Жизнь, продиктованная Говорящей Шляпой (ЛП)

Северус усмехнулся и вышел.
«Сентиментальный дурак. Я убиваю человека, а он решает, что мне нужна психотерапия. Извини, Альбус, но Забини прав. Я не очень хороший человек с «проблемами». Я наёмный убийца на стороне Света».
***
За ужином Гарри в замешательстве заметил отсутствие Снейпа, так же, как и то, что одна из сов в зале направлялась к нему. Он взял у птицы записку и, нахмурившись, прочитал:
Гарри, мне пришлось взять несколько выходных. Твоё наказание отложено — увидимся в Выручай-комнате в понедельник в обычное время, а сразу после этого — в моём кабинете на отработке. Альбус Дамблдор берёт на себя мои обязанности в общежитии и занятия по зельям в понедельник. Не доставляй ему никаких хлопот. Поздравляю с победой и желаю приятного отдыха в выходные, Северус Снейп.
Гарри прочитал записку, и сердце у него учащённо забилось. Снейп оставил его Дамблдору? Как он мог это сделать? На самом деле Гарри понимал, что у Снейпа, вероятно, были свои причины, чтобы уйти, но почему Дамблдор? Почему не Макгонагалл или кто-нибудь из других деканов?
«Снейп знает, что я не доверяю Дамблдору. Какого чёрта? — Гарри поморщился. — Блядь, ну что за проблемы? Не дай бог Снейпу уехать на пару дней. Он ведь должен был оставить кого-то за главного! Чёрт, какое мне дело?»
Аппетит пропал напрочь, и Гарри вернулся в общежитие. Вечеринка, которая началась сразу после того, как игроки в квиддич вернулись с поля, всё ещё продолжалась и, похоже, не собиралась заканчиваться в ближайшее время, но Гарри уже наелся конфет, и в любом случае, чем позже становилось, тем больше вечеринка переходила в руки старшекурсников. Гарри даже предложили огневиски, но он отказался. Может быть, он и глотнёт немного, когда вернётся к отбою, но сейчас его манили тишина и безопасность гостиной Гриффиндора. Гарри схватил свои книги и котёнка (Психо весь день прятался под кроватью, поэтому Гарри решил, что он тоже будет рад свалить с вечеринки) и вышел из общежития.
Когда Гарри вошёл в гостиную Гриффиндора, Блейз уже был там и тихо разговаривал с Гермионой, а Рон сидел в другом конце комнаты со своими необычно подавленными братьями-близнецами.
— Эй, Уизли! — крикнул Гарри. — Отличная игра!
Фред — или он думал, что это Фред — поднял глаза и слегка улыбнулся:
— Победили слизендорцы.
Гарри улыбнулся. Он задавался вопросом, что его друзья сделали с соперничеством факультетов во время игры. Тео сказал что-то о «команде Слизендора», но ему казалось, что это был только он. Очевидно, Рон знал об этом и рассказал своим братьям, что, в свою очередь, означало, что Блейз и Гермиона, вероятно, тоже были в курсе. Эта мысль вернула Гарри хорошее настроение. В начале года он действительно беспокоился, что его различные дружеские отношения не сложатся, но всё шло действительно хорошо. Ради всего святого, Блейз сидел в гостиной Гриффиндора без него!
***
На следующий день Гарри отправился в гостиную Гриффиндора сразу после завтрака и оставался там весь день. Если Блейз и Тео и сочли это необычным, они ничего не сказали, а просто присоединились к нему.
И в любом случае это не имеет значения. Гриффиндор безопасен.
Гарри просто не чувствовал себя комфортно в Слизерине, зная, что попади он в неприятности, придётся иметь дело с Дамблдором.
«А почему бы и нет? Что в этом такого особенного? Разве со Снейпом попадать в неприятности было весело?»
Но Снейп известное зло, наконец понял Гарри. Он всегда наказывал мальчика, когда тот делал что-то, что выводило профессора из себя — или, по крайней мере, следил за тем, как меня наказывали другие люди — но он также всегда заботился о том, чтобы Гарри был в безопасности, будь то с ним или с кем-то ещё. И когда Снейп облажался, он извинился, а когда облажался Гарри и тоже извинился, Мастер зелий простил его.
«Тем самым заставляя меня чувствовать себя ещё хуже, — подумал Гарри. — Ублюдок».
