Аксерион: сага первая (СИ)

Собственно, в зеркале он не обнаружил ничего нового, за исключением того, что узоры по всему телу и лицу Хэла налились еще большей краской. В его глазах потемнело. Он оперся спиной о стену и съехал вниз, на секунду потеряв сознание. С момента пробуждения с ним такого еще не происходило. Когда он очнулся, то услышал:
— Ну где ты там застрял? — Это донеслось до него снаружи.
Не став ничего отвечать, он пришел в себя и вышел обратно, после чего спрыгнул с балкона.
— Есть? Есть. — Спросил и ответил сам себе Маркус, глядя на его обмотанный зажигательным зарядом пояс.
— Чего так долго? — Айзек уже готовился в путь, закидывая за плечо сумку.
— Найти не мог. — Решил увернуться от расспросов Хэл.
Историю про убитого им монстра, ключи и фотографию он решил оставить при себе. Да и вообще нахождение на одном месте его уже начинало удручать.
— Я пошел. — Донес он практически мгновенно принятое решение. — Никому не помешает, если я избавлюсь от преграды на пару минут раньше. Зато вот для себя время выиграю. — Он взглянул на часы и посоветовал. — Выходите через десять минут.
— Ну тогда это… Удачи. — Маркус похлопал его по плечу.
Все остальные провели Хэла взглядами, а от Тирга краем уха было слышно «Хэлдайзер не подведет». Когда парень приготовился спрыгивать на наводненные монстрами улицы, его обостренный слух со спины уловил тихий голос Лите, будто адресованный самой себе:
— Будь осторожней.
Низкий утробный гул. Рычание и шипение. Взмахи острых конечностей. Все эти звуки перемешались в одну единую симфонию. Она доносилась сплошной стеной, надвинутой на площадь, перед которой был вход в один из трех зданий-колонн. Как назло, все представители флоры и фауны «девяти кругов» были собраны в единую толпу, которая копошилась и толкалась, подобно рою насекомых.
Сверху картина, казалось бы, выглядело безопасно. Будто стадо безмозглого скота, который в любое время могли увести на убой. Но спустись Хэл вниз, тут же обнаружилось бы, что многие из тварей выше его ростом на две головы и вдвое шире. Он решил долго не крутить эту мысль в голове, ведь время поджимало, а проход надо было освободить.
Он в очередной раз выполнил прыжок с большой высоты, в пять этажей. В этот раз Хэл протянул траекторию полета вдаль, дабы не приземлиться в самую гущу монстров. Когда он докрутил переднее сальто и встрял ногами в рыхлый грунт, то понял, что решение с путем отхода оказалось преждевременным…
Узенькие проходы между блоками, крытые сверху металлическими листами, положенными поперек, оказались наводнены монстрами не меньше, чем сама площадь. Идея-кандидат на решение проблемы нашлось секундой позже, в виде густо расположенных между блоков балок. За одним маленьким исключением — сама улочка с этими балками отходила резко в противоположную сторону, по сравнению с той, по которой изначально планировался его отход.
Пока он делал это наблюдение, то понял, что операцию проводит не только он. Вот уже с десяток ходунов и пара атхаши начали совсем не с дружелюбными намерениями направляться в его сторону, стягивая при этом за собой остальное внимание злобных и голодных глаз. Парень решил не затягивать с «пиар-компанией себя», раз уж на то пошло. Зажигая фитиль, он проложил ближайший маршрут до требуемого прохода. Для этого ему потребовалось отвлечь внимание голодной толпы, закинув один пакет в найденные бочки горючего. Почти одновременно он ударил по спринтам в правом направлении, огибая пламенный фейрверк взрывов.
Провернув эту операцию, он взял еще один, в этот раз резкий и резкий высокий старт. Через шесть секунд Хэл оказался рядом с крупным мусорным баком. Оттолкнувшись от него, он уцепился за железную балку и вылез на нее, после чего ему потребовалось поджечь весь оставшийся фитиль прямо на себе… Он осекся и понял, что идея с запущенным в бочку горючего запалом оказалась весьма взрывной, так как пламенело уже несколько смежных зданий. Вокруг них носились с воплями некоторые из атхаши, будучи подожженными по пояс, а некоторые уже тлели. Остальная масса сгрудилась вокруг полыхающих языков и не могла оторвать от них своего внимания. Для того, чтобы не ослепнуть от яркого зарева, Хэлу пришлось закрыть глаза одной рукой, ухватившись за обломок лестницы другой.
