Кошак (СИ)
Должен признать, девочка проделала всё настолько естественно… А результат — теперь мне просто так не уйти из этих коготков. Только если кошка сама отпустит, что маловероятно. Её глаза сказали мне то, что осталось за кадром короткой реплики. Они так и кричали: «Попался!» С трудом оторвавшись от пленительного влечения чёрных с зелёными прожилками глаз, осмотрел остальных слушательниц. Все ждали продолжения, но большинство откровенно фыркали в предвкушении — тоже заметили, как я подставился. Да я и не сопротивлялся… Напротив, принялся нежно чесать девочку коготком за ушком, исподволь вглядываясь в разверзшиеся бездны чёрных глаз.
— Так вот, у моряков на моей планете было поверье — ещё тогда, когда по волнам плавали деревянные шхуны с белоснежными парусами, — что в море живут волшебные создания. Их пение — величайший соблазн для моряка, оно манит и зовёт, и многие, не выдержав, шли на зов этих морских созданий. Замечу, в море тогда ходили мужчины, женщины ожидали на берегу и занимались хозяйством, — подмигнул я благодарным слушательницам, которые ответили новой порцией фырканий. — А знаете почему мужчины соблазнялись? Потому что зов принадлежал волшебным созданиям женского пола. Русалкам. Сверху, до пояса, у них всё было нормально, а ниже — хвост. Вот и сейчас смотрю я на вас и думаю…
— Нет ли там хвоста? — фыркнула молоденькая ариала по правую от меня руку. — А ты прыгай к нам, сам проверишь!
Фырканье кошек перешло в заливистый смех, а через мгновение метиллия, вопросительно приподняв бровь и получив от меня короткий кивок, резко дёрнула за ногу. В последний момент успел сгруппироваться — впрочем, это спасло лишь от удара о воду, но не защитило от резвящихся в ней красоток. Меня тут же облепило с десяток рук, и когда я всё же смог вернуть координацию движениям, то с удивлением осознал, что полностью обнажён. Эти бестии за считанные секунды стянули с меня комбинезон! Наверное, удивление было написано у меня на лице, потому что кошки вновь зашлись задорным смехом.
— Ну что, где проверять будем? — деловито поинтересовалась давешняя снежка, что сейчас оказалась ближе всех. — На воде или на дне?
— Проверять? Что именно? — деланно распахнул глаза я и начал потихоньку оплывать рыжую по дуге.
— Ах так?! Врёшь, не уйдёшь, котик! Ты у меня всё там проверишь!
Следующие минут пять мы со снежкой игрались в догонялки. Полигоном нашего противостояния стала вся поверхность бассейна. Чертовка даже на дно меня утянуть пыталась! Остальные валькирии, пока мы игрались, даже с места не сдвинулись, зато вовсю комментировали и подначивали спорщиков, то и дело взрываясь смехом. Смех этот звоном серебряных колокольчиков разносился по обширному помещению, и на него даже из соседних комнат посбегались новые зрительницы.
В итоге валькирия меня всё же поймала. Несколько демонстративно, не спеша, она принялась утягивать меня на дно. Я же вскинул руки над головой и медленно погружался в пучину «морскую»…
Поиск рыбьего хвоста у человеческих кошек результата не дал, но мы с девочками не отчаивались. Предпринимали всё новые и новые попытки, в тщетной надежде на чудо. И вот что странно, для пущего эффекта нужно было переплестись всеми доступными членами. Вы спросите — при чём тут хвост? Вот и я не знаю. Зато чтобы приступить к «осмотру», нужно было догнать очередную кандидатку в русалки, или ей — догнать незадачливого исследователя. Что было не так-то просто сделать! Ни я, ни очередная кошка, не спешили переходить к сладкому, стремясь вдоволь насладиться экзотичными салочками на воде. Даже старшим сёстрам, когда они прибыли спасать меня из дивного плена, это удалось далеко не сразу.
Едва вылез из озера-чаши, вслед прилетел насквозь промокший комбинезон. Действо это сопровождалось намекающими кивками — мол, одевайся. Откровенные и любопытные взгляды, направленные преимущественно в одну точку, окончательно разрешили дилемму, что хотели сказать этим жестом недавние мои любовницы. Пришлось одеваться на публику — весьма требовательную публику, я вам скажу! Кошкам нужно было показать себя во всей красе, медленно, с оттяжкой, под особенно живописными ракурсами. Но судя по реакции прелестниц, они получили, что хотели.
