Ассистентка (СИ)
Буквально на глазах, подруга из жизнерадостной девочки превращалась в обиженную, желающую всем продемонстрировать свою значимость и независимость, отвязную девчонку. Лишь несколько раз мне удалось заставить ее сходить к психологу.
Я поступила неправильно, да, я была неправа и мне с этим жить, но сейчас, зачем он напоминает и корит меня...
- Ты меня обвиняешь в том, что я сохранила чужой секрет? - чувствую, как по щекам вновь стекают слезы.
- Я не обвиняю, просто... Прости, мы в дерьме... Снова, - отвечает Хантер и вздрагивает, когда раздается хлопок тамбурной двери, и к нам направляются родители близнецов.
Парень выпрямляется и направляется к ним, а я сажусь на одинокую лавочку, ощущая, как дрожат мои колени. Хлесткий удар пощечины вынуждает меня дернуться и перевести взгляд на друга.
Схватив парня за воротник, отец что-то со злостью шепчет ему на ухо, в то время как мать утирает слезы. В момент, когда отец готов отвесить Хантеру вторую оплеуху, из кабинета выходит врач и двое мужчин: мой Стас и высокий симпатичный парень, лет двадцати пяти.
- Серьезное наркотическое отравление, но на данный момент эта ситуация под контролем и не несет девушке угрозы для жизни, - спокойно говорит нам доктор, а я сжимаю руку Авдеева, в поисках поддержки. - Множественные гематомы брюшной полости и серьезные повреждения черепа, вот наша основная проблема. Пациентка эпизодически приходит в сознание, это уже хороший показатель. Сейчас жизни девушки ничего не угрожает. Мы будем проводить дальнейшее обследование и держать вас в курсе.
Все облегченно выдыхают, но мой поток слез никак не хочет прекращаться. Обнимаю Стаса, ищу утешения в его объятиях и получаю сполна.
Когда я уже окончательно успокаиваюсь и мы с Авдеевым собираемся вернуться домой, к нам подходит отец Огневых.
- Это ведь ваш клуб, где мою дочь накачали наркотиками? - уверенно и строго спрашивает мужчина. Стас молчит, да и ответ отцу семейства не особо нужен. - Я подаю на вас и вашу забегаловку иск, имейте это в виду. Это уже не первый случай, насколько я знаю. Между нами, господин Авдеев, скажите по секрету, каков ваш процент со сбытых таблеток? Неужели эти грязные деньги приносят вам радость?!
- Я не буду отвечать на вопросы, - говорит Стас, утягивая меня к выходу, а его лицо в один миг мрачнеет. На скулах играют желваки, мужчина злится, если не сказать, что он в ярости.
- Почему вы не закрыли клуб после первого случая передоза?! - доносится нам вдогонку. - Правильно, потому что вам это не выгодно!
Мы молча выходим на парковку и идем к машине. Стас тяжело дышит, сильно сжимает мои пальцы и я уже чуть ли не кричу от боли. Смотрю в лицо мужчины и не узнаю его - добрейший человек сейчас выглядит настолько взбешенным... И мне было бы плевать, но слова, сказанные отцом Инги, словно лезвием высекают на моем сердце сомнения и подозрения.
42
Мы подходим к парковке и садимся в машину. Мужчина вставляет ключ в замок зажигания, но даже и не думает завести двигатель, чтобы куда-то ехать. Между нами нависло облако тяжелого и угнетающего молчания, которое психологически давит на мозг, заставляя мысли в голове путаться и искать подвохи во всем происходящем.
- На самом деле... - сглатываю я, глядя на сосредоточенного Стаса, нервно сжимающего руль и смотрящего прямо перед собой, в полумрак больничной парковки. Мой голос непроизвольно дрожит, я сама боюсь своих мыслей. - Почему ты не закрыл клуб после первого случая с наркотиками?
- Потому что, - коротко и язвительно отвечает Авдеев, даже не глядя в мою сторону.
- Ты что-то скрываешь? - спрашиваю я, ощущая как в груди мечется мое взволнованное сердце.
- Да, Лия, я что-то скрываю, - все так же спокойно, отвечает Стас, повернувшись ко мне лицом. Теперь я вижу, что этот спокойный тон лишь ширма. В черных глазах мечутся искры ярости, я чувствую, что мужчину распирает изнутри от неведомой ненависти и злости.
- Ты расскажешь что? - с надеждой спрашиваю я.
- Я не обязан отчитываться, - отворачивается Стас.
