Сидящее в нас. Книга третья (СИ)

– Лис-лис-лис! – восторженно заверещала Челия.
И попыталась вспорхнуть с плеч няньки – не тут-то было. Уж что-что, а быть вечно настороже с Лиатами Трёхликая научилась. Приподнявшаяся попка Лиаты плюхнулась обратно на плечи. Ножки плотно увязли в сжатых кулаках няньки.
– Ишь, чего удумала! – прошипела Стутти, отвесив безголовой малявке поджопник. – Я те полетаю, бестолочь!
– Там же Лис! – непонимающе возмутилась демонюшка. – Мой самый-самый Лис! А ты драться лезешь. Будто сама ослепла.
– Ох, и наплачемся мы с ней, – махнув на неё рукой, пожаловалась Стутти.
– Как-нибудь втроём да упасём, – махнув на неё рукой, раздражённо проворчала Нанти. – Кто-нибудь мне скажет, как наш самый-самый сюда заблудился?  
– Подойдём и спросим, – усмехнулась Ринда. – Думаю, он тут ради нашего спасения.
– Я сама вас спасу, – важно выдала Челия очередное обещание. – Мы с моим ЗУ самые лучшие спасенцы. А мой Лис самый лучший Лис.
– Наше путешествие становится всё интересней, – покосившись на Таюли, вкрадчиво прошептала синегорская змеища. – Не находишь?
– Знаешь, я уже начинаю забывать, с какой целью его начала, – съязвила Трёхликая. – Такое чувство, что это уже никогда не закончится.
– Мы не бродяжничаем, – строго указала ей Челия. – И не шляемся. Мы идём, чтобы потому что вылечить лиловицу. А ты у меня какая-то забываха, – посетовала она прямо-таки старческим голосом. – Просто беда с тобой.
Двуликие дружно расхохотались. Ожидавший их Лис вздёрнул брови. Не выдержал и улыбнулся. Но тотчас сделал вид, будто эта ласковая мимолётная улыбка предназначалась не им, а проходящей мимо девице.
  
Глава 25
 
Как Двуликие дружно догадались, почтенный Ашбек появился не без причины. Понятно, что встретить их, едва войдя в городок, Лис не рассчитывал. Счастливый случай. Но двигался он именно в ту деревню, куда направлялись они. Верней, нёсся, как ошпаренный, ибо вчера утром вернулись Рааны. Тем, как и всегда, немедля занадобилось увидеть своих Двуликих – в этом с демонами не поспоришь.
Лис честно уведомил Отрана, Хатрана, Дэграна и самого Баграна, что их неугомонные подруги направились в деревню Нанти спасать её родню. В его мыслях не было ни капли лжи – важное преимущество, когда хочешь надуть демона. Так что четвёрка жаждущих встречи демонов прыгнула на быков и унеслась. На поиски, так сказать.
– Так они чего ж, уже там? – досадливо проворчала Стутти, сверля вестника неодобрительным взглядом.  
– Думаю, уже да, – невозмутимо подтвердил Лис. – Или вот-вот прибудут. Алава сообщила мне, что это не слишком далеко от крепости.
– Ах ты..., – не понять с чего аж задохнулась от радости Рыжая. – Ты мой герой!
И бросилась на шею почтенному Ашбеку, который, как не старался, увернуться не смог. Да и отодрать от себя Рыжую заразу у него получилось не сразу.
– Сбрендила? – не поняла Стутти.
К слову сказать, как и Таюли. Радость Нанти казалась нелепой.
– Нисколько, – ответила за Рыжую Ринда. – Она в своём уме. Лис, ты просто невероятен. Мне бы в голову не пришло так красиво и просто надуть демонюг. Виртуозная работа.
– Да, о чём вы тут щебечете? – потребовала объяснений Стутти.
– Он их обманул! – взахлёб протараторила Челия, подслушав мысли Нанти.
И звонко расхихикалась, упав с плеч Таюли в подставленные руки Трёхликого. Тот принял её со всей нежностью и от души расцеловал в грязные пухлые щёчки.
– Направил в мою деревню, – удивлённо подсказала Нанти недогадливым подругам. – Неужели не доходит? В МОЮ деревню.
– Ну? – нетерпеливо понукнула её Стутти и тут её озарило: – А! Так в твою? Где ты проживала с покойным батюшкой.
– Точно.
Тут и до Таюли начало кое-что доходить:
– Нанти, твоя внучка живёт не там, где ты родилась?
– А то ж.
– Почему же ты называешь её деревню родной?
– Так, в своей-то я со смерти батюшки и не появлялась Чего я там забыла? – пренебрежительно скривилась Рыжая. – В семейство же моей Бойки наведываюсь почасту. Всех там знаю, и меня все знают. Почитай, деревня давненько стала моей. А это в княжестве Буннон-Сизые мхи. Чуть ли не на другом конце Лонтферда. Наши-то мужики понимают всё, как есть. Им сказано, что мы в моей деревне, они так и поняли: там, где я родилась. А пока они туда смотаются, пока сообразят, что к чему, мы уж дело сделаем. Нам тут осталось-то: рукой подать.
 
