Эпоха перемен (СИ)

Алеит открыла дверь в комнату, пропуская офицера вперёд, и закрыла ту за собой. Щёлкнув по выключателю, она включила «маленький» свет, который в полумраке освещал комнату. У стенки кровать с полутвёрдым матрацем, есть даже плед. С другой стороны стол с настольной лампой. Рядом небольшой шкаф для вещей и полки с книгами.
— Его нет, — повторила она, усмехнувшись. — Можешь так всем и передать…
— А вдруг ты его где-то прячешь, — шутливо он всплеснул руками. — Под матрацем, как пятнадцатилетки порножурналы от родителей, — усмехнулся Освальд. — А там у тебя длинный такой шнур, а где-то на теле разъём, как для USB, — он остановился напротив неё, когда уже прошёл в комнату и для видимости обвёл её заинтересованным взглядом.
— Не знала, что в наше неспокойное время есть ещё порножурналы, — усмехнулась девушка.
— Думаю. Они будут в абсолютно любое время. Помню, у моего брата было хобби — коллекционировать ежемесячные выпуски, — он усмехнулся, — думаю, они до сих пор лежат в ящике, в шкафу, между старыми вещами и футбольной формой.
— Интересная гипотеза, — девушка, оглядев себя, с вызовом посмотрела на него. — И где же, по-твоему, у меня может быть разъём? Было бы любопытно узнать самый невероятный вариант.
Она сделала шаг к нему, пристально посмотрев ему в глаза.
— Если хочешь, может проверить, — негромко сказала Трес, опустив руки.
Офицер выжидающе посмотрел на Алеит, которая теперь оказалась довольно близко к нему.
— Ты же понимаешь, что твоё предложение звучит, как вызов, который мне очень сложно не принять? — улыбнулся Йохансон. Две соблазнительные девушки для него за один вечер — слишком много. Если Тересия поражала его своей откровенностью, то Алеит, изначально выстроившая между ними преграду, выглядела, как сочный, но запретный плод, который ему вроде бы как и предлагали надкусить, но как бы ему потом за это что-то не откусили.
Он встал вплотную к ней и, широко улыбаясь, шепнул:
— Я попытаюсь.
  
Часть 5
 
QUATTUOR
Посчитав душевую свободной, поскольку вроде все уже приняли душ, Лилитана вошла в кабину и, скинув перепачканное платье и бельё, шагнула под прохладную воду.
— Какие кадры…
Услышав голос, девушка резко повернулась и покраснела, понимая, что предстала перед парнем, в чём мать родила. Сэт уже давно успел принять душ, но, перекрыв воду и покинув душевую кабину, ещё не торопился уходить. Не мог найти свои вещи и, как оказалось, весьма кстати задержался. Заметив девушку, он присвистнул, остановившись позади неё.
— Ой… я думала, тут никого нет.
Сэт ухмыльнулся. Он как раз ничуть не смущался наготы девушки, да и своей тоже, поскольку одежду, которую нашёл, надеть ещё не успел и не торопился, оставив её лишь зажатой в руке где-то на уровне пояса.
— Я почти никто, — улыбнулся он.
— Как сказать, — взяв себя в руки, не видя смысла в смущении, Лили скрестила руки на груди, чем привлекла внимание универсала к своим формам. — Ты же всё-таки здесь.
Сэту и до этого ничего не мешало скользнуть масляным взглядом по фигуре девушки, но теперь он больше акцентировал на этом внимание.
— Неужели я такая плохая для тебя компания? — ухмыльнулся он, неохотно отрывая взгляд от бёдер девушки, чтобы посмотреть на её лицо.
— Да нет, почему? Я этого не говорила… раз уж ты здесь… присоединяйся, — усмехнувшись, девушка отняла руки от груди, понимая, что скрывать уже всё равно нечего. Стройное и изящное тело, белая кожа, не тронутая загаром и ветром. Тонкая, осиная талия, что одной рукой легко обхватить можно. Она намеренно ступала плавно, соблазнительно покачивая бёдрами.
— Меня не нужно просить дважды.
Найденные вещи вернулись обратно на пол, где он их и подобрал, за ненадобностью. Универсал подошёл к девушке почти вплотную и коснулся её лица за подбородок, всматриваясь в глаза. Лилитана, несмотря на ситуацию, не была испуганным зверьком. Чуть закинув голову, она посмотрела в его глаза открыто и смело.
— Смело, — усмехнулся Сэт. — Мне нравится.
 
