Ты, как снег на голову (СИ)

— Я уже стар, парень, играть в игры, у меня просто нет времени! Ты — единственное, что у меня осталось от семьи, и я вцеплюсь в тебя, как клещ, но никуда не отпущу, — в глазах деда появились искры смеха. Он начинал нравиться парню. Сильный, уверенный, и главное, умный дедуля. Прет, как танк, и не краснеет!
— Я, — сделал паузу Стефан, глядя в глаза деда, — дам Вам шанс, если не будете пытаться изменить мою жизнь против моей воли. Иначе, я просто уйду.
— С твоим Андрэ я смирился, — намекнул дед на уступку, — как первый шаг, засчитано?
— Да! Вот только где вы двое столкнулись?
— Тот магазин, куда я тебя возил, мы делаем по заказу компании твоего деда. У меня с ними контракт, — признался Андрей.
— То есть ты знал, но не сказал мне. Почему?
— Я и Марселю ничего не сказал. Я решил, что это ваше личное дело. Твой отец ведь тоже отошел в сторону, а я на тот момент и права никакого не имел вмешиваться. Я понял, что ты не горишь желанием общаться с дедом. И было бы странно, если бы я полез к господину Сен-Пьеру с советами, как вести семейные дела. Я собирался деликатно расспросить Кареля, но обстоятельства…
— Дипломат, — улыбнулся Стефан. — Где вы остановились?
— У нас забронированы номера, — за обоих ответил Марсель. — Андрэ, останетесь или поедете со мной? Я устал после перелета, спать хочется ужасно.
— Он останется здесь, — решительно сказал Стефан. — Нам нужно еще поговорить.
Они попрощались с дедом, договорившись встретиться в больнице утром, забрали сумку Стаховского и вернулись в квартиру. Как только за ними закрылась дверь, мужчина обнял крепко своего Дракошу.
— Я так соскучился по тебе, — прошептал он, ища его губы своими. — Сразу, как только самолет взлетел, я понял, что сглупил.
— Правильно понял, — ответил парень. Он взял лицо мужчины в ладони и посмотрел в синие глаза. — Лена — мой друг, повторю тебе еще раз. Она знает о нас и хочет с тобой познакомиться. Она будет рада, что ты приехал.
— Здесь хорошие врачи, не самая плохая больница, тем более Марсель обещал подключить светило акушерства, — улыбнулся Андрей. — Все будет хорошо с твоей подругой.
— Тебя не волнует, что у меня появятся дети? Ты не против стать папой?
— Я даже не рассчитывал, что когда-нибудь стану папой, а уж тем более, двум малышам. Но я рад за всех нас. Я давно хотел тебе сказать… Это не так легко, как в кино. Я тебя люблю, Дракоша!
— Странное дело, но я тебя тоже, наказание ты моё, — произнес Стефан, смеясь и целуя Стаховского.
— А почему наказание?
— Потому, что ты свалился на мою голову, как снег летом. Потому, что перевернул все с ног на голову.
Молодые парни тихо посмеивались, стоя так близко друг к другу, что между ними невозможно было бы протиснуть даже лист бумаги. Тихий вечер шелестел за окнами, навевая спокойствие. Даже шум большого города не мешал уединению этих двоих.
Вот только их спокойствие закончилось поутру. Марсель Сен-Пьер оказался очень деятельным человеком. Он не только уговорил своего друга приехать и взяться за случай с Ленкой, но и очаровал саму будущую маму его правнуков. А еще девушке понравился Андрей, она даже загорелась желанием сделать фотосессию с ним. Особенно, ей понравились его синие выразительные глаза, которые от ее предложения стали круглыми, как пара монет. А Стефан смотрел и радовался, что его подруга перестала напоминать перепуганную девочку. Она была уже в своей стихии. А еще она хотела увидеть Усадьбу и ее обитателей, что Стаховский ей клятвенно обещал.
