Рыжий наследник (ЛП)
Он быстро стряхнул эту мысль. Не было никакого принца. Лорд Дум утверждал, что его племянник будет находиться в безопасном месте до своего совершеннолетия, но никто по-настоящему в это не верил. Пропавший принц был сказкой, фантазией, и определенно был мертв и похоронен, если, конечно, у лорда Дума была хоть капля здравого смысла.
Скотт прикусил губу.
— Не встречался-встречался, но ведь все из письма оказалось правдой, — сказал он. — Камера, рыжие волосы, спящие охранники, все это.
— Подожди. Спящие охранники?
На этот раз кивнул Дейв:
— Я хотел вырубить их, но они уже спали, — надулся он. — Удалось ударить только стену.
Лот отложил эту информацию на потом и поднял листок бумаги.
— А ты не должен был избавиться от этого? — потому что не видел ни одного стоящего заговорщика, который бы не избавлялся от улик.
— Эм, я не очень хорошо запоминаю вещи вроде названий городов и деталей, — признался Скотт. — Поэтому сохранил его. Наверное, стоит его сжечь.
— Точно. Позже разожжём огонь, — заявил Лот.
— То же и я сказала, — пробормотала Ада. — Но ведь: «Все ради баллад, Ада».
— Баллада о Скотте и его неуловимом яичке! — предложил Дейв, довольный тем, что у него появилось больше пищи для музыкальной карьеры.
Скотт заметно съежился, и Лот прикусил губу. Посмеется над этим позже, когда закончатся насущные заботы.
Он потер лоб.
— Просто чтобы внести ясность: незнакомый человек платит тебе за возвращение принца в Каллиер, чтобы посадить его на трон, и ты не задавался вопросом о его мотивах? Тебе и в голову не приходило, что это может быть ловушкой?
Отсутствующий взгляд Скотта был единственным ответом, в котором Лот нуждался.
Он задумчиво пожевал губу.
— Червячок, это была твоя обычная камера?
— Нет. Меня переместили, сказали, чтобы я не мешался, пока они будут убираться. Как будто они вообще когда-то это делали, — пробормотал он с горечью, и Лот вспомнил камеру.
И внутренне застонал, когда кусочки пазла начали складываться. Принц Тарквин был мертв и мертв давно, в отличие от слухов о нем. Так, что же нужно было лорду Думу, чтобы их опровергнуть? Тело. А значит, ему нужна была подходящая рыжая голова для убийства. Вероятно, потом он бы объяснил все нападением бандитов, повстанцев или еще кого, но, если у него будет рыжеволосый труп, который можно будет похоронить на публике, что помешает ему, наконец, заявить права на трон? Боги, а ведь он с самого начала собирался использовать для этой роли Червячка — может, именно это и было причиной его ареста. Но какой еще бедняга одной из ночей, ничего не подозревая, бродил по улицам Делакорта и случайно привлек внимание охранников? Лот с его выкрашенными хной волосами.
Лот вздохнул и обменялся настороженным взглядом с Червячком. Дела становились все хуже и хуже.
Эх, надо было перекрашиваться в блондина.
Глава Семь
Лот хотел спрятать голову под подушку, которую делил с Червячком, чтобы заглушить непристойные звуки, доносящиеся из спальни Бенжи, и ему это почти удалось, но Червячок утянул ее обратно, чтобы прикрыть собственные уши. Они жались друг к другу в попытке согреться, потому что спали без огня, а ночные ветра безжалостно пронизывали болото. По крайней мере, Бенжи нашел для Лота старую рубашку. Естественно, она была черной и длинноватой, но Лот повязал полоску от синего камзола вокруг талии и удовлетворился результатом. Согревала и ладно.
Дейв и Ада делили одеяло, и кто-то из них громко храпел. Скотт свернулся калачиком в одиночестве, потому что от него так и несло болотной водой. Калариан?
Калариан был причиной, по которой они затыкали уши.
Ну, Калариан и Бенжи. Когда ночь в очередной раз нарушилась скрипом кроватных пружин и приглушенным криком: «Да! Там!», за которым последовал глухой удар изголовья кровати о стену, Лот застонал.
— Они ведь кузены! — заскулил Скотт. — Это…
— Вот именно, — отрезал Лот. — Очевидно, члены эльфийских семей невероятно близки! Кто бы знал?