Больше говорить он не стал. Четвёртый наклонился, чтобы сократить разницу между ними в росте, и накрыл губы девушки своими. Вторая рука, не задействованная, оказалась на её пояснице и властно подтянула к себе, вынуждая девушку прижаться таким образом, чтобы она могла почувствовать его накатывающее возбуждение. Сэт почти сразу углубил поцелуй, минуя нерасторопную нежность, и убрал руку с подбородка девушки, чтобы опустить её на упругую ягодицу и сжать. Её губы оказались мягкими и прохладными, она послушно прижалась к нему, чуть прогнув спину.
Как же он любил пластичных и гибких девушек. Универсал лишний раз провёл рукой по выгнутой спине, наслаждаясь бархатистостью и мягкостью её податливой кожи, а затем сделал несколько наступающих шагов на девушку. Сэт придерживал её, чтобы она ненароком не поскользнулась и не упала, пока не упрётся спиной в холодный кафель и не почувствует, как он намеренно давит на неё телом, лишая воздуха и лишнего пространства. Смазав поцелуй, парень стал целовать её шею. Лилитана закрыла глаза, откинув голову назад. Руки Четвёртого спустились ниже и начали изучать её бёдра, поглаживая и иногда ощутимо сжимая.
Продолжая покрывать поцелуями шею девушки, а одной рукой поглаживать её ягодицы, Сэт скользнул второй рукой на внутреннюю часть бедра. Огладив его, он поднялся максимально выше, до упора, коснувшись пальцами мягкой и нежной кожи, чувствительной к прикосновениям. Он не ждал разрешения, а потому сразу, но всё ещё нежно и размеренно начал поглаживать и массировать, проскальзывая пальцами между ног у девушки.
Лили чуть задрожала в его руках от охватившего её возбуждения. Её дыхание участилось и сбивалось при каждом его прикосновений. Почувствовав, как она послушно разводит ноги, соблазнённая его лаской, Сэт скользнул пальцами в лоно девушки и спустя несколько поступательных движений, прикусил кожу на её шее, и сместил обе руки на её бёдра. Подхватив Лилитану под ягодицы, он оторвал её от пола, запрокидывая её ноги к себе на пояс, и отчасти навалился на неё, плотнее прижимая к стене. Девушка крепко обняла его, обвивая шею руками. Он не переставал поддерживать её и теперь крепче сжимал её ягодицы. Её грудь оказалась выше к нему, и он игриво прикусил сосок перед тем, как, дразня, провёл плотью по её губам, толкнулся и вошёл на максимальную длину. С пухлых губ девушки слетел тихий стон наслаждения.
Сэт негромко выдохнул от удовольствия. Он задержался на несколько секунд без движения, наслаждаясь горячим, влажным и узким лоном, обволакивающим и сжимающим его. Он обвёл языком ореол груди и снова прикусил сосок на этот чуть более ощутимо, но всё же не до боли. А отпустив его, начал поступательные движения, выбрав средний темп. Лилитана тихо вскрикнула, прижалась к нему крепче и сладко застонала.
Четвёртый горячо выдохнул, опаляя дыханием вздымающуюся грудь девушки. Он чувствовал, как накатывающее удовольствие исходит от неё и распространяется по его телу. Покрывая лёгкими укусами вперемешку с поцелуями её грудь, он постепенно прорывался всё глубже и резче. Одна рука скользила по её спине до лопатки и шеи, а после спустилась до поясницы, надавливая пальцами вдоль позвоночника, вынуждая её, распалённую и разгоряченную, выгибаться и сильнее льнуть к нему. Вторая сжимала ягодицу, оставляя слабый красноватый след от его пальцев.
Прижав бёдра девушки к себе как можно плотнее, Сэт начал наращивать темп, всё больше уделяя внимание движению, чем ласкам. Он отвлекался на ощущения и чаще закрывал глаза от удовольствия, редко вздыхая. Жадно глотая воздух, он врывался в её лоно резче, будто намеренно выбивал из неё стоны. Громче… громче… Она дурманила ему голову и от этого хотелось ещё больше.
Дыхание совсем сбилось и стало рваным. От её стонов и будоражащего голоса вперемешку с просьбами по телу проходила приятная и возбуждающая дрожь, когда, казалось бы, уже заводиться больше некуда. Он наращивал темп, пока движения бёдер не пустились в бешеный пляс. Сэт иногда неохотно сбавлял темп, чтобы резко, грубо и глубоко несколько раз ворваться в лоно девушки до точёной боли, делая короткие промежутки, а после снова возобновлял быстрые и глубокие движения. Крепче перехватывал её бёдра — его пальцы, не выдерживая темпа, иногда соскальзывали и смещались, так и норовясь отдалить от него женщину, которую он хотел. Напряжение в его теле росло. Дыхание давно сбилось, и в тихих и редких вздохах появилась хрипотца.