Марсель — это поезд без тормозов! Такого деликатного, но сильного напора Стефан не испытывал даже от упрямого и целеустремленного Андрея. Они все не успели оглянуться, как Ленку перевели в палату-люкс, как этот интриган уговорил их всех на авантюру. Собрал всех вместе и долго уговаривал, убеждал и, в конце концов, убедил. Стефан согласился, особенно после звонка своего отца, сменить фамилию с Горовиц на Сен-Пьер — это, во-первых. А во-вторых, Марселю удалось невероятное дело, он уговорил Стефана и Ленку заключить фиктивный брак. И, что самое невероятное, даже Андрей, без большой радости, но принял доводы старика. Да, так лучше для детей. Оформить гражданство Лены, которой дед предложил должность штатного фотографа в своей компании, а это очень большие возможности, будет проще, если она будет замужем за гражданином Франции. И детям получить гражданство так будет проще. Через год молодые люди смогут развестись и быть свободны, как птицы. Старый хитрый интриган, ругался про себя Стефан, и одновременно восхищался напором деда. Хотел бы он в его годы быть таким же энергичным. К тридцатому декабря дед уладил все формальности со сменой документов, во сколько ему это обошлось, внук даже не стал спрашивать, а накануне Нового Года Стефана и Ленку поженил представитель французского посольства прямо в больничной палате под довольным взглядом деда, и слегка мрачным Андрея. А вот в новогоднюю ночь двойняшки попросились на волю! Понятное дело, что праздничная ночь прошла на нервах. Малыши родились под утро. С ними все было хорошо, они были здоровыми и крепкими, чего нельзя было сказать об их маме. Операция длилась несколько часов, но все закончилось благополучно. Единственный минус — это то, что детей у Ленки больше не будет. Даже профессор ничего не смог сделать. Но Стефан, благодаря небеса за помощь, подумал, что это уже мелочи, по сравнению с тем, что он мог потерять подругу навсегда, а малыши остаться без мамы.
Через два дня Андрей улетел домой, но должен был прилететь в Париж через месяц, на крестины. Какими счастливыми были его глаза, когда рыжая красивая молодая женщина попросила его стать крестным ее сына.
— Андрюш, ты не можешь быть его отцом биологически, но я очень хочу, чтобы ты стал его крестным. Так вы будете связаны навсегда. И я буду рада, что у моего сына, да и дочки тоже, будет такой опекун. Вы оба будете замечательными папами, — сказала она, притягивая обоих молодых мужчин и целуя их в покрасневшие щеки.
После всех событий самым счастливым чувствовал себя Марсель Сен-Пьер. Он получил не только внука, но и еще одну Элен Сен-Пьер. Он просто обязан теперь сделать счастливой чужую дочь, если уж не сумел сделать свою. Он окружит их всех любовью и заботой. Ленка решила назвать дочку в честь мамы и прабабушки Стефана — Мари-Элен, а Марсель настоял, чтобы правнука назвали в честь отца самой Ленки — Николас. Николай Зеленский был кадровым военным, и погиб в горячей точке, когда его дочери было восемнадцать лет. Девушка была так растрогана, что от всей души расцеловала старика. Стефан в первый раз с момента знакомства увидел румянец смущения на щеках деда.
Вторым крестным, для малышки Мари-Элен, единодушно был избран Артем Троицкий. У Ленки была только одна близкая подруга, и ее она выбрала крестной для Николя. А со второй крестной мамой была проблема. И тогда Марсель предложил на эту роль — Кристину, жену Яна Горовица. Молодые родители согласились, а Кристина была очень рада! Хитрый француз канатами связывал свою новую семью. А что может быть самой лучшей, самой крепкой связью, если не дети?
  
Эпилог
 
Стефан с наслаждением плавал и нырял в пруду. Теперь им с Андреем редко удавалось уединиться в Усадьбе. Марсель потихоньку передавал внуку управление компанией, начав с магазинов в России. Стефану так и не удалось поработать с Андреем, как тому мечталось, но модифицировать работу компании он ему помог. Теперь у самого Стаховского было больше времени для его ума талантливого архитектора, и больше времени на семью. Они вместе со Стефаном постоянно метались между двумя странами. Жизнь кипела и играла всеми красками. У Ленки тоже все было замечательно — и работа, и малыши, и жизнь под опекой такого большого количества любящих мужчин. И Марсель, и Стефан, и даже Андрей с нее разве что пылинки не сдували. Она снимала новые коллекции одежды Дома Сен-Пьер, делала рекламу для салонов мебели и новых магазинов. Даже Андрей уговорил ее, в обмен на своё согласие на фото сессию, поснимать для его компании. Ему безумно нравились ее работы.