Раздвоение соседки (СИ)

- Отлично. Пошли на балкон.
Пол на балконе был таким же гладким, как на кухне. Никаких ковриков, под которые мог бы завалиться ключ, никаких щелей. Я огляделась и вздохнула.
- Видимо, я потеряла его на набережной. Или в такси. И теперь никогда больше не увижу...
- Будем ломать дверь? У меня есть топор.
- Тебе бы только топором помахать! Запасной ключ у моих родителей.
- Это же отличная новость!
- Не очень. Во-первых, мне надо как можно скорее добраться до своего телефона. С работы, наверное, уже пятьсот раз звонили. Во-вторых, придется рассказывать маме, что я напилась и потеряла ключ...
- Зачем рассказывать?
- Потому что она – рентген!
- Понятно.  Хочешь, я поеду с тобой?
- Нет!
Еще не хватало, чтобы он ляпнул что-нибудь про мою сестру Анфису. Вот мама удивится, когда обнаружится, что у нее есть еще одна дочь!
- Но я могу тебя отвезти. У тебя же нет ключа от машины.
- Да...
- Ладно, я пошла переодеваться.
Мы вместе вышли с балкона, а потом Гоша вдруг издал какой-то звук и вернулся обратно. Я обернулась и стала свидетелем того, как он поднял один из высоких табуретов. И под его единственной ножкой, оканчивающейся конусообразной подставкой, лежал мой ключ.
Я радостно бросилась к нему, подняла, победно помахала им в воздухе… И оказалась в объятиях Гоши. Он подхватил меня, перенес с балкона в комнату, и закружил.
- Ура! – вопила я. – Я спасена!
- Ура! – поддержал меня Гоша.
- Ладно, хватит тискаться, - заявила я.
Да, я сама прекратила это безобразие! Мне нравится находиться в объятиях Гоши, очень нравится. Но надо держать себя в руках. Мы просто друзья. Хорошие соседи, которые проводят время вместе. Я не хочу быть его одноразовой девушкой, а других отношений с противоположным полом у него не бывает. Так что... поменьше прикосновений. Это сбивает мой настрой.
- Пойду домой, - сообщила я и по пути к двери зашла в ванную, чтобы взять одежду. – Халат верну позже.
- Без проблем.
- Тебя проводить?
- До соседней двери?
- Ну...
- Вряд ли мне угрожает какая-то опасность.
Но Гоша все равно увязался за мной. Мы вместе вошли в мою квартиру, он пошел на кухню, я – в гардеробную, где быстро переоделась в джинсы и футболку.
- Вот твой халат, - сообщила я соседу. – Или мне его постирать?
- Ну вот еще, - он забрал у меня халат. - Кстати, придется нам вернуться ко мне.
- Это еще зачем?
- У тебя на кухне шаром покати. А у меня остывает омлет.
- Большое спасибо, но я не голодна.
Как только я произнесла эти слова, мой желудок громко заурчал. И я осознала, что меня больше не тошнит. И что я готова запихнуть в себя завтрак.
- Я спущусь в кулинарию, - заявила я. – Надо пополнить запасы.
- Но омлет...
- По пути буду читать эсэмески. А за завтраком буду всем перезванивать.
Телефон был у меня в руках, я видела, что там есть непринятые звонки и непрочитанные сообщения.
Так что я стала теснить Гошу к двери. Это было непросто, потому что он стоял в коридоре, как скала.
- Эй! В чем дело?
- Я думал, мы позавтракаем вместе...
- У меня аврал и цейтнот!
Я сунула в один карман ключ, в другой кошелек, переобулась в кроссовки и мы вышли из моей квартиры. Я на ходу читала эсэмэски. Русалка не может мне дозвониться со вчерашнего вечера. Мама обижается, что я не показываю носа вторую неделю. Егор пишет, что Мила спрашивала обо мне три раза.
А вот и звонки. Русалка, Егор, какой-то незнакомый номер, Мила... Надо всем перезвонить. И я уже знаю, что скажу Миле. У меня свободный график! А завтра я принесу завершенный макет. Вот только бы успеть сегодня его закончить. Это будет сложно.
Подняв глаза, я обнаружила, что кнопка лифта не горит. А я думала, что нажала ее! А еще я обнаружила Гошу, смотревшего на меня с каким-то странным выражением лица. Не знаю, как его охарактеризовать. Задумчивое? Печальное? Сожалеющее? О чем он сожалеет, хотела бы я знать?
Я протянула руку к кнопке лифта, но нажать не успела. Гоша подошел, перехватил руку и потянул меня в сторону своей квартиры.
 
