Сидящее в нас. Книга третья (СИ)

Трах! Демоны исполнили её просьбу: выволокли Двуликую в приоткрытое окно и поставили в центре цветочной клумбы. Рядом кто-то тоненько взвизгнул и бросился наутёк. Неподалёку выругались грубоватыми мужскими голосами. Кто-то заорал что-то бессвязное. Кто-то призывал немедля линять, пока не сожрали. Словом, появление Двуликой произвело неизгладимое впечатление – с досадой подумалось ей.
Трах! Двуликую подняли и затолкали обратно в окно, раз не желает нервировать публику. Каймата в спаленке уже не было.
– Слов нет, какие же вы бестолочи, – ласково пожурила она обеих мельтешащих вокруг огненных змеек.
Те слопали её ласку, почти явственно облизнулись и скрылись.
– Каюри! – прилетел из гостиной задорный вопль Саяда. – Ты идёшь?!
И она пошла, запретив себе размышлять о том, что подумал о её холодности или не подумал Каймат.
Тот, видимо, тоже запретил себе думать о её выходке. Ни в его лице, ни в поведении не отразились и ночное происшествие, и утреннее. Он широко шагал по улице к большой торговой площади бок о бок с Саядом и Муанатом – который вызвался их проводить. Двуликая с Лиатами и Бира̀ти поспешали за мужчинами. И, конечно, привлекали всеобщее внимание: не столько отсутствием тутуца с занавеской, сколько нелепыми нарядами демониц. Улюлюшка носился вокруг процессии, бормоча свои бестолковые «складушки».
Челия на плечах Каймата, против ожидания, не баловалась, а внимательно слушала мужские разговоры. И пыталась украденным в гостинице гребешком расчесать распущенные патлы Саяда, для чего свесилась с широких плеч исполина, почти летя. Илалия с Ютелией скучали, но честно исполняли просьбу Двуликой побыть хотя бы часок нормальными людьми. Что, впрочем, не мешало МУМ с БАЦ то и дело вылазить наружу попугать прохожих.
Впрочем, паникой в городе и не пахло – даже странно, какие они тут все не пугливые. Весть о явившихся демонах облетела город, и народ стекался полюбопытствовать. Муанат успел поделиться с гостями горяченькими новостями: ночью Лиаты сожрали отъявленных мерзавцев, что третировали почтенных торговцев, потому-то им почти рады. Некоторые самые деловые и отважные торговцы даже предложили подкупить демониц, дабы те подзадержались в городе и доделали начатое.
Надо же, как быстро они прозрели – мысленно иронизировала Каюри, вежливо отвечая на поклоны самых смелых горожан. Столетиями сочиняли кошмарные сказки о кровавых бесчинствах демонов в Суабаларе, а тут распробовали. Мигом уразумели глобальность и бесценность демонической кары, разящей таких неудобных в торговле грабителей.
У самых предприимчивых – не дай Создатель – ещё хватит ума притащиться к Лиатам с мольбой о помощи. Дескать, возьмите под своё покровительство. А уж благодатной пищи в Империи – на тысячи лет хватит.
Интересно – погрузилась Двуликая в нешуточные размышления – заинтересует многообещающая перспектива Лиат, или обойдётся? Пищи демонам и в Суабаларе выше крыши – этим их на новые земли не заманишь. Любопытство настигает Лиат везде, где ни попадя, однако надолго не задерживается. У них вообще ничего надолго не задерживается.
Нет, будь огненных демонов побольше – хотя бы вдвое – им в Суабаларе, может, и было бы тесновато. Но девять Лиат – это даже для такого небольшого королевства явный недобор. Половина суабаларцев за всю свою жизнь могут не встретить ни одной демоницы. В Империи же они вообще потеряются. А с этим не пошутишь – пришла Каюри к утешительному выводу.
При всей своей безалаберности, демоны связаны друг с другом пожёстче, нежели большинство людей. С этим даже материнскую любовь так просто не сравнить. Вот и выходит, что даже в огромной Империи они бы заняли какой-то небольшой клочок земли – достаточный для пропитания. А в остальных местах бывали бы раз в сто лет. Да и то, залетев туда по чистой случайности.
Нет – окончательно успокоилась встревожившаяся, было, Двуликая – в империю Лиат не заманить. Хотя попробовать не преминут – уже иначе смотрела она по сторонам, выделяя в толпе отдельные особо цепкие, уже что-то прикидывающие глаза. Что ж, пускай пробуют – пренебрежительно усмехнулась она – спрос не грех.
 
  
Глава 8
 
Дом управителя и впрямь ничем не выбивался из череды таких же. Почтенный Шартах встретил их в распахнутых дверях, словно нарочно поджидал. На глазах почтенной публики он склонил голову и небрежно отмахнулся от БАЦ, которому приспичило залезть ему в рот. Мужество их управителя вдохновило зевак на восторженные вопли. А Каюри в который уже раз припомнила, как дядюшка втолковывал ей правила конспирации. И жалела, что его здесь нет: пускай бы полюбовался на печальный конец своих благих намерений.
– Я думал, вы явитесь с первыми лучами солнца, – рассадив дорогих гостей в кресла обширной гостиной, заметил хозяин. – Ночью мне показалось, что вам не терпелось. Поэтому моих чиновников пригнали сюда ещё засветло. А скоро уже полдень.
– Кое-кто жутко долго дрыхнет, – важным голосом просветила его Челия, сидя наравне со взрослыми в отдельном кресле и даже не болтая ножками. – Потому что ей надо спать, а я, как дура, скучаю.
– Цыц, – шикнул на неё Каймат и осведомился: – Что-нибудь нашли, почтенный Шартах?
– Конечно, нашли, – степенно ответил тот, дав знак рукой, чтобы вносили.
Внесли не бумаги, как ожидала Каюри. Слуги, пыхтя, втащили несколько обширных подносов с фруктами, сластями и вином, как ожидали мужчины. Чем они тотчас и занялись, проигнорировав насупленную рожицу Двуликой. Ещё и затянули какой-то дурацкий разговор о какой-то дурацкой битве, в которой Каймат с хозяином дома бились друг против друга: один в свой самый первый раз, а второй, увы, в последний.
Саяд развесил уши и не отставал, опрокидывании внутрь одну чарку вина за другой – не отставал от более опытных. Воистину, нет ничего важней замшелых впечатлений – начала злиться Каюри. Демоны тут же вылезли выяснять причину её недовольства, и пришлось взять себя в руки.
Бира̀ти с Улюлюшкой, усевшись в обнимку на бескрайнем диване, и без того чувствовали себя не в своей тарелке. Пришлось Двуликой пересесть к горемыкам – оба тотчас прилипли к ней, тревожно зыркая по сторонам. Испуг Бира̀ти не напрягал: девчонка боялась снова оказаться на прежнем месте рабыни. А вот невнятный страх Улюлюшки – который и сам, наверняка, не в силах его объяснить – попугивал.
Лиаты, как и ожидалось, моментально заскучали. Шартах старательно не замечал, как они одна за другой, всплывали из кресел и расползались по дому. Каймат посоветовал управителю указать, где в его доме находятся книги, и на какое-то время можно забыть о любопытных демоницах.
Наконец, какой-то молодой человек весьма приятной наружности притащил в гостиную искомую бумажку. Он робко проник в полуоткрытую дверь и застыл, поводя туда-сюда вытаращенными глазами.
– Абтах? – подбодрил его почтенный Шартах, поманив парня к себе.
– Лучше услышать то, что надо услышать, – задрав голову, Улюлюшка жалобно посмотрел в глаза Двуликой.
– Ты прав, милый, – прижала к себе мальчишку Каюри.
И очень сильно захотела, чтобы вернулась хотя бы одна Лиата. Тотчас в гостиную вплыла Илалия с книжкой в руках. Зависла над ближайшим креслом и плюхнулась в него – лёгкий подол взметнулся вокруг неё замызганным красным пламенем и опал, накрыв всё кресло целиком.
– Она взаправду услышит враньё? – прошептала Бира̀ти, в которой любопытство всё сильней затмевало страх.
 
– Услышит, – авторитетно заявил разом успокоившийся Улюлюшка и весело затренькал: – Дзѝньти-дзѝньти-дзѝньти-дзинь!
Каюри захлопнула ему рот ладошкой. Мальчишка тут же выкрутился из её рук. Спрыгнул с дивана и поскакал прочь из гостиной в поисках своей подружки.
– Надеюсь, – процедила Каюри в ответ на вопросительный взгляд Бира̀ти, – это не повод хлопать ушами.
– Говори, – между тем, приказал чиновнику господин управитель.