Валькирии встречали нежданный сеанс мужского стриптиза задорным смехом и бурными аплодисментами. Даже Милена с Викерой, прибывшие по мою душу, заулыбались. Их глазки в этот момент вспыхнули собственническим огнём, кошки словно говорили себе и окружающим, что это наше! Под ручки они меня брали тоже весьма выразительно, словно пытались силой пожатий передать силу собственных чувств.
Сёстры сразу проследовали на поляну перед зданием, где уже дожидался катер. В полной тишине расселись по местам, и тут-то и состоялось долгожданное объяснение. Его вновь выпало проводить Викере, которая для этого с толикой демонстративности уселась ко мне на колени. Позу всадницы валькирия принимать не спешила, что говорило само за себя. Вместо этого провела пальчиками по виску, завела ладонь за ухо и принялась там чесать — с совершенно умильным выражением на моське, словно сама балдела от собственной же лёгкой щекотки.
— Не буду петь тебе дифирамбы, кот. Но ты меня сильно зацепил сегодня… и не только меня, — добавила она, вполне однозначно кивнув в сторону Триши, внимательно наблюдавшей за нашим разговором. — Подробней мы ещё обсудим наши… перспективы, но не сейчас. Сейчас не тот случай. Сегодня уходит моя давняя подруга. Мы летим её проводить. Когда грусть после расставания схлынет, можно будет говорить о хорошем, но сейчас правда не время.
В довершение «инструктажа» Викера ещё и коротко мазнула мне по щеке поцелуем, чем окончательно выбила из колеи. Что-то сегодня точно случится. Особенно если учесть, что сразу после разговора наставница поспешила оставить меня наедине с собственными мыслями. А ведь раньше сёстрам ничто не мешало использовать вынужденное безделье короткого перелёта для скоротечного удовольствия! Я уже грешным делом привык к приятной тяжести на ногах — словно валькирия шла довеском к штатной противоперегрузочной системе.
Но раз никто из сестёр не спешил переходить к игре, я решил воспользоваться представившейся возможностью и «посмотреть» за борт. У мечника в республиканских кораблях вообще имелся особый доступ, ведь в бою ему наравне с пилотом предстояло отражать нападение и атаковать. Короткая рекогносцировка показала, что аппарат вышел на околоземную орбиту и уверенно идёт по вектору к вязи причальных стапелей местного заатмосферного транспортного узла.
От дальнейших размышлений отвлекла Сай. Девочка всё же решилась занять «штатное» место у меня на коленях, однако, против обыкновения, не стремилась взять — напротив, сама остро нуждалась в нежности и ласке. Кошка вся буквально стелилась. Стремилась прижаться, ощутить максимальную площадь моего тела, ощутить крепость мужских объятий. Ей нужна была именно поддержка — через невинные ласки и множественные прикосновения.
— Она погибла? Как это произошло? — всё же не удержался от вопроса.
— С чего ты взял? — удивилась кошка. — Нет. Мы летим попрощаться, а не на Дань Памяти. Рано ещё.
Ответ валькирии не только не прояснил ситуацию, но сделал её ещё более непонятной. Такие кислые мины — и из-за простого прощания? У этих исчадий войны? Какие-то телячьи нежности, право слово… С другой стороны, они же женщины, а значит, куда как эмоциональней мужчин. В конце концов я решил не забивать голову чужими проблемами, а сосредоточиться на вполне конкретном — попытаться утешить свою обожаемую рыжую кошку.
На транспортной станции мы, в числе немногих пассажиров, пересели на внутрисистемник. Система, где квартировала наша стая, была достаточно развита, и помимо нашей планеты тут имелись ещё две — пригодные для жизни и вовсю используемые Республикой. Я уж молчу про луны и астероиды. Система была одной из сравнительно недавно освоенных, а «недавно» по республиканским меркам — это не старше тысячи лет. Так что здесь ещё не выбрали в полной мере залежи полезных ископаемых, как в более «старых» мирах Республики.