Сидящее в нас. Книга третья (СИ)

– Сходим, – хрипло выдавил из себя Каймат, закрыл глаза, открыл и добавил: – Сначала найдём то, за чем пришли.
Не успел закончить, как тоннель выплюнул назад огненный шар. Ютелия буквально влетела в руки Двуликого и жалобно пожаловалась:
– Мы не смогли вылезти наружу. Это плохо. И мне это не нравится!
– Нас завалили? – тихо спросила Каюри, как-то разом успокоившись почти до полной бесчувственности.
Улюлюшка, которого она обнимала, стоя на коленках, склонил к ней голову. И с каким-то жутковатым удивлением в голосе пояснил:
– Нас поймали. Чтобы убить. А вы не верили.
– Сколько ты продержишься без охоты? – тут же задал Каймат демонице самый верный, самый насущный сейчас вопрос.
– Если ничего не делать? – внесла Ютелия поразительно точное для Лиаты уточнение. – Сколько угодно. Надо только вообще ничего не делать. Лечь и лежать. Это жутко муторно. Такая скука, что просто срань. Но, если нужно, мы полежим. 
– А вам вдвоём по силам растащить этот завал?
– Силы кончатся гораздо раньше, – ответила выплывающая из тоннеля Илалия. – Мы опять всё сделали неправильно, – безо всякого укора в голосе обрадовала она сестрицу-торопыгу. – Не нужно было сюда лезть.
– Нужно было спросить, – тоном добросовестной ученицы согласилась Ютелия. – Я больше так не стану делать, – пообещала бестолковушка, попеременно зыркая на Двуликих вытаращенными глазищами. – А как мы отсюда вылезем?
– Ещё не знаю, – задумчиво обозревал своды пещеры Каймат.
Саяд отнял у Двуликой ставшего неприятно безвольным певчего живчика. Поднял и слегка встряхнул:
– Что-нибудь придумаем. Ты понял? Эй! Улю-улю-улю-лю! Я тебе обещаю: мы выберемся.
– Знаю, – мотнулась лохматая головушка на тонкой шее. – Челия поможет.
Двуликие переглянулись и дружно выдохнули: их маленькая, шебутная, несносная демонюшка болталась где-то снаружи. Они вообще о ней позабыли: куда малышка смылась, за какой надобностью? Просчёт, конечно – не доглядели – но и большое везение. Остаётся только дождаться, когда Челия приведёт подмогу. И надеяться, что не армию Суабалара. С неё станется.
Пока обсуждали свершившееся, из тёмных углов каменоломни и каких-то узких ответвлений начали вылазить люди. В основном рабы-каменотёсы, но Каюри заметила парочку жавшихся друг к другу стражников. На них пока никто не набросился с мстительным намерением разорвать на куски. Стягивающиеся «на огонёк» Лиат мужчины были озабочены не всякими там мелкими мыслишками, а одной убийственной: их тут завалили.
– Кто из вас сможет ответить на вопросы спокойно и разумно? – невозмутимо поинтересовался Каймат у всех сразу, шаря взглядом по людям-теням.
– Кто угодно! – хрипло и зло отозвались откуда-то из-за его спины.
Двуликий обернулся – БАЦ, МУМ и ЗУ окружили его горящими змеиными телами, то ли намереваясь защищать, то ли принюхиваясь к возможному обеду.
– Обвал случайный? – взял быка за рога Каймат.
– Как бы ни так! – всё так же зло прохрипел огромный сутулый северянин, сжимая кулаки. – Ещё вчера примчались мастера горного дела. Управитель наплёл с три короба, дескать, крепить проходы. От обрушения, значит. Они там, у выхода всё возились. Неужто не приметил? Там цельная гора укреп навалена. А может, и не укреп вовсе, – озадаченно признал мужик, что так же не всё разглядел толком.
И уж точно не задумывался над происходящим.
– Ты! – ткнул пальцем Двуликий в одного из стражей. – Нас ждали? Это ловушка?
Пожилой воин хмуро зыркнул на опасную нечисть исподлобья и не стал кривить душой:
– Ловушка. Слыхал краем уха. Вчера с утра примчался сам Сабих. С ним какой-то нездешний хлыщ. Вроде из тайной службы. Их рабы за мастеров и приняли. Так нам велели их называть. Они взяли нашего управителя за грудки и давай трясти. Чего требовали, я не слыхал. Врать не буду. Но те два мастера, что недавно были присланы для укрепления сводов, тотчас завозились у входа в шахту. Своды тут и без того на соплях держались. Управитель крепить собирался, дабы не обвалилась. А они, видать, решили наоборот, – процедил стражник.
 