- Ты правда прикрываешь тех, кто сбывает наркотики в твоем клубе? Тебе выгодно? - вопросы сами, один за другим, срываются с моих губ.
Я знаю, что каждое произносимое мной слово ранит Стаса, но вонзается в том числе и в мое сердце, будто острая иголка. Мне больно говорить о происходящем, даже физически больно. Мне страшно и кажется, что если я услышу положительный ответ, моя жизнь рухнет, разлетится на миллионы осколков, которые невозможно будет склеить. Авдеев молчит, чем делает мне еще больнее.
- Ты мне не доверяешь? - спрашиваю я, игнорируя стекающие по своим щекам слезинки. Ответом мне снова служит тишина.
Мне очень душно и тесно в этой машине, не хватает воздуха, я задыхаюсь от страха и обиды. Лучшим решением мне сейчас кажется — покинуть этот автомобиль и вернуться домой. Вот только куда? Куда домой? Захлопываю дверь и выбегаю на улицу, тяжело дыша и параллельно стараясь выбрать направление пути.
- О каком доверии может идти речь, если ты сама, всего за гребанную минуту нашла крайнего?! Поверила в бредни! - я вздрагиваю от громкого, наполненного злостью, голоса Стаса, что выходит из машины следом за мной.
- Я не поверила! - повышаю голос я и поворачиваюсь к Авдееву. - Я задала вопрос, а ты не ответил! Я испугалась! Что мне нужно думать?!
Закрываю лицо руками, отпускаю рвущиеся рыдания на свободу, совершенно не скрывая слез и громких всхлипов. Слишком много всего произошло за один день, слишком много...
- Иди сюда, - прижимает меня к своей груди Стас. - Прости, просто есть вещи которые я не могу рассказать тебе сейчас, хотя очень хочется. Поверь, я просто не могу закрыть клуб, - его тихий голос и теплые объятия успокаивают, несмотря ни на что.
Мужчина приподнимает мою голову за подбородок, смотрит прямо в глаза. От былой ярости нет и следа, во взгляде снова теплота и нежность, вот он, мой настоящий Стас.
- Я не хотел обидеть тебя, просто... Не успеваю разобраться с текущими проблемами, как вырисовываются новые, в виде исков. Я расскажу все, как только разберусь. А твое недоверие окончательно выбило меня из колеи, - вздыхает он. - И куда же ты собралась сбегать от меня? - улыбается Стас, смахивая с моей щеки влажную капельку подушечкой большого пальца.
- Не знаю, - всхлипываю и смеюсь я одновременно.
- Ненавижу твои слезы, - целует меня в нос мужчина. - Домой поехали? Пара часов здорового сна нам бы не помешала перед сложным днем, - киваю в ответ.
Возвращаемся в квартиру Стаса, а у меня такое чувство, что я вернулась домой, на душе сразу же так легко, так хорошо и спокойно. Все наладится, худшее уже позади, мы во всем разберемся...
43
После этой прекрасной и одновременно ужасной ночи, я решаю не злоупотреблять мужским гостеприимством и на время «приезда друзей на красных жигулях» возвращаюсь в квартиру.
Неделя пролетает слишком быстро и незаметно. Стас очень загружен решением проблем клуба, о которых не может мне рассказать, постоянно находится в каких-то разъездах, иногда мне даже кажется, что он спит в машине или не спит вовсе, уж слишком изнуренный у него вид. Проблемы сыпятся на него не переставая.
Я все эти дни готовлю документацию на очередную проверку трека. Мы изредка сталкиваемся на работе, обмениваемся долгими страстными поцелуями, но вновь расстаемся, поскольку Стас должен снова куда-то ехать. Я скучаю по нему... Мне уже мало этих поцелуев, мое тело требует большего. Нам нужен хотя бы один день без суеты и ночных звонков. День, где будем только я и он...
Сегодня я нахожусь в клинике, где лежит моя мама, у нее на днях была операция и сейчас я жду окончательный вердикт врача. Сижу в приемной, жду доктора с результатом и чувствую, как дрожат мои колени от волнения. Мне не хватает Стаса рядом, с ним было бы легче ждать, не так волнительно.
- Добрый день! - заходит улыбающийся врач и я вскакиваю с места. - Что ж, операция прошла успешно, даже очень, - спокойно говорит он, а мне слезы тут же застилают глаза. - Теперь нам нужно немного подождать, ваша мама приходит в сознание, мы проводим последние процедуры, - с улыбкой говорит доктор. - Уверяю, скоро вы сможете с ней пообщаться.