Основной закон (СИ)
– И большой у вас огород?
– Огород-то большой, да только ни к чему он мне сейчас такой. Много ли одной старухе надо? Да и ноги последнее время плохо ходят, спина почти не гнется. Как нынче картоху копать стану, даже не знаю. Поди, нанимать придется. А наши алкоголики, сам знаешь, без бутылки и срать не сядут, прости господи.
Тетя Глаша трижды мелко перекрестилась.
– В бога верите?
– Так нынче верить не грех, – усмехнулась соседка.
– Поди, и в церковь ходите?
– Хожу, как не ходить? Ежели спину не ломает, так хожу. Всенощную мне уж не по силам стоять, а воскресную службу – вполне, вполне.
– А как поп ваш? Хорош или такой же, как, вон, в телевизоре показывают?
– Вот тут я тебе точно скажу: батюшка наш хороший, очень хороший человек. Как на исповеди грехи отпустит, так прям теплом по всему телу прокатит. И спина потом с неделю не болит.
Да, не привиделось… Поп здесь и впрямь силу имеет. Интересно, откуда это у него взялось? Надо будет в следующий приезд и к нему заглянуть. Вот, кстати, может он чужую энергию видеть? Скорее всего, может, раз баба Клава в состоянии. А насколько он силен в смысле энергетическом? В церковных ритуалах Валерик не очень разбирался. Есть ли прямой телесный контакт во время исповеди? А если нет? Он что, может передавать свою энергию на расстоянии? Пусть на небольшом, меньше полуметра, но все-таки! А не попробовать ли сейчас на соседке?
– Теть Глаша, а что за мужик сегодня из нашего дома вышел?
Бабка, вволю наговорившись о своих проблемах, охотно и даже с азартом переключилась на новую тему.
– Да чужой какой-то. Появился аккурат на третий день, как мать твоя с курортов возвернулась.
Она увлеченно и явно со знанием дела расписывала мужичка, а Валерик слушал, и одновременно так и эдак пытался найти способ достучаться до нее, нащупать канал передачи энергии. И тут он вспомнил: поле! У него ведь энергетическое поле. Он может в любой точке этого поля устроить электрический разряд, или локальный нагрев, или еще что-нибудь в этом роде. А почему он не может создать сгусток этой самой энергии? Напрямую, без какого-либо преобразования. И раз бабушка явно находится в пределах этого поля, эта точка концентрации вполне может оказаться и где-нибудь в районе ее позвоночника. Дело осталось за малым: научиться это делать.
– Вот он туда-сюда походил, с одними-другими потолковал, на постой устроился к Машке, а потом встренул, значит, мать твою, да слово за слово, мало-помалу и пошло у них. А нонеча уж и ночевать она его пустила.
– Понятно. А Машка – это которая?
– А! Ну да, это для меня она Машка, а для тебя – Крынкина Мария Федосеевна. Да знаешь ты ее. Внук ейный, Колька, на год тебя младше учился.
Кольку Валерик вспомнил. Вспомнил и его бабушку – худющую высокую старуху, строгую до невозможности. Значит, у нее мужичок квартирует? Надо сегодня же наведаться. Да и прямо сейчас можно: чего откладывать на потом?
Хахаль оказался средних лет блондинчиком. Смазливый, белозубый, голубоглазый – просто смерть всем бабам. Ну и прикинут он был тоже неплохо. Во время походов по магазинам Валерик поглядел на вещи, на ценники и вполне мог представить себе стоимость гардеробчика. Шмот блондина стоил, кстати сказать, не так уж и дорого. Но сидел костюмчик безукоризненно и прекрасно сочетался и с шевелюрой, и с глазами.
– Можно? – спросил Валерик у порога.
Спросил чисто для проформы, сдавать назад он не собирался.
– А, входи-входи.
Блондин явно узнал Валерика. Оно и неудивительно: фотографий на стенах в доме достаточно.
– Что скажешь хорошего?
Блондин отыгрывал этакого доброго дядюшку. Есть и злой? Всяко может быть. Прислали, например, человечка, к матери подкатиться, а к нему одного-двух в прикрытие на всякий случай. Только мать-то им на кой сдалась? У нее ни денег, ни госсекретов. Получается, через нее хотят к Валерику подход организовать? Возможно. А её использовать как инструмент давления. Следующий вопрос – кто их прислал. Органы? Бандиты? Буржуи? Кто-то еще?