– Ну, Лис, – довольно протянула Стутти и озаботилась: – Ты сам-то как? Гляжу, на тебе лица нет. Небось целый день в дороге?
– И целую ночь, – устало подтвердил тот.
Челия на его руках скорбно заохала и принялась оглаживать голову любимца. Лис ей улыбнулся и, в свою очередь, уточнил:
– Вы сами-то как? Готовы лететь немедля?
– Не готовы, – тряхнула головёнкой Челия. – Мы тебе что, железный? ЗУ все силы на вас наистратчивал. Ему нужно пожрать.
– Утром? – с сомнением заозирался Лис. – Мы тут весь городок переполошим.
– Не переполошим, – отмахнулась Стутти, переглянувшись с Нанти. – Уж нам тут все кормушки известны.
– Наперечёт, – подтвердила Рыжая, протянув к Лису руки. – Отдай ребёнка, махинатор. И ступай… Да хоть прямо в этот кабак, – махнула она рукой на ближайшее строение за высокой оградой. – Хватай под локотки Ринду с Таюли…
– Таюли со мной! – закрутилась в руках Лиса демонюшка. – Ишь, расхватались! Я её первая нашла!
– Не верещи, – поморщилась Нанти, стреляя глазами по сторонам.
На них уже начинали глазеть. Несколько зевак остановились неподалёку и явно обсуждали странную шайку из кучи нахальных потасканных баб и одного южанина. Нанти злилась, но привычно не подавала виду, будто этакой цаце есть дело до всяких там невежд, обсуждающих её особу. Ринде просто не было дела до недалёких простолюдинов – её княжья гордыня их в упор не видела. Стутти не замечала праздных зевак, как всякий практичный человек, сосредоточенный лишь на своих заботах.
Таюли же внимание горожан здорово тревожило. Челии предстояла охота, а сие немыслимо, когда за тобой волочатся любопытные зрители. Малышка вполне способна забыть про чрезвычайную тайность их миссии и пугнуть надоед. Причём, этого можно ожидать каждую минуту – за ней, как не старайся, не уследишь.
– Ну, двинули, – толкнула её в бок Рыжая.
Челия, против обыкновения, не полезла на чужую шею, а засеменила рядом. Двуликая с Трёхликая крепко держали демонюшку за руки. Проказница то и дело подпрыгивала и висла, поджав ножки, как самый обыкновенный ребёнок.
Как не скромен городок, идти пришлось далековато. Да и трудновато, поскольку на приличных улицах, которые они миновали, среди приличной публики было немало вкусных блюд. ЗУ то и дело норовил приступить к еде, не видя причин откладывать столь важное дело. И тут-то стало очевидным: за прошедший год Челия здорово навострилась управляться со своим демоном.
Удержать его, когда это примитивное, почти не знающее запретов существо проголодалось, весьма тяжкий труд. Тем же Сэлии с Гаэлией он практически не по силам. Их демоны распоряжаются своими старушками, как им заблагорассудится. Оттого-то обеих вечно несёт туда, где им совершенно нечего делать. И на место они прибывают с самым глупейшим видом. Отсюда и пренебрежение к ним остальных Лиат. Тех, кто вполне себе твёрдо держат в руках беспечных демонюг.
Таюли несказанно радовало, что её малышка оказалась из таких. Немыслимое облегчение знать, что Челия в большей безопасности, чем могла быть. Да и собственную уверенность в защищённости со счетов не сбросить. Как бы там ни было, кусочек ЗУ, что сидел в Трёхликой, являлся полным подобием своего родителя. И обретал все его привычки независимо от разделявшего их моря.
 
– ЗУ сердится, – предупредила их Челия со всей серьёзностью. – Его аж пучит, раз мы просто шляемся и не жрём.
– Уже почти пришли, – заверила Нанти, сворачивая в очередной переулок. – Ещё чуть-чуть и можно начинать.