Принцесска: Никому не верь (СИ)

— Я давно хотел спросить, — на удивление неуверенно произносит он. — Что ты задумала?
— В каком смысле? — я вкладываю в свой голос всю напускную скуку, которую только могу найти в закромах своей души.
— В прямом, — пожимает плечами Аэрт.
Со своего положения я вижу только его спину, и мне приходится делать колоссальные усилия над собой, чтобы не подняться и не заглянуть в лицо кадета Ивеса. С чего вообще его вдруг стала интересовать моя персона?
— Я наблюдал за тобой. Долго. Ты стала другой, — не дождавшись от меня ответа продолжает он.
«Он наблюдал за мной? То есть, я ему все же интересна?» Глупые мысли одна за другой всплывают в моей голове. Мне не стоит даже пытаться думать о возможном интересе Аэрта ко мне, но я все равно думаю.
— Люди меняются, — как можно безразличнее отвечаю я.
— Не настолько, — в голосе Аэрта слышу неприятную категоричность.
Не выдерживаю, легко вскакиваю на ноги, радуясь, что сегодня Аран не успел забить мои мышцы тренировкой.
— Что ты хочешь от меня услышать? — горделиво задрав подбородок, спрашиваю я.
— Правду, — он смотрит на меня снизу-вверх, и его глаза блестят в темноте не тусклее звезд, которыми я недавно любовалась.
— Я тебе ее уже сказала, — выделяю каждое слово. — И, если она тебя не устраивает, я в этом не виновата.
Нервно подцепляю свою палку носком мягкого тренировочного ботинка и подкидываю, в полете перехватывая ее рукой. Собираюсь уйти, кляня себя на чем свет стоит за то, что переоценила свои возможности самообладания рядом с этим человеком. Но к моей неожиданности Аэрт мягко, но настойчиво перехватывает мою ладонь, когда я прохожу мимо.
— Я не хотел тебя обидеть, — до меня не сразу доходит смысл сказанной им фразы.
Что? ЧТО?! Это ОН не хотел меня обидеть?
— Уходи, — слышу я над ухом голос Арана.
Но послушаться его я уже не в силах. Слишком долго я молчала, скрывая свои чувства, и теперь они бурным потоком готовы выплеснуться наружу.
— Не нужно лицемерить, наш драгоценный мальчик, — я выдергиваю ладонь из его горячей руки. — Единственный человек в этой крепости, кого ты когда-либо хотел обидеть, это как раз я. Спасибо, что вытащил меня из того подземелья, спасибо, что не рассказал никому, спасибо, что помог с выздоровлением. Я не очень понимаю, зачем ты это делал, но — спасибо. На этом все.
Разворачиваюсь и успеваю даже сделать несколько шагов, прежде чем Аэрт довольно жестко на этот раз дергает меня за руку, разворачивая к себе. Я практически врезаюсь в его грудь, пытаюсь отшатнуться, но Ивес лишь крепче сжимает мое запястье, не давая мне отодвинуться.
— Мне вмешаться? — призрачный воин готов меня защищать даже от собственных чувств.
Я лишь отрицательно качаю головой, зная, что Аран все поймет правильно: это — исключительно моя битва.
— Я пришел с миром, — золотые глаза словно светятся изнутри, и я всеми силами стараюсь не поддаться этому очарованию.
— С ним и оставайся, — выплевываю я.
Даже в темноте я вижу, как он сжимает челюсти, но я не собираюсь ему уступать. Также упрямо я гляжу в медовые глаза, убеждая себя в том, что я вовсе в них не тону.
— Потренируйся со мной, — от такого резкого перехода я теряюсь.
— Я уже закончила тренировку, — напоминаю я.
— Тогда завтра?
Я отступаю назад, недоуменно качая головой.
— Даже не думай, — подает голос мой призрачный здравый смысл.
— Я не думаю, что это хорошая идея…
— Я буду ждать тебя здесь после заката, — Аэрт кивает так, словно это уже решенный вопрос, отпускает мою руку и через мгновение скрывается в темноте.
Некоторое время я стою, с трудом осмысливая произошедшее, а потом отправляюсь к себе. Всю дорогу Аран молчит.
— Нам нужно новое место для тренировок, — резюмирует он, когда я закрываю за собой дверь комнаты и поворачиваю кольцо. — Или другое время.
Я не отвечаю, опасаясь признаться призраку, что я ужасно хочу завтра после заката оказаться на полигоне.
