Государственник. Восхождение (СИ)

— Эй, может сыграем в маджонг как-нибудь? — крикнул ему вслед Цзи.
Кин хорошо провел время, познакомился с новыми людьми и даже выбрал себе школу. Первый день в столице оказался крайне продуктивным.
  
Глава 18
 
По совету своих новых коллег по опасному студенческому бизнесу Кин нашел вполне приличное общежитие. Тут оно называлось доходным домом. Кин выбрал именно это место, так как помимо вполне неплохих комнат, тут подавали завтраки. Готовить Григорий ненавидел, а уж тем более из не слишком понятных ингредиентов на открытом огне. Так что теперь он наслаждался рисовыми шариками, фаршированными рыбой. Дом правда находился не во Внутреннем городе, а в изолированном районе на западе города. Ранее тут проживала аристократия, потому дома не гнались за этажностью. Каждый дом тут состоял из четырех частей, по одной на каждую сторону света, в каждой из частей жили члены семьи, часто это были сыновья со своими женами. В центре получался внутренний дворик, именно в нем владельцы доходного дома расставили столы для постояльцев.
Сегодня Кин собрался наконец посетить школу, а то и несколько. Пора уже было приступать к учебе, а не транжирить собственные деньги, которые он добыл буквально кровью. Тем более, что заняться тут больше то было и нечем, имеется ввиду из полезного. Медитировать в Хато Наследник опасался. Он до сих пор понятия не имел о способностях практиков. Возможно медитация станет для них чем-то вроде лампочки зажженной в ночной тьме. Кин помнил наказ Водая. Может старик и приврал, что практики попытаются его убить сразу же. Но проверять не хотелось.
В Хато хватало учителей-одиночек вроде Тай Нина, некоторые богатеи даже готовились у них индивидуально к сдаче экзамена. Но Кин нацелился на большую школу. Так как во-первых нужна была библиотека, а ее он вряд ли бы встретил у частного учителя. Во-вторых ему нужны были связи. Во время учебы в университете Григорий понял этот принцип довольно поздно. Хотя и его последующая жизнь и биографии многих известных людей из абсолютно разных областей показывали, что те связи, что удастся наладить во время учебы, могут стать определяющими в вашей карьере. Как бы вы небыли честолюбивы, умны и прочая и прочая, без связей ваша карьера будет раза в два хуже, если повезет еще, а то и во все пять. Григорий сам обращался к однокашникам за помощью с работой, получал знания или услуги, и конечно же оказывал их сам. Даже помог пару раз людям устроиться на работу, за что получил благодарность не только от их, но их руководства, ведь Григорий знал кого и куда рекомендовать. И в этом мире он решил не изменять себе. Люди они и на Фэнше люди.
Местные школы очень отличались от земных учебных заведений. Были конечно и классические школы с обучением чтению, счету и прочим наукам, которые тут были в зачаточном состоянии. Однако Кин нацеливался именно на подготовку к сдаче экзамена. В рамках такой подготовки студенты учились по сути сами. А учителя лишь проверяли их работы, подробно разбирали и обсуждали их. Эдакий интенсив по подготовке. Каждый студент пару раз в неделю писал работу, которую в последствии сдавал. Все из-за специфики государственного экзамена. Он был эдакой дипломной работой, однако ее не писали заранее, проходили кучу этапов утверждения и лишь потом защищали. Тут же соискатели писали свои сочинения непосредственно во время сдачи экзамена, классической защиты как в земном ВУЗе тут не было. Как написал, так и сдал. Это Григория откровенно нервировало, нужно было попрактиковаться на кошках.
В итоге Кин пришел в школу Пяти Великих Столпов. Не самая элитная школа, но неплохая. Осталось лишь сдать вступительные. Абы кого сюда не набирали.
— Вы найдете писчие принадлежности на столах, — сухо сказал преподаватель. — Если хоть слово услышу от вас, то будете исключены.
Кандидаты на поступление поклонились и засеменили к столам. Зал был просторный, а вот мебель отвратительной. Низкие столики с табуреточками. Это наверняка сделано нарочно, чтобы студенты не расслаблялись. "На Предназначении стулья будут с пиками что ли?" — усмехнулся Кин.
 