– Чего молчишь-то? Пришел, так говори. А нет – вали к черту.
Валерик огляделся, задвинул на двери серьезный засов и сел на табурет у окна.
– Я пришел слушать. А рассказывать сейчас ты будешь: кто такой, откуда взялся, кто послал и с какой целью. И сколько вас таких в нашем поселке околачивается.
– Ну ты пацан борзый! А с чего ты взял, что я тебе что-то рассказывать буду?
– А с того, что я умею спрашивать.
На самом деле, как раз спрашивать Валерик и не умел. Но признаваться в этом было не место и не время. А вынуть сведения из засланца было необходимо. То, что казачок засланный, было ясно и без рассказов тети Глаши. Нет, была, конечно, мизерная вероятность, что здесь и в самом деле все чисто. Что имеет место банальный случай, совпадение и невероятное стечение обстоятельств. Могло быть и так, что Валерик тут не при чем, а мужик – просто профессиональный альфонс, брачный аферист. Ну так для того и нужен разговор, чтобы все эти вопросы выяснить. Ну а что умений нужных нет, так как раз случай потренироваться.
– Ну так что, давай сначала: кто ты такой и как тебя зовут.
Мужик что-то ответил. Соврал.
– Давай дальше: откуда приехал и зачем.
В ответ снова ложь. Да, надо больше читать книжек по психологии. Вот как заставить человека говорить правду? Пытать не хочется: а вдруг это все же вероятностная флуктуация. Но хотя бы вывести из себя и напугать стоит попробовать.
Валерик задал еще несколько вопросов, на которые получил ожидаемо лживые ответы.
– Зачем тебе моя мать?
– Ну так чувства у нас. Может, поженимся, – на голубом глазу соврал мужик. Даже не покраснел, падла. Ну так профессионал, млин. Теперь Валерик был в этом уверен на сто процентов.
– Врешь, падла! – крикнул он, старательно изображая гнев. Даже привстал с табурета и, дотянувшись, грохнул кулаком по столу.
– Кто тебя послал, падла?
– Да ты что, охренел в конец! – гаркнул в ответ мужик и кинулся на Валерика. Как кинулся, так и лег: прием "электрошокер" был отработан на пять с плюсом. Минуты две борзой блондин будет в отключке, так что можно его пока зафиксировать во избежание дальнейших проблем. А потом поиисследовать карманы, вещи, обстановочку…
Когда блондин очнулся, на столе лежали понтовый смартфон, выточенный до бритвенной остроты нож-бабочка, початая пачка дорогих сигарет, зажигалка – тоже дорогая, зипповская, фирменная, в золоченом корпусе, а содержимое пухлого бумажника тщательно изучал Валерик. Закончил, бросил портмоне тисненой кожи на стол и повернулся к мужичку. Все-таки обычный бытовой скотч – замечательная вещь. И руки скрепит, и рот заткнет…
– Ну что, расскажешь, или опять будешь изображать камикадзе?
Валерик взял со стола зажигалку. Пощелкал несколько раз, зажигая и гася огонек. Что может быть самым ценным у профессионального соблазнителя? Прежде всего, внешность. Ведь женщины, прежде всего, клюют именно на хорошую фигуру, на мускулистый торс, на смазливое личико, на прическу… Вот оно!
Студент вновь зажег "зиппо" и, придвинувшись к своей жертве, произнес замогильным голосом:
– Скажи, блондинчик, тебе прическа дорога?
И протянул руку с зажигалкой к голове связанного.
Тот интенсивно задергался, замычал что-то.
– Что, решил рассказать?
В ответ – интенсивные кивки головой.
– Имей в виду, хозяйка твоя глуха, как пробка. Орать бесполезно.
С этими словами Валерик зацепил край ленты скотча и резко дернул, освобождая пленнику рот. Тот болезненно сморщился от принудительной депиляции.
– Ну что, давай, вещай.
И, сев на табурет приготовился слушать. Но вместо ценной информации получил:
– Ты не понимаешь, на каких людей наехал!
Ага! Значит, все-таки засланный! Все, мужик, пипец тебе. За мать Валерик был готов замочить гада прямо тут, не сходя с места. Но усилием воли пригасил свои эмоции и вернул на место скотч.