- Не нужна тебе кулинария. Там невкусно.
- Что?
- Позавтракаешь у меня. Можешь звонить и переписываться, сколько угодно.
- Но я...
- Хватит спорить! Омлет и так остыл.
  
Глава 18. Ты мне друг?
 
Я не люблю, когда на меня смотрят во время неприятных звонков. А этот звонок точно будет неприятным. Надо позвонить Миле.
Пару минут назад я звонила Егору, и это тоже было странно.
- Привет, - начала я. – Сразу хочу извиниться. Конечно, надо это сделать не по телефону. И я обязательно извинюсь еще раз, когда мы увидимся. Но пока я не могу сделать это не по телефону, потому что я говорю тобой по телефону. Короче, я запуталась.
- Да ладно, - пробубнил в трубку Егор. – Я не обидчивый.
- Но все равно я вела себя как какашка.
- Проехали.
- Я постараюсь так больше не делать, - не унималась я.
Меня со вчерашнего дня совесть мучает, мне просто хотелось избавиться от этого гнетущего ощущения!
- Ты где пропадаешь? Рабочий день в разгаре.
- Я не говорила? Я отвоевала право на свободный график. Сам главред разрешил.
- Да? Круто, - завистливо присвистнул Егор. – Тогда почему Мила уже три раза спрашивала, где ты? Причем с крайне недовольным видом.
- А ей не нравится мои привилегии.
- Понятно. Я думал, она мне голову откусит. Раз тебя нет.
- О! Она отрывается на тебе?
- На всех. Лютует с самого утра.
- Надо ей позвонить.
- Сочувствую.
- Я ее не боюсь!
На самом деле, боюсь. Но это глупо! Что она может мне сделать? Уволит? Это не в ее компетенции. Меня принимал на работу главред, а не она. Да даже если уволит... Переживу! Не откусит же она мне голову, на самом деле.  
Пока я болтала с Егором, Гоша разогрел омлет и разложил его по тарелкам. Достал из холодильника нарезанные овощи и сыр. Потом уселся напротив меня.
- Ты смелая, - сообщил он.
Почему он это говорит? Я только сейчас занималась самовнушением по этому поводу. Мне нужно позвонить Миле. А я боюсь.
- Вообще-то, не очень.
- Не каждый готов признать свою вину и извиниться.
А, он об этом.
- Если знаешь, что виноват, извиниться не сложно.
- Ну...
- Ты не любишь извиняться?
- Не люблю.
- И я не люблю. Но если виновата – извиняюсь.
- Я и говорю, ты смелая.
Мы принялись за омлет. Позвоню Миле позже. Не хочу говорить с ней при Гоше. 
- Вкусный омлет, - сообщила я.
- Спасибо.
- Любишь готовить?
- Примерно раз в год. Но омлет – это же не готовить. Так, ерунда.
- Да-а...
Хоть моя голова сейчас плотно занята рабочими проблемами, я не могла не задаваться вопросом, зачем он затащил меня к себе на завтрак. Ему что, скучно есть одному? До этого же как-то справлялся.
Может, ему просто хорошо со мной и не хочется расставаться? Может такое быть? Не знаю... Очень хотелось бы в это верить.
Я отложила звонок Миле, хотела заняться этим неприятным делом, когда буду дома, одна.  Но мои планы были нарушены. Мила позвонила сама.
Я несколько секунд смотрела на экран телефона. «Главная стерва редакции» - вот что там было написано. Что делать? Сбросить? Проигнорировать звонок?
Поймав взгляд Гоши, я решилась. Надо ответить. Я же смелая. А он не знает, с кем я собираюсь говорить. Я не буду называть имени одной из его одноразовых девушек. Сделав глубокий вдох и резкий выдох, я поднесла трубку к уху.
- Добрый день, - произнесла я официальным тоном.
- Действительно, добрый? – услышала я саркастичный голос Милы. – Наверное, это потому, что ты не на работе.
 
- Сегодня я работаю дома.
 Я старалась говорить спокойно, уверенно, совершенно невозмутимо. Но с ноткой стали. Пусть знает, что я не из мягкого теста!
- Ах, вот как!