 
Идея подействовала — хоть премию вручай. Всё живое (или не совсем), что было в округе, в момент сбежалось на звук взрыва, и даже узенькие улочки частично опустели. Затем, к превеликому огорчению Хэла, они учуяли его. Органы зрения, обоняния и прочего восприятия монстров хищно направились в сторону парня. Еще большего адреналина ему добавили те из них, что имели длинные зигзагообразные ноги, приспособленные для прыжков. Другими словами — задерживаться тут ему не стоило, ибо стальные балки над улицей отныне не были гарантом безопасности.
Первый вылетевший «прыгун» вынудил его действовать. Он пожег фитиль и урвал изо всех сил подальше от разъяренной толпы, часто перебирая и перепрыгивая ногами по балкам. Улочки между блоками были довольно узки, и это давало ему определенное преимущество: в то время, пока основная толпа передвигалась под ним и норовила ухватить за ногу, у него открылась возможность делать короткие очереди на отходе из своих пистолетов-пулеметов, в сторону наступающих на пятки «прыгунов». Одного ему удалось уложить прямо в полете, до того, как он едва не приземлился на голову.
Через пару мгновений выяснился еще один неприятный момент: в толпе снизу вырисовался кио-атхаши выше и крупнее всех, что Хэл видел прежде. И самым плохим являлся тот факт, что монстр уже доламывал балку, на которую собирался перепрыгнуть парень. Не избежав приземления на нее, беглец обрушился вниз, под ноги крупному чудовищу. Тот, в свою очередь, развернулся к Хэлу лицом, точнее забралом железного шлема, который был одет на его голову. То, что гигант обратил на Хэла внимание, оказалось кстати — своей широченной спиной монстр закрыл путь остальным недоброжелателям, которые должны были подтянуться с минуты на минуту.
Но здоровяку было совсем не до них — он уже замахивался своим бледным кулачищем, пытаясь размозжить жертву. Хэл отпрыгнул назад… И тут его снова окатило наваждение.
Своды гигантской пещеры разрывает огненно-красное небо. Я стою в узкой улочке между тлеющих домов… И на меня движется оно. Нечто, не имеющее ни формы, ни тела. Только цвет.
Черный цвет.
Невозможно определить даже консистенцию этой материи. Сгусток этого нечта передвигается в мою сторону, протягивая ко мне свои щупальца и увеличиваясь в размерах, а стены улочки начинают сдвигаться.
— Беги.
И я побежал. Что было сил, я в ужасе побежал из этого кошмарного места. От него.
Стены сдвигаются все уже и уже, из окон домов ко мне протягиваются крючковатые руки, пытаясь ухватить и удержать. Пол под ногами проваливается, образуя пламенные дыры, но я перепрыгиваю через них.
Удираю я не оглядываясь даже тогда, когда из дыр начинают бить столпы огня, превращаясь в пламенные руки. Перепрыгивая ямы, я срубаю их «магма-клинками». Кажется, что коридор удлинняется бесконечно, и я чувствую, что пришел мой последний час. Порыв ужаса заставляет меня сделать критическое усилие, я вылетаю из почти сомкнувшегося проема на площадь, и падаю наземь.
Я резким рывком встаю обратно на ноги и оборачиваюсь. Коридора за спиной более не видать. Зато в центре площади стоит статуя, похожая на изогнутый цилиндр. Сверху на цилиндре стоит статуя с обыкновенными руками и ногами, но головой зверя. В середине цилиндра вырезан круг, и внутри него что-то виднеется. Не спеша и оглядываясь, убираю клинки и подхожу. Внутри этого выреза виднеются еще два отверстия, по размеру предплечий.
За спиной, возле стены, вновь сгущается оно, и я не нахожу лучшего решения, чем просунуть руки в эти отверстия.
И зачем я это делаю?
Руки до самих плеч пронзает острая боль, но я не кричу. Когда она стихает, то я чувствую приятное тепло, будто оно греет не только руки, но и сознание в целом.