Карающий орден (СИ)
- Мы не справимся за шесть часов, - жалобно проговорил один из общинников, нервно сжимая в руках войлочный колпак. - Раствор попросту не успеет схватиться. А до окончания работ в храм нельзя пускать людей, это небезопасно.
- Тогда подумайте о том, что десятки ваших братьев и сестер окажутся лишены самого священного в году праздника исключительно из-за вашей нерасторопности!
- Но если бы у нас было больше времени...
- У вас есть шесть часов! Не тратьте их впустую, - посоветовал Саркоз, с противным скрипом отодвигая стул. - Иначе вся община узнает, по чьей вине не состоялся праздник Очищения, и мы будем вас судить по всей строгости божьего закона как бездельников и ослушников. А теперь прочь с моих глаз!..
Никто даже не подумал что-то возразить: тесно прижимаясь друг к другу, толпа общинников скорее покинула зал, на ходу надевая шапки на головы. Лица их были уставшими, но профессор не заметил ни гнева, ни отчаяния в глазах работников. Кажется, они и правда были намерены во чтобы то ни стало выполнить абсурдный приказ своего старейшины, то ли опасаясь наказания, то ли не желая предстать виновными перед собственными братьями и сестрами.
В гулком помещении на несколько секунд повисла благоговейная тишина, ничем не нарушаемая. Капитан, звонко стуча каблуками сапог по каменным плитам, приблизился к начальнику крепости и жестом подозвал двух своих воинов, ведущих связанных пленников.
- Карлай! Благостен Залмар! - воскликнул комендант, поднимаясь из-за стола. Судя по его хмурому лицу и сведенным к переносице бровям, он все еще обдумывал предыдущий разговор по поводу разрушившейся стены храма, но приход капитана несколько развеял эти беспокойные мысли - глаза Саркоза посветлели. - Кто это с тобой?
Старейшина был высоким мужчиной с отменной военной выправкой, из-за которой его плечи казались слишком широкими по сравнению с остальным телом. Он обладал волевым выбритым до блеска лицом, испещренным множеством глубоких темных морщин, больше походивших на высохшие каньоны, расчертившие всю его кожу. Первая седина уже выбелила отдельные борозды в хвосте смоляных волос, но крупные, обрамленные угольно-черными ресницами глаза еще горели внутренним огнем, хотя взгляд этот был до крайности тяжелым и угрюмым.
- Благостен Залмар! - четко выговорил Карлай, едва заметно кивнув в знак приветствия. - Вчера на ночном обходе мы задержали этих чужаков. Они стояли лагерем на северо-востоке от крепости, ближе к Шепчущей впадине, и утверждают, будто просто собирались перейти хребет. О крепости они ничего не слышали, по их же словам. Больше рядом никого не было - мои ребята половину ночи прочесывали округу вплоть до самого Шейнельского плато.
Исандир подтолкнул в спину пленников, вынуждая их сделать несколько шагов вперед и предстать перед комендантом. Саркоз немедленно обошел стол и приблизился к паре. На его лице отражалось недовольство, которое он даже не собирался скрывать. Мужчина достал из широкого рукава туники платок и привычным жестом промокнул высокий, с залысинами лоб, а после отер губы.
- Все это так не вовремя, Карлай, сам знаешь. Как будто нам сейчас не хватает других проблем, - посетовал комендант, складывая платок и убирая обратно.
- Старейшина, я опасаюсь, что эти чужаки - пешки карающего ордена. Насколько мне известно, недавно в Зинагар прибыл крупный отряд карателей Пророка, которые развернули там достаточно активную деятельность. Если им удалось поймать кого-нибудь из наших агентов, то след непременно приведет их сюда. А это могут быть высланные вперед разведчики.
- Ты давно получал письма от наших людей?
- Относительно недавно. Только... от Футо уже пару недель как нет известий.
- Даже так? Это нехорошо, - комендант крепости тяжело вздохнул и вернулся за стол, окидывая пленников подозрительным взглядом из-под кустистых бровей. - Отвечайте мне по существу. Кто вы, откуда, что здесь делали? И не дай Залмар я поймаю вас на вранье!
- Эфенди, уверяю вас, это все ошибка, - первым начал говорить Аш, держа в уме придуманную легенду. - Мое имя Сои Ашарх, я профессор археологии и истории древнего мира из столичной академии. Я весьма уважаемый человек. И все происходящее здесь - просто недоразумение.
- Вот как! - протянул Саркоз, барабаня пальцами по столу. - Профессор! Ха! Это даже не смешно. Неужели нельзя было выдумать что-нибудь позанятнее? Я дам тебе последнюю попытку, пес Пророка. Скажи правду или я разозлюсь. И тогда оправдываться ты будешь уже перед каменными привратниками Башни после смерти!
- Простите, но ваше недоверие оскорбительно, эфенди, - высокомерно процедил Ашарх, расправляя плечи и выпячивая грудь, где на одежде тускло блеснул металлический значок.
- Ну-ка...
Комендант перегнулся через горы бумаг, сложенных на столе, и внимательно вгляделся в нагрудный знак.
- Хм. Даже номер есть... Чтоб мне сфинкс башку оторвал!.. И что понадобилось столичному учителю в диких горах, позвольте поинтересоваться?
- Я собираю материалы для своей исследовательской работы на соискание степени заслуженного профессора археологии. Занимаюсь изучением цивилизации пустынных кочевников, знаете ли. Мой путь лежал через самый узкий перевал Мавларского хребта в пустыни Асвен, пока ваши люди не связали меня и мою спутницу и не приволокли сюда.
Саркоз откинулся на спинку стула, заливаясь гортанным смехом. Он так неистово хохотал, что Ашарх даже засомневался на мгновение в своем продуманном плане.
- Карлай, ты это слышал? Пустынные кочевники! Ох, не могу!
Комендант отер платком покрасневшее от смеха лицо и через пару мгновений продолжил уже совершенно серьезным тоном, словно по мановению руки изменив настроение:
- Прямо сейчас где-то люди воюют, проливают кровь за свое отечество, бога и семью. Кто-то на коленях умирает от страшного голода и нищеты только потому, что весь его урожай погиб из-за засухи или его сожрала саранча. Другие всю жизнь трудятся в поте лица с утра и до самой ночи, чтобы прокормить всех своих детишек и немощных родителей... А вы получаете казенные деньги за то, что ищете сказочных существ?..