Аксерион: сага первая (СИ)

Неспешно, во время передышки Сайбрит изложил свою мысль по поводу расположенного на ярус выше святилища. Дело в том, что раньше во всех более-менее крупных предприятиях имелись религиозные храмы, и на этот раз группе выживших повезло наткнуться на алтарь «Зрячих Звезд», или «Богов Звезд». Это была одна из наиболее распространённых религий, завоевавших умы, которые выжили на Аксерионе.
— Пф, тоже мне план. Помолиться, и все рукой снимет? — Плюнула Адель словами идейной атеистки.
Сама же Лите против религии ничего не имела на протяжении всей жизни. Даже наоборот — легенды про тех или иных богов всегда были ей интересны, а иногда и вдохновляли. Некоторые исповидания «Звёздных» гласили о воинском мужестве Орсея — воителя заката. Этот бог всегда был любимчиком Лите из всей пятерки.
Его звезда первой появлялась на закате небосвода, и даже Тираниус с Алтуарием не могли пересветить её. Гуш, на её взгляд, был слишком уж твердолоб, но вот если бы она, Лите, сама являлась богиней, то уж точно дружила бы с Тэрой — владычицей равновесия. К Лоне и Юду Лите, собственно, никак не относилась. Последние два бога были братом и сестрой. Они во всех легендах исполняли роль помощников Гуша, слишком уж светозарного на взгляд девушки.
Как и в любом другом «Звездном святилище», у каждого из богов имелся свой алтарь с именным цветом. Группа из шестерых выживших вошла в помещение святилища и стала свидетелем нетипичного интерьера.
Потолки его были выше всех остальных в два раза, и клином сходилась к центру. Торец молитвенного зала был округлой формы, а вдоль боковых стен шеренгой располагались статуи «хранителей звезд», служивших в роли мессий. На округлом же парапете, с обелиском в центре, полукругом стояли пятеро главных покровителей — статуи Орсея, Гуша, Тэры, Лоны и Юда. Они были вдвое крупнее статуй хранителей, и выполнены из более дорогого материала. В нем была примесь тривия — «несущего жизнь» металла, самого дорого и ценимого на Аксерионе ресурса.
Дорогая отделка помещения и мертвенный свет витрин внушали этому месту особую мистику, и в то же время спокойствие. Как ни странно, для Лите это место было наилучшим из тех, что она видела за последние годы жизни. Не было никакого пота, грязи и жара, ставшими для нее в мастерской арены общепринятой нормой. Только чистота и спокойствие, и даже пыль не попадала в святилище.
Разглядывая огромный красный рубин во лбу постамента Орсея, она завороженно высматривала почти живые языки пламени. Камень переливался в тусклом освещении витражей и фонариков группы, приобретая самые различные оттенки и переливы заката.
— Ого! Дорого, наверное, стоят. — Загребущий воровской взгляд Айзека не заставил долго ждать. — И почему никто их не спер при эвакуации?
— Потому что не все столь алчны, как ты. — Усмехнулась Оэлли. — Да и вообще, о какой эвакуации речь? Все население вон, внизу ходит.
Даже в полутьме было видно, как Вдова внимательно рассматривала статуи богов. Желтая призма во лбу Гуша выглядела не менее привлекательно.
— Ты верующая? — Спросила Лите у Оэлли.
— Когда убиваешь врагов на протяжении многих лет, мысли о том, что за все рано или поздно воздастся, начинают посещать все чаще и чаще. — Она опустила глаза. — Мне уже отчасти воздалось… — На её глазах навернулись слезы при воспоминаниях об Орисе, её брате.
Молодая девушка тоже в очередной раз вспомнила отца, и решила отогнать неуместную в данный момент горечь, рассматривая остальные достопримечательности.
— Если верить писанию Тосора — первого хранителя, то эти самоцветы — миниатюрные копии их звёзд. — Не смогла не заметить Лите, разглядывая идеально гладкую зеленую сферу Тэры.
— Стоп. — Остановился рядом с ней Сайбрит.
После чего поднял свою руку и поднес к драгоценному камню. Тот, в свою очередь, продолжил беспристрастно красоваться в алтаре Тэры.
— Показалось. — Опустил руку беловолосый. — Обычная стекляшка.
— Тю-ууу. — Разочарованно протянул Айзек.