Но Гарри помнил, что даже когда он пришёл к Снейпу два дня назад, чтобы извиниться, он не испугался. Беспокоился о реакции Снейпа, безусловно, но не боялся, что этот человек ударит его. Ни одного мгновения. И не боялся уже довольно давно.
 
«Он сказал, что не ударит меня, и никогда этого не делал, он даже не хватал меня слишком сильно, не тряс или что-то в этом роде».
Профессор прикасался к Гарри только тогда, когда хотел, чтобы мальчик посмотрел на него, или был действительно обеспокоен, или… или доволен. Как в тот первый раз, когда Гарри искренне извинился, а Снейп коснулся его головы. Это было… приятно. И безопасно, как и объятия Мастера зелий. С каких это пор прикосновения взрослых стали безопасными? Начиная со Снейпа.
Нравился он Гарри или нет, Снейп заставлял мальчика чувствовать себя в безопасности больше, чем кто-либо другой, даже больше, чем Помфри или Макгонагалл. Это казалось… чем-то значительным. А теперь этот человек исчез.
«Целых два дня. Переживёшь».
Но на всякий случай он будет проводить больше времени в гриффиндорской гостиной.
«И перестань, чёрт возьми, думать о Снейпе. Он не настолько важен».
***
— А, Северус, ты вернулся. Надеюсь, тебе понравились выходные?
— Откуда мне знать?
«Но мне действительно нравится дразнить тебя».
На самом деле Северус не был настолько пьян, чтобы забыть выходные, но ему было приятно позволить Альбусу так думать. Ему так и не удалось заставить Дамблдора упрекнуть его за это. Казалось, что чувство вины не позволяет Альбусу обвинять Северуса в чём-либо, что он сделал после убийства, что каким-то образом заставило Северуса ещё больше стремиться вывести директора из себя.
Альбус вздохнул, затем, как обычно, проигнорировал колкость и сменил тему:
— Твой факультет в порядке, как и твои занятия.
— Кто-нибудь действительно чему-то научился? — спросил Северус без особой надежды.
— Я загрузил их уроками, — ответил директор. — Потому что знал, что если поступлю иначе, то никогда больше не смогу убедить тебя уехать.
«Чертовски верно», — подумал Северус.
— А Гарри?
— Я не видел его вне приёмов пищи. — Директор нахмурился. — Я знаю, что он возвращался до комендантского часа, потому что старосты сообщали мне об этом, но я никогда не видел, как он входит, и мне очень любопытно, как он это делает, — сказал Дамблдор с намёком.
Северус застонал.
«Я не думал, что всё будет так плохо».
Если бы он это знал, то, вероятно, не ушёл бы.
— Я уверен, что он не стал бы добровольно делиться с вами этой информацией.
— Ах, но ты же в курсе, — подмигнул директор.
— Да, я в курсе, — Северус говорил спокойно, несмотря на кипевший внутри гнев. — Он тогда тоже прятался от меня, а потом прекратил. Этот маленький мост доверия занял у меня некоторое время, и я буду благодарен вам, если вы не попросите меня разрушить всё из-за чего-то столь незначительного.
— Ты думаешь, он прятался от меня? — поморщился директор.
— Наверняка. Я мог бы даже сообщить вам, где он прятался, но опять же — я не нарушу его доверия.
— Хорошо, Северус, я не буду давить, — подняв руку, умиротворяюще заговорил директор. — Я просто комментировал экстраординарные способности мальчика. Редко бывает, чтобы ученику удавалось успешно ускользнуть от меня.
— И всё же вам показалось забавным, когда ему удалось ускользнуть от меня в начале года, — протянул Снейп. — Осмелюсь заметить, что в этом отношении мои способности превосходят ваши.
— Ах, да, — директор грустно улыбнулся. — И всё же способности Гарри улучшились. Хороший навык для него, хотя я содрогаюсь при мысли о том, как мальчик его приобрёл.
— Несомненно. Он хотя бы ходил на занятия?
— Да.
— Как всё прошло?
— Странно, раз уж ты спрашиваешь, — задумчиво сказал Альбус. — Мальчик Забини свирепо смотрел на меня каждый раз, когда я приближался к нему.
— Я не удивлён, — заметил Северус, — Забини защищает Гарри. Без сомнения, он увидел, что Гарри избегает вас, и решил помочь ему. И он, вероятно, сам вам не доверяет, если подумать. Я бы не стал, с его точки зрения.