Лот был абсолютно уверен, что Червячок вытащил голову из-под подушки лишь для того, чтобы наградить его осуждающим взглядом, прежде чем сказать:
— Как интересно, а я-то думал, кое-чьи прародители были двоюродными кузенами.
Лот с секунду тупо на него смотрел.
— Королева Фрида и король Алджернон? — подсказал Червячок. Очевидно же, маленький засранец знал, что Лот понятия не имел, о чем он толковал, а тут еще и Ада подняла голову, чтобы послушать.
Уставший мозг Лота заработал. Точно. Старый король и королева были дальними родственниками. Теперь он вспомнил.
— Простите, что не подумал о пэрстве Варпов, — фыркнул он. — К тому же, у дворян другие правила. Мы объезжаем все, что приглянется, это всем известно. — Лот проигнорировал жесткий взгляд Червячка и наклонил голову в сторону спальни, из которой перестал доноситься стук изголовья кровати. — Думаешь, они закончили?
Ответом на вопрос послужил вскрик Калариана: «Оседлай меня!», за которым последовало что-то похожее на щелчок кнута, а затем равномерный набирающий темп стук-стук-стук угля по углю.
Звуки эти заставили Червячка покраснеть, и Лот присмотрелся к нему повнимательней.
— Скажи-ка, Червячок, ты краснеешь от смущения или зависти?
Губы Червячка сжались, он хмыкнул и повернулся спиной к Лоту, прихватив с собой большую часть одеяла.
Лот ткнул маленькое животное локтем:
— О, да ладно, не будь такой ханжой. Если честно, когда я слышу этих двоих… то завидую. Недели прошли с моего последнего траха.
Червячок пробормотал что-то в одеяло.
— Что? — Лот свернулся калачиком, чтобы сохранить тепло, и подтянул его поближе, чтобы лучше слышать: — Ты что-то сказал?
Сосед по кровати едва не вибрировал от желания открыть рот, так что долго ждать не пришлось — Червячок вырвался из хватки, развернулся лицом и прошипел:
— У тебя он хотя бы вообще был!
Это заставило Лота замолчать.
Ну конечно. Червячку было где-то между двенадцатью и двадцатью — сложно сказать точнее. Но если его заперли, скажем, лет в пятнадцать или шестнадцать, а он был сыном дворянина, то вероятность, что у него не было возможности заняться чем-то веселым, была велика. Вполне может статься, что его сексуальный опыт ограничивался рукой, соломенным матрасом и аудиторией крыс.
Лот не был уверен, из чувства вины, жалости или еще чего родилось это предложение:
— Ну, если захочешь, чтобы я показал тебе, что к чему, я в деле. И даже денег не возьму.
Червячок при этих словах замер.
— Нет, спасибо, — натянуто сказал он.
Лот не знал, что тут можно добавить. Нечасто его подводили слова, но, с другой стороны, ему и отказывали редко. Пока он обдумывал эту мысль, из спальни донесся громкий крик: «Сильнее, Бенжи!»
В комнате воцарилась тишина, и Скотт заявил:
— Им обязательно так… театрально к этому относиться?
Из-за стены раздался голос Бенжи:
— Закройся, Скотт! Ты все портишь! — прежде чем снова скрипнули пружины и — да, определенно — щелкнул кнут.
Червячок хихикнул, напряжение ушло из его плеч, и Лот снова прижал парня к груди, про себя улыбаясь.
***
Лот проснулся от теплого дуновения воздуха у затылка. Открыл один глаз и увидел размытый предрассветный туман, окрашивающий все серыми оттенками. Значит, было еще очень рано. Он снова закрыл глаза и машинально прижался к теплу другого тела, над ухом раздался тихий вздох. «Червячок», — подумал он сонно. Должно быть, они перевернулись ночью.
Он попытался устроиться поудобнее, но что-то ткнулось в него через ткань штанов, что-то твердое, толстое и… Лот все еще находился в сонном состоянии, так что ему потребовалась секунда, что бы осознать, что, да, к его заднице определенно прижимался член. Его глаза резко распахнулись, и он позволил себе мгновение удовлетворения. Червячок мог сколько угодно утверждать, что это было ему не интересно, но тело его рассказывало совсем другую историю. Лот качнул бедрами так, чтобы толкнуться в Червячка, и ухмыльнулся, когда Червячок, не просыпаясь, подхватил ритм.