— То, что ты ишешь, не будет так наивно спрятано. — Заявления Тирга, чем дольше они путешествовали вместе, тем больше становились все более неожиданными.
 
— Что он ищет? — Сразу же среагировала Адель, но ответом ей последовала тишина. — Ну и ладно. — Обиженно сложила руки и отвернулась.
— Смотрите, там есть выход! — Показала Оэлли в сторону резной арки.
Двери в ней отсутствовали, зато сразу было заметно широкий мост. Покопавшись в памяти, Лите вспомнила его. Он соединял все три башни-колонны. Если говорить о высоте, на которой конструкция была расположена, то она разделяла на половину высоту колонн.
Сайбрит подошел к Оэлли, после чего вышел из башни первым. За ним последовали и остальные. Вскоре вся группа обнаружила, что находится на платформе, состоящей из трёх мостов. Их центр ознаменовал круглый пролет для лифта. Только самого лифта не обнаружилось, да и не нужен он был. Логически прикинув и глядя на колею, можно было понять, что он опускался только вниз, в кромешную пропасть, меж тремя исполинскими зданиями.
— Красотища то какая! — Заблестели глаза Лите при панорамном обзоре «Девяти кругов».
Двухэтажные домишки на дне пещеры казались совсем крошечными, а благодаря равномерно обтянутой электропроводке освещения, гирлянды прожекторов сходились к центру пещеры спиралью. Отсвечивающие свет гигантские сталактиты переливали мертвенно-белым, а иногда и желтым светом, рассеивая его по огромным просторам.
— Назад!!! — Раздается громогласный бас Сайбрита.
Автоматная очередь сверху заглушила его голос. Пятеро из спутников в испуге успели заскочить обратно в помещение святилища, и только Адель упала на платформу, раненая выстрелом в голень. Нежданные гости палили с верхних этажей и спускались вниз по сброшенным тросам. Послышались громкие выкрики врагов — по их голосам можно было определить, что они были намного многочисленней выжившей группы.
Суматоха продолжилась несколько секунд, но этого времени хватило, чтобы оккупанты спустились и выстучали своими ногами гибельную очередь на мосту.
— Рассредоточиться! — Скомандовал Сайбрит, указывая на алтари внутри святилища.
Тех, по злой удаче, оказалось, как раз пять.
— Держитесь в укрытии, я вернусь за Адель.
— Не утруждайся, Хоуст! — Раздается низкий мужской голос снаружи.
Почему он назвал Сайбрита Хоустом, Лите не понимала.
— Адель я заберу с собой, она слишком ценный кадр! И тебе рекомендую выйти, подняв руки вверх… Собственно, ты тоже пойдешь со мной!
— Ты, смотрю, совсем берега попутал! С чего ты решил, что я с тобой пойду, Идкинс? — Ответил на дерзкий зов ему Сайбрит, после чего стало ясно, что эти двое друг друга знали. — Прости, но я помню, как ты меня опрокинул с тем делом! И к сожалению, это тот случай, когда время не лечит!
— Ты сейчас совсем не в том положении, чтобы спорить! Джет, тебя никто не спрашивает! На этот раз у меня окажется достаточно сил, чтобы «уговорить» тебя.
По многочисленному смеху можно было понять, каким образом человек, названный Идкинсом, хотел «уговорить». Ничего хорошего он этим не имел в виду. За его спиной была недюжая огневая мощь.
— Ну и сколько же ты клоунов привёл на этот раз? — Тянул время Сайбрит.
— Без малого три сотни. Шаг влево, шаг вправо, и сомнем тебя — как бы ты этого не хотел! — Идкинс хмыкнул. — И это только отборные бойцы! основные силы ждут нас наверху.
— Нехило же ты раскормил свое кодло, Олден! И как же теперь твоя шарага называется? — Рука Сайбрита начала светиться и отдавать белыми разрядами, собирая энергию.
Он готов был пустить в ход все, чтобы не попасть в плен к новоявленной группировке.
— Мою группировку называют «Мистиглаз». А за шарагу ответишь ещё, волчара позорный.
— Ой, прости! Я забыл, что ты всё слишком всерьёз воспринимаешь…
— Выходи по-хорошему, белоснежка! Вы окружены. Снизу — в том числе. Мои ребята уже давно в «Девяти кругах» покуривают.
— Ладно-ладно, только не нервничай, Олден. — Сайбрит дал сигнал группе, указав на выход из святилища, в который они вошли.