И на дочерна загорелом лице взбухли желваки.
 – Решили, будто нашли способ прикончить демонов, – презрительно проворчал Саяд и сплюнул.
– Нас? – округлила прекрасные глаза Ютелия. – С какой стати?
– Конечно, нас, – на диво безмятежно мурлыкнула Илалия, покачиваясь с носка на пятку. – Не будь дурой.  Нас хотят заморить голодом.
Висевшее над её головой толстое щупальце БАЦ солидно кивнуло. И обратило безглазую морду на Двуликого, дескать, он точно знает, что делать.
– А вы чего, и вправду демоны? – безо всякого страха подкрался к пришельцам молодой высокий парень, так густо усеянный пылью, что казался ожившей статуей.
– Ты чего, ослеп? – донеслось из полумрака с характерным северным акцентом. – Двуликие пожаловали. Не нашенских демонов, а тутошних. Которые огненные.
Тут Каюри озарило, отчего эти люди не паникуют, бегая и вопя на все лады, а преспокойно беседуют с гостями. Для северян Двуликие не в диковинку – там у них это добро не переводится столетиями. И уж тем более, не наводит страх. Зато наводит на мысль, что Двуликим по силам справиться с любой проблемой. Так чего напрасно глотки драть?
Видимо, Каймат пришёл к тем же выводам. Он задумчиво повёл головой и вдруг спросил у застывшего столбом стража:
– Чахдур из рода Улиши здесь?
– Чего? – вздрогнул тот, оторванный от каких-то скорбных мыслей, и растерянно пробубнил: – Это который суабаларец? Борзый такой?
– Может и борзый, – хмыкнул Каймат. – Так он здесь?
– А чего тебе от него надо? – предерзостно вопросило из темноты.
– Это ты? – воочию убедился Двуликий, что брат его женщины действительно борзоват.
– Ну, я, – чуть приблизился голос. – Чего надо?
– Мне ничего, – бесстрастно поведал Каймат. – А вот сестра тебя обыскалась. Притащила нас за тобой аж с того края света.
– Какая сестра? – щурясь на свет, неспешно вылез из темноты невысокий крепкий мужчина с восхитительно острым взглядом.
И с таким же восхитительным кровоподтёком на пол лица. Каюри впилась в него взглядом. Все её страхи обмануться, обознаться мигом развеялись: брат был копией их мерзкого отца.
– Чахдур! – сдавленно окликнула она этого совершенно чужого ей, но такого родного мужчину.
Он повернул к ней голову. И весь напружинился, впившись взглядом в пару витающих над Двуликой огненных удавов.
– Чахдур, – даже обиделась она, что рядом с демонами её просто-напросто не замечают. – Я Каюри. Ты помнишь меня?
– Каюри? – встрепенулся брат, мигом позабыв и про демонов, и про всё остальное. – Правда, что ли? Пчёлка, это ты? – неуверенно шагнул он к совершенно непонятной девице, из которой произрастает нечисть.
– Пчёлка! – чуть ли не завизжала она, вцепившись в руку Каймата и затеребив её. – Ты слышал?! Это он! Это меня так называли в детстве! Я же помню!
– А я не глухой, – почти мягко оповестил её Каймат, стряхивая с руки восторженную припадочную. – Раз помнишь, значит, точно он.
– Каюри, – почти жалобно проблеял сильный мужчина, явно умевший постоять за себя. – Пчёлка… Да как же…
Она повисла на шее брата – сама не поняла, что подтолкнуло. Хотя…
Что ж тут непонятного? Новое чувство ни в чём не уступало тому, что толкало её к Каймату. Другое, но такое же сильное, ясное и огромное, как весь мир.
– Пчёлка моя, – неловко обнимал её Чахдур, задыхаясь и не веря, что это с ним произошло. – Пчёлка… Да, как же ты…
  
Часть 2. Глава 12
  
– Не мошенничай, – сухо бросил Лис, требовательно вытянув над столиком руку. – Давай, выкладывай.
Играющая с ним в таллы Нанти состроила непонимающие глазки. И трогательно затрепетала длинными рыжими ресницами. Если и существует в мире подлинная невинность, сейчас она сидела напротив. Почтенный Ашбек внимательно посмотрел в эти прекрасные изумрудные очи, где не растворилось и горсточки стыда. Затем удовлетворённо кивнул и отодвинулся от стола вместе с креслом. Жирней намёка не сыскать: или не жульничай, или…