Извращенное Притяжение (ЛП)

 Дима обнажил зубы в опасной улыбке.
 — Ты слишком стремишься заполучить Динару, Фальконе. Интересно, почему?
 — Без всякой причины, которая требует твоих услуг телохранителя, — ответил Адамо с жесткой улыбкой.
 Я посмотрела между ними.
 — У меня нет времени на вашу чушь. Мне нужно выиграть гонку. Какое мое место в линии?
 Адамо жестом указал на дверь трейлера.
 — У Крэнка есть список.
 — Давай, — сказала я Диме, который неохотно зашёл в трейлер, но прежде, чем скрыться внутри, зарычал.
 — Мне не нравится, как он на тебя смотрит. Когда-нибудь я выжгу его чертовы глаза.
 Я бросила на него тяжелый взгляд, и наконец он исчез.
 — Что он сказал? Прозвучало не очень приятно, — сказал Адамо с намеком на веселье.
 Он скрестил руки на груди, подчеркивая мускулы. Что бесило меня даже больше, чем реакция моего тела на его достоинства, так это то, что я не была уверена, что Адамо нарочно пытается вытянуть из меня возможные реакции.
 — Может, тебе стоит подумать над изучением русского языка? Всегда полезно знать язык своего врага.
 Адамо посмотрел на меня так, что температура моего тела поднялась на несколько градусов, и я не была уверена, что мне это понравилось.
 — Ты враг, Динара?
 Я улыбнулась.
 — Зависит от ситуации, я полагаю.
 Адамо усмехнулся, потом пожал плечами.
 — У нас много врагов. Я не могу выучить все их языки. Или ты говоришь по-французски и по-итальянски?
 Моя улыбка стала шире.
 — Конечно. У меня были репетиторы, которые учили меня французскому, английскому и итальянскому, а дома я говорила на русском.
 — Впечатляет, — признал Адамо. — Я говорю только по-итальянски и по-английски, но мой брат Нино ходячий словарь.
 Я смутно помнила мужчину с холодными серыми глазами, расплывчатый образ из прошлого, но его трудно забыть, как и многие другие образы того времени.
 — Моя учительница французского никогда не была довольна моим произношением, но я говорю и понимаю его свободно, даже если не разговариваю как парижанка.
 — Ты не похожа на них.
 Я подняла бровь.
 — У тебя проблемы с моей внешностью?
 Глаза Адамо прошлись по всему моему телу, вновь задержавшись на пирсинге в пупке. Я и раньше это замечала. Возможно, он задавался вопросом, не спрятано ли у меня ещё под одеждой. Спрятано.
 — Абсолютно нет. Твоя внешность более чем хороша в моей книге.
 — Спасибо. Вот в таком одобрении я и нуждаюсь, чтобы чувствовать себя значимой, — саркастически произнесла я, но должна была признать, что каждый раз, когда Адамо оценивал меня, со мной что-то происходило.
 Я не считала себя обычно красивой. Моя внешность с рыжими волосами, веснушками и высокими скулами была слишком резкой для этого.
 Дима выбрал именно этот момент, чтобы вернуться. Его глаза сузились до щелочек, когда он встал между мной и Адамо.
 — Я узнал наши места. Надо начинать готовиться.
 — Механики проверят ваши автомобили к допуску, и установят трекер к кабине, чтобы убедиться, что вы сможете быть наказаны или дисквалифицированы, если что-то нарушите, — произнёс Адамо, многозначительно глядя на Диму, прежде чем уйти.
 Дима уставился ему в спину.
 — Мы стоим рядом друг с другом в стартовой линии. И должны держаться вместе, даже если один из нас быстрее другого. 
 Я фыркнула.
 — Ни в коем случае, Дима. Мне очень жаль, но я должна оказаться в числе первых, чтобы быть как можно ближе к Адамо. Мне нужно больше возможностей вытянуть из него информацию.
 Дима наклонился ближе, заглядывая мне в глаза.
 — Идет ли речь только об извлечении информации ?  Я не слепой. 
  — Займись своими ранами или попроси кого-нибудь из медиков о помощи. Мне нужно подготовить машину. 
 Я пошла прочь. Я никогда не имела дела с ревностью Димы. Он не сделал из нашего расставания большое дело, и никогда не пытался вернуть меня. Возможно, он надеялся, что я в конце концов вернусь к нему, и теперь он видел, что его шансы уменьшаются. Я не была уверена, но надеялась, что он скоро возьмет себя в руки. Мне нужно сосредоточиться на своем плане. У меня нет времени разбираться с сумасшедшим бывшим парнем.
 
