Карающий орден (СИ)
Профессор, в ужасе распахнув глаза, наблюдал за приближавшейся фигурой.
- Что ты делаешь? - охрипшим голосом спросил Аш, медленно поднимаясь на ноги.
- Я пришла отрезать голову грязному доносчику и уроду, из-за которого я сюда попала, - медленно и тяжело проговорила девушка, и мужчина только тогда заметил, что бледное лицо Лантеи было ужасно избито. Один глаз заплыл бордово-фиолетовым синяком, из рассеченной брови сочилась кровь, размазавшаяся по щеке и уже начавшая подсыхать, разбитая губа распухла и еле шевелилась. Темные волосы сбились в единый комок на затылке, лишь отдельные слипшиеся от пота пряди падали на белое лицо.
- Но в чем я виноват?! - вскричал профессор, вжимаясь в стену так сильно, словно она могла его укрыть от разъяренного взгляда изувеченной девушки. - Я сделал то, что следовало!
- Я лишь пришла поступить в академию, а ты тайком позвал этих ублюдков и сдал меня им без зазрения совести, хотя я никак не связана ни с империей, ни с какой-либо другой разведкой вообще!
Ашарх тоже пошел в атаку:
- Ты сама пять минут назад наговорила вздора про меня!.. Что я твой подельник и служу империи! А если бы они закончили с тобой и принялись за меня, а?! Из-за твоих лживых слов они бы просто уничтожили меня!
Лантея сделала один крошечный шаг, и кинжал в ее руке опасно нацелился на горло Аша.
- Да мне плевать на тебя! Я ничего не хотела, кроме как просто узнать немного об академии?! За что я заслужила всю эту боль и страдания? Почему ты так поступил, бессердечный сукин сын?!
- Потому что на моем месте так бы поступил любой человек в этом городе! И если бы я это не сделал, то кто-то другой сдал бы тебя Сынам. И ты рано или поздно все равно бы оказалась здесь!..
Обстановка накалялась. У девушки от напряжения дрожали руки, она тяжело дышала и постоянно косилась на профессора единственным открытым глазом.
- Ты лишил меня надежды, профессор... Если эти палачи лишь истязали мою плоть, то ты уничтожил мою веру в людей. Я не хотела ничего дурного ни залмарцам, ни кому-либо еще! - голос Лантеи сорвался, но она мгновенно взяла себя в руки и еще немного приблизилась к застывшему Ашарху. - И ты заслужил смерть точно так же, как и эти жестокие чудовища! Это будет справедливо!
Чужачка замахнулась, и острое лезвие уже скользнуло в сторону профессора стремительным жалом. Он зажмурился от страха и неожиданно закричал не своим голосом:
- Стой! Стой! Прошу тебя! Подожди!
Кинжал замер практически у самого горла. Лантея теперь находилась так близко к Ашу, что, когда он перестал жмуриться, то увидел ледяной ураган, бушевавший в ее уцелевшем голубом глазе.
- Моя смерть ничего тебе не даст, - дрожащим голосом заметил профессор.
- Ошибаешься. Она даст мне удовлетворение, - растягивая слова, проговорила чужачка и поднесла лезвие еще ближе к смуглой коже Ашарха.
- Не без этого... Но ты подумала, как сбежишь после всего произошедшего? А? Ты не сможешь в одиночку не то что выбраться из Италана, в котором ты, судя по всему, впервые и не умеешь тут ориентироваться, но даже покинуть сами казематы для тебя будет проблематично.
- Я разберусь с любым, кто встанет у меня на пути так же, как и с теми двумя! Так же, как и с тобой!
- А если их будет не один и не два? Если сюда сбегутся Сыны со всего караульного дома? Как ты одолеешь несколько отрядов обученных бойцов со своим кинжальчиком?
С каждым словом Ашарх становился все смелее и смелее:
- Если с Рионом и Зурейном ты справилась, застав их врасплох... Хоть я до сих пор и не понимаю, как тебе это удалось... Но дюжина солдат размажет тебя по стене и не заметит! Тем более, ты явно едва держишься на ногах из-за ран...
Девушка, внимательно слушавшая профессора, убрала лезвие в сторону от его горла. В ее взгляде впервые появилась неуверенность и задумчивость, но гнев все еще затмевал ее взор.
- И как же сохранение твоей жалкой жизни поможет мне выйти отсюда живой?!
- Я помогу нам незамеченными покинуть казематы и столицу. Практически без риска сбежать из-под носа Сынов. Теперь в городе нам нельзя задерживаться, если жизнь дорога.
- Нам?.. А ты, что же это, профессор, разве не собираешься остаться в этой камере и дождаться своих новых дознавателей? - с издевкой в голосе спросила Лантея. - Ты же так хотел показать свое усердие и законопослушность! Так дождись их! Докажи, что невиновен и уйди отсюда свободным человеком!
Ашарх недовольно поморщился, но покорно проглотил насмешку, опасаясь что-либо возразить.
- Даже несмотря на то, что Рион, судя по всему, мертв, вряд ли меня просто так отсюда выпустят... Там, наверху, лежат документы и бумаги, составленные на меня. И их не забрать.
- Хорошо, что ты это понимаешь! - надменно улыбнулась девушка и сразу же поморщилась из-за разбитой губы, которая опять начала кровоточить. - Ты, профессор, сглупил в самом начале, когда решил сдать меня этим самым Сынам. Если бы промолчал, то спас бы свою задницу. А теперь ты такой же преступник, как и я... Но между нами есть одна существенная разница - ты ублюдок, который посылает невиновных на пытки, а я всего лишь убийца таких ублюдков!
Лантея резко и без предупреждения ударила профессора кулаком в живот, не сдерживая силу. И когда мужчина согнулся пополам от неожиданной боли, то чужачка засмеялась хрипло и отрывисто, как бывает каркают старые наглые вороны.
- Я думал, мы договорились! - просипел Аш, хватаясь пальцами за скользкие стены темницы и вновь принимая вертикальное положение, когда боль в животе понемногу успокоилась.
- О чем это?
- Если ты меня не тронешь, то мы оба выберемся из столицы целыми и невредимыми...