— Не доверяй здесь никому, Мари, — Аран подходит ближе и касается ладонью моей щеки, от чего я ощущаю у своего лица что-то похожее на теплое дыхание.
 
Хочется прижаться щекой к его руке. Мне так не хватает порой его прикосновений. Кажется, если бы он обнял меня по-настоящему, то часть моих печалей перетекла бы к нему. А может, древний воин сумел бы забрать их все. Хотя он и так делает все возможное. Но, похоже, мне этого мало.
3
— Алиша, что-то сегодня Аэрта не видно, — мой слух улавливает это сочетание звуков даже в переполненной столовой.
Бросаю украдкой взгляд в сторону стола, потому что меня и саму интересует отсутствие кадета Ивеса. Как бы я не старалась держать себя в руках, мой взгляд все утро шарил по столовой, словно голодный пес, бросался к каждому входящему кадету или преподавателю. Это злит меня. И я чувствую всей кожей, как сильно это раздражает Арана.
— Ему сегодня не здоровится, — скорее читаю по губам, чем слышу я.
Странно, а вчера был здоров ровно настолько, чтобы приглашать меня на совместную тренировку.
— Заболел? — спрашивают у моей бывшей подружки.
— Скорее плохо спал ночью, — она так самодовольно улыбается, что ни у кого не возникает сомнений, кто стал причиной бессонной ночи драгоценного мальчика.
Тьфу!
— Я же говорю, он тебе не нужен, — совершенно не вовремя, по моему мнению, произносит призрак.
Отвечать Арану нет ни возможности, ни желания, поэтому я молча подхватываю сумку и направляюсь к двери, не забыв ущипнуть за бок пробегающего мимо Хидо. Мальчишка задорно мне улыбается и недвусмысленно указывает взглядом в сторону библиотеки — наше собрание изгоев начнется сегодня после обеда. Я так же заговорщицки ему подмигиваю и уже собираюсь направиться и дальше к выходу, как врезаюсь в чью-то широкую грудь. Громила. Тот, который так бесцеремонно поступил со мной на злополучной первой тренировке отряда.
— Кто это у нас тут? — его голос разносится по всему залу, обращая на нас всеобщее внимание.
— Провались к ядру, пожалуйста, — крайне вежливо улыбаюсь я.
— Какая грубая девочка, — Главарь стоит поодаль, но не теряет возможности поучаствовать в разгорающемся конфликте. — Пожалуй, следует поучить ее манерам! Что думаете?
Он обращается ко всем и каждому, и благодарная толпа радостно улюлюкает. Шакалы! Возможно, лучше бы промолчать, я знаю, но за эти месяцы это первое вынесенное на обозрение издевательство. Если смолчу сейчас, оно точно не станет последним.
— Мари… — звучит предостерегающий голос Арана, но вместе с ним слышу, как выскальзывает из ножен призрачная катана. Мой призрак уверен, что учить меня чему-то имеет право только он. И я думаю так же.
— Вынуждена отказаться, — изгибаю бровь. — Если манерам кого-то возьметесь учить вы, боюсь, деградация обучаемого неизбежна. Ах, простите, — я притворно вздыхаю. — Слишком сложные слова? Скажу проще: вы тупые дегенеративные псины, которым в моем доме не доверили бы сторожить даже сортир, пошли прочь!
По залу прокатываются смешки.
— Ах ты!..
— Парни, пусть идет, — Аэрт стоит прямо за ними и не сводит с меня глаз.
Видимо, уже успел выспаться. Пользуясь замешательством проскальзываю мимо Громилы и Аэрта и иду к выходу. Все мои силы уходят на то, чтобы не побежать и не выдать своих настоящих эмоций. Уже на пороге оборачиваюсь и вижу, как мои оппоненты что-то обсуждают в своей компании и злобно зыркают на всех, кто посмел над ними засмеяться, а кадет Ивес, дойдя до своего места, целует радостную Алишу.
— С одной стороны, я, конечно, поддерживаю твое решение, — задумчивый голос Арана вырывает меня из созерцания слащаво-пакостной картины. — С другой, не понимаю, почему ты до сих пор жива.
Нервно хмыкаю и спешу на лекции.
Мари не видит меня. Слишком взбудоражена инцидентом, раздосадована, и от этого невнимательна. А я борюсь с желанием растерзать этих идиотов на месте. Они просто отбросы, которые слишком зарвались от безнаказанности, по сути, они не сделали ничего ужасного, чтобы…