Русалка (СИ)

— Здесь не должно быть воды! — кричит старик.
— Арина, сдавайся, тебе некуда деться! Ты не сможешь сидеть вечно в этом потоке, скоро он будет истощен! — добавляет Пхимарс решительно.
— О, здесь полно воды, — ухмыляюсь злобно, — каждый из вас — вода. — Я сжимаю руку в кулак, и Пхимарс падает на землю.
— Что ты делаешь?! Как ты это делаешь?!! — в голосе старика все больше паники.
— Всего лишь замедлила течение его крови. Кровь — это тоже вода, а… — запинаюсь, соображая, как пояснить по насыщение крови кислородом и снабжение им мозга, — без движения крови человек теряет сознание, а может и умереть. Вы были правы — нахождение здесь дурно сказывается на вашем здоровье!
Слуги отбежали прочь от старика, мечутся по пустыне, прячутся среди верблюдов, только еще один полуорк остался с ним рядом, судя по позе — готовый защищать своего хозяина. Преданный. Только вот что он может.
— Чего ты хочешь?! — кричит, собравшись с мыслями, старик.
— Пусть полуорк за холмом бросит свой лук и уходит дальше в пустыню. И второй, что рядом с вами, пусть тоже уходит.
— Чтобы ты убила меня?! — в его голосе звенит паника.
— Я могу убить вас прямо сейчас! Выполняйте! И помните, я вижу каждого в этой треклятой пустыне: кто, где и что делает. Я вижу даже змей и землероек в их норах в песке.
Старик медлит, но затем собирается с силами и все же кивает, полуорк отходит назад, и я вспоминаю об еще одном, которого отбросила от Рохеиса. Он уже начал медленно шевелиться.
— Пусть прихватят третьего, что валяется у палатки!
Полуорк без вопросов подошел к своему коллеге и, взвалив его к себе на плечо, зашагал в пустыню. Только когда они приблизились к лучнику, тот, наконец, опустил руки. Я выдохнула — очень противное чувство, когда на тебя кто-то смотрит как на мишень.
Наконец, немного ослабив контроль, сделала пасс рукой, разрезая водяными лезвиями веревки на Рохеисе, дальше он уже сам из них выпутался. В глазах его паника, но стена из воды вокруг нас его так же пугала, места было слишком мало, внутри был круг всего в пару метров в диаметре, бежать от меня ему было некуда.
— Что вы делаете? — пытаясь совладать с собой, спросил Рохеис, но голос его дрожал.
— Спасаю нас обоих, конечно, — хмыкнула я. — Это уже входит у меня в привычку, — буркнула больше про себя.
— Что теперь?! — голос старика прервал мои размышления.
Я окинула внутренним взглядом окружающее пространство. Орки ушли уже довольно далеко, от них пока нападения можно не ожидать. Слуги боязливо жались к верблюдам, те же нервничали и наоборот рвались поближе к водяному фонтану, но их не пускали.
— Мне надо подумать! — кричу в ответ старику, пытаясь потянуть время.
Старик дергается, машет руками, и пара слуг все же приближается к нему, помогают подняться и почти бегом оттаскивают подальше. Пхимарса бросили валяться на земле, даже не проверив, жив ли, но туда ему и дорога.
Старика подводят к верблюдам, и я запоздало соображаю, что они хотят сбежать. Нет уж. Резкое движение рукой, и слуги в панике разбегаются прочь от верблюдов, потому что бурдюки с водой разом взорвались мириадами брызг, обдав животных с ног до головы. Те только удивленно фыркают и отряхиваются, пытаются слизывать влагу с тел друг друга.
Поняв намек, люди больше не пытаются приближаться к животным, сгрудились неподалеку, пытаясь соорудить что-то вроде палатки для старика.
Воспользовавшись возможностью отдыха складываю ладони ковшиком, и вода с радостью соскальзывает в них. Пью с удовольствием — пресная, пусть уже и тепловатая влага. Она питает меня изнутри, оседает на моем теле брызгами, пропитывает его, обволакивает, успокаивает.
— Не хотите ли попить? — светски спрашиваю Рохеиса, формируя над ладонью водяной шарик.
— Ч-что это? — он словно завороженный пялится вверх.
Я тоже поднимаю голову — над нашими головами формируется огромный шар воды.