 На то, чтобы проехать на моей Тойоте через припаркованные машины и стоявших вокруг них механиков, гонщиков и девушек, ушло почти пятнадцать минут. Я нажимала на клаксон так часто, что заболела рука, но в конце концов я нашла место. Моя машина находилась в отличном состоянии, так что не нужно было снова осматривать ее, и кроме некоторых гонщиков у меня не было команды механиков. Дима мог починить почти все, и я тоже была довольно способной.
 Вместо того чтобы тратить время на приготовления, я прислонилась к машине и наблюдала за оживленной толпой, впитывая ее возбуждение и нервную энергию. Я увидела только одну девушку-водителя, но она стояла в последнем ряду. Какой позор. Больше девушек должны доверять себе, играя с большими парнями. Это не тот вид спорта, требующий мышц, а только смелость и сообразительность, и это то, что девушкам не хватает по сравнению с мужским полом.
 Рядом со мной парень, похожий на мексиканца, прислонился к своей машине. Его тело было покрыто татуировками, и он был одет в чёрную майку, демонстрировавшую его самого и его мышцы. Как и у Димы, волосы у него были коротко подстрижены, но темного оттенка. Он сверкнул улыбкой, заметив мой взгляд. Я не ответила на его жест, только кивнула. Интересно, допускают ли Фальконе членов банды или членов Картеля к гонкам? Они казались вполне уверенными в своей власти над Западом. Я здесь не для того, чтобы заводить друзей, и уж тем более не для флирта со случайными парнями.
 Адамо направился ко мне и склонился рядом. Парень сразу же потерял ко мне интерес.
 — Ты готова?
 — Всегда, — ответила я. — Что меня интересует, так это то, как работает все это с физическими нуждами. Десять часов долгий срок.
 Адамо многозначительно посмотрел на меня.
 Я усмехнулась.
 — Только не говори, что никаких официальных перерывов на туалет нет.
 — Их нет. Ты должна решить, хочешь ли ты потерять драгоценные минуты, чтобы облегчиться.
 — В отличие от тебя, я не могу пописать в бутылку.
 — Поверь мне, даже парням нелегко вести машину и мочиться в бутылку.
 Я не могла удержаться от смеха, пытаясь представить это, но затем мой разум отключился, вызывая только образы обнаженного тела Адамо. Не самое лучшее направление перед гонкой.
 — Так ты действительно ходишь в туалет в бутылку?
 Адамо усмехнулся. Всякий раз, когда он это делал, он больше походил на темного серфера, а не на смертельно опасного брата Фальконе. Я не была уверена, какая сторона его привлекала меня больше.
 — Обычно я позволяю себе один перерыв за гонку на туалет, по крайней мере, в первых пяти гонках. Однако последние два заезда... — он ухмыльнулся.
 — Я не буду мочиться в бутылку, но и не стану рисковать местом только потому, что мой мочевой пузырь является проблемой.
 — Ну, тогда, возможно, тебе стоит подумать об использовании катетера. Но должен предупредить. Несколько очень амбициозных парней сделали это в прошлом году и заработали неприятную инфекцию.
 Я сморщила нос.
 — Это заходит слишком далеко.
 — Нет, если ты в долгу у Каморры, то тебе лучше найти способ заработать деньги.
 — Верно. Ты и твои братья очень умны, когда дело доходит до зарабатывания денег.
 — Держу пари, твой отец тоже знает несколько трюков.
 Он знал. Но мой отец был лучшим в создании изысканного экстерьера, в то время как Фальконе жили своим безумием открыто.
 
 — С гонкой такого масштаба у нас не будет неприятностей с полицией?
 — Возможно. Но зависит от округа, который мы проезжаем. Некоторые из них легче контролировать, чем другие. Несколько шерифов определенно хотят поймать кого-то из нас. И каждый год им это удается, и один или двое попадают в тюрьму на некоторое время. Но, как я уже сказал, в основном полиция закрывает глаза на происходящее. В основном мы ездим в отдаленные уголки нашей территории, не говоря уже о вечере или ночи.