судя по всему.
Быстро затерялись в толпе. Девушка продолжала тащить меня за собой, хотя, кажется, и сама не знала, куда идет. Однако вскоре я понял, что это не так. Мы торопливо прошагали через весь этаж и вышли на открытую террасу, на которой располагался уютный ресторан, состоящий из десятка утопающих в искусственной зелени беседок.
На входе неприятно взвизгнул какой-то зуммер, и я не сразу понял, что это относится ко мне. У меня же желтый статус, не оранжевый! Или тут даже этого недостаточно?
В нашу сторону выдвинулась девушка-администратор. Живая, не андроид.
— Извините, сэр, по правилам нашего заведения…
— Он со мной, — перебила ее Нова. — Есть свободный столик?
Девушка замешкалась, окидывая быстрым взглядом наш спортивный прикид, который, к слову, тоже не очень вписывался в обстановку. Люди, сидевшие за теми столиками, что были видны от входа, были чуть ли не в смокингах и вечерних платьях.
— Соображай быстрее! — раздраженно продолжила моя спутница. — Или мне оставить негативный отзыв?
— Мисс Грей? — вдруг окликнул нас другой администратор — мужчина в синем костюме с отливом, появившийся откуда-то из глубины террасы. — Простите, не сразу узнали вас. Конечно же, у нас найдется для вас столик!
Технично оттеснив младшую коллегу, синий пиджак проводил нас, рассыпаясь в любезностях и извинениях. Нова, кажется, воспринимала это как должное, мне же было немного не по себе, и настроение из-за этого резко испортилось.
Столик нам достался у самого края террасы, так что можно было полюбоваться видом на город с высоты где-то сороковых этажей. Над гладкой глянцевой столешницей высветился голографический куб с меню. Цены заставили меня удивленно присвистнуть. Для основных блюд — в основном четырехзначные числа… Чашка кофе — четыреста баксов! Я невольно вспомнил хот-доги по двадцатке у Старого Ченя. Да уж, тут можно месячное пособие оставить за один ужин.
Впрочем, о чем это я? Я только что подписал контракт с одной из главных корпораций города. Пора уже начинать мыслить другими категориями.
Нова наблюдала за мной с неприкрытым интересом.
— Желтый статус? — спросила она. — Но при этом ты постоялец «Наутилуса». А это весьма недешевое удовольствие.
— У меня все не как у людей, — проворчал я. — Ну и зачем ты меня сюда п-притащила?
— Я и сама не знаю, — призналась она. — Захотелось… вырваться оттуда ненадолго. Мои люди меня быстро найдут. Но сюда не сунутся. Можно будет спокойно поговорить.
Пальцы ее скользили в воздухе, управляя голограммой. Я разглядел, что она заказала салат и бокал какого-то вина.
— Хорошо, — рассеянно пожал я плечами, проверяя баланс на своем счету.
Там оставалось несколько тысяч — крохи от моего липового выигрыша в лотерею. Все подчистую тратить пока неразумно, надо дождаться, пока все подтвердится с контрактом. Но пару чашек кофе я вполне осилю. Что ж там, интересно, за кофе-то такой за четыре сотни? Уж наверняка натуральный, а не заменитель, к которому я привык с детства. Впрочем, тут меня уже не удивишь. Настоящий кофе я уже попробовал — кофе-машина у меня в номере шикарная.
Я снова поймал на себе ее взгляд.
— Как тебя зовут? — спросила она. — Фрост — это ведь просто ник из игры?
— Да нет, меня и п-правда так зовут. Туговато с фантазией. А ты, выходит, Вивиан Грей?
— А говорил, что не знаешь, кто я.
— Я… навел справки.
— Ммм… — она загадочно улыбнулась. — Только учти — половина моих фото и видео в сети поддельные. Особенно те, что слишком уж откровенные. Мои юристы этим занимаются, периодически проводят чистки, но тут же появляется новое… фанатское творчество.
 
— Издержки профессии? — понимающе кивнул я.
— Предсмертные судороги профессии, я бы сказала. Вся эта индустрия должна была отмереть еще полвека назад. Зачем живые модели, если есть компьютерная графика, Full-VR…
К нам подошел официант, будто сошедший с кадра старинного фильма. Белая рубашка, брюки со стрелками, жилет, лаковые туфли. Отточенными плавными движениями он выставил с подноса наш заказ, поинтересовался, не нужно ли чего-то еще. Нова отослала его небрежным движением пальцев, и он испарился так быстро, что это было похоже на какой-то фокус.
— А действительно — зачем? — спросил я.
Она задумчиво покрутила бокал на тонкой ножке.
— Ну а зачем, к примеру, живые официанты, когда есть роботы? Вопрос престижа. И моды. Это даже забавно. Сначала разрабатывать сверхреалистичных андроидов за кучу бабла. А потом обратно заменять их людьми тоже за кучу бабла.
— Такое впечатление, что тебе не очень нравится твоя работа.
— Ты прав, — пожала она плечами и пригубила вино. — Не нравится. Как и вся моя дерьмовая жизнь…
Закончила она с какой-то неожиданной злостью и обидой. Но меня не очень-то проняло. Это у тебя-то дерьмовая жизнь? Здесь, в зеленой зоне? С личными телохранителями, с ресторанами, в которых бутылка вина может стоить больше, чем житель желтой зоны тратит за полгода?
Я промолчал, но, возможно, она что-то поняла по выражению моего лица.
— Не веришь? — прищурилась она.
— Честно? Думаю: мне бы твои п-проблемы.
Она, как ни странно, не обиделась, лишь снова усмехнулась.
— А ты, кажется, и правда из желтой зоны. Прямо чувствуется классовая ненависть. Кстати, самые токсичные комменты в моих соцсетях — именно от желтков. И самые похабные. Все они будто понимают, что никогда в жизни не смогут даже увидеть меня вживую, не то что познакомиться со мной. И это приводит их в бешенство. Я для них дразнящая и недоступная стерва.
— Я не пишу комментов в сети.
— Почему-то я тебе верю. Но и ты мне поверь. Даже среди всего этого… — она окинула взглядом роскошный интерьер ресторана. — Можно чувствовать себя несчастным.
— Наверное. Но лучше уж страдать здесь, чем в заблеванной канаве где-нибудь в Старом городе.
— Наверное, — эхом откликнулась она. Снова пригубила вино. — Какой-то дурацкий у нас выходит разговор. Я все себе представляла по-другому.
— Представляла? Я думал, мы столкнулись случайно.
— В тот раз в бассейне — да. Но я после той встречи пыталась тебя отыскать. Бесполезно. В «Наутилусе» очень строго с конфиденциальностью. Впрочем, за это его и ценят. Тогда я просто стала караулить тебя в спортзале и в бассейне. Думала, что рано или поздно ты снова туда вернешься.
— И зачем я тебе?
Она заметно смутилась, принялась ковырять вилкой в салате. Выглядело это весьма занятно. Сложно было представить жесткую, властную, высокомерную Нову, зардевшуюся, будто девчонка-подросток.
Я тоже сделал вид, что отвлекся на кофе. Блин, остыл. Да и на вкус так себе. Четыре сотни баксов за чашку чуть теплой черной жижи? Да уж, худшая сделка в моей жизни.
— Знаешь, а я и сама не знаю, — ответила, наконец, Вивиан. — Сама себе удивляюсь. Я как-то привыкла, что это за мной все бегают, ловят каждое слово. А ты… Когда там, в игре, ты притащил яйцо химеры, я впервые на тебя обратила внимание. Ты выбивался из серой массы.
— Вот, значит, чем можно завоевать сердце Вивиан Грей? Игровыми т-трофеями? Вот бы твои фанаты удивились.
— Да не в трофеях дело, — отмахнулась она. — Просто… Ты другой. Никто раньше не смотрел на меня так, как ты. И не разговаривал так. Ни в виртуале, ни тем более в реале. Поначалу это меня даже злило. Ты дерзил, заставлял принимать какие-то решения вслепую. Как тогда, когда потребовал репликатор и установил его в Некрополе. Мне пришлось довериться тебе, хотя никаких оснований для этого не было.