Затем перед каждым выложили таблички с вопросами. Вопросы не относились к сложению, грамматике или любому другому предмету привычному земному школьнику. Целью этого экзамена было установление способности ученика к мышлению. Потому таблички пестрели различными цитатами, отрывками трактатов и прочей около филосовской мурой, которую Григорий ненавидел с первого курса своего университета. Хотя тут он был волен отвечать, что думает. Например, на до боли знакомую цитату: "Любой закон необходимо уважать, так как это закон". Он ответил: "Закон пишется людьми, а не дается небом, и так же ими извращается. Несправедливый закон должен быть переписан, либо не соблюдаться вовсе". Такое вряд ли оценят, все же местное общество высоко ценило иерархию, авторитеты и было крайне консервативным. Но тут бунтарский нрав Григория шел рука об руку с бурлящими гормонами молодого тела. Да и в другую школу поступить ему никто не мешает. В таком духе он ответил на несколько вопросов. Хотя все же он отметил пару довольно интересных цитат про природу поступков людей.
Он отложил кисть и поднял голову. В зале все еще оставалось множество людей. Учитель посмотрел на Кина:
— У тебя есть вопрос?
— Нет. Я закончил, — поклонился парень.
— Вот как? Ты ответил на все вопросы? Они написаны с обеих сторон табличек, — пригладил экзаменатор бороду.
— Да, я ответил на все вопросы.
— Приходи завтра за результатом.
Кин стал первым закончившим экзамен в этот день. Уже сидя дома он прокручивал в голове вопросы. У многих цитат было двойное значение, это несомненно. Но понял ли он его верно?
Утром он вернулся к зданию школы. Перед ним собрались все, кто вчера сдавал экзамен. Кин почувствовал на себе пару любопытных взглядов. В конечном счете он закончил раньше всех. «Интересно, через сколько минут сдал второй?» — задумался парень, рассматривая обеспокоенные лица остальных ребят.
На крыльцо вышел учитель, тот же что и вчера принимал экзамен. Он развернул свиток с именами. Учитель называл имя и будущий ученик поднимался на крыльцо. Очень быстро безмятежность покинула землянина, так как учитель перечислял учеников наверняка по времени сдачи работ. Если бы Кин сдал, то его бы назвали первым. Парень уже собирался направиться в другую школу, однако услышал:
— Кин Хюэ!
— Я! — Кин обрадовался как мальчишка и поспешил занять свое место.
Он поступил, поступил! Такой радости он не чувствовал с тех пор как на земле ему было семнадцать лет, когда он поступил в университет. Учитель объявил еще несколько имен, после чего поблагодарил всех и повел новичков за собой.
Им предстоял второй этап — собеседование. На нем с каждым учеником разговаривало несколько учителей, чтобы получше понять смысл его ответов на экзамене. Только после этого ученика принимали в школу Пяти Великих Столпов. На этом этапе, по словам друзей Кина, редко отсеивали, но бывали настолько некоммуникабельные личности, что не выдерживали и пятиминутного обсуждения.
Кина вызвали в небольшую комнату, где по центру располагалась циновка, а перед ней на некотором возвышении располагался стол и три стула. Получается отвечающему кандидату приходилось смотреть на приемную комиссию снизу вверх. «Не можете удержаться от демонстрации своего превосходства, довольно жалкое зрелище» — подумал Кин усаживаясь на циновку. Он намеренно не стал становиться на колени, напротив, он принял наиболее расслабленную позу. На лицах учителей пробежала тень. Один из них взял слово:
— Кин Хюэ, почему ты решил учиться у нас?
— У вас есть вступительный экзамен, — ответил тот.
— И все? — вскинул бровь вопрошающий.
— И обширная библиотека, — добавил парень.
«Слабо, дедушки, вопрос как у ленивого HR в третьесортной фирме» — подумал Григорий. Уж как он устал на них в молодости отвечать. «Кем вы себя видите через пять лет?» — этот вопрос будет высечен в Камне Бесполезных вопросов, сразу после того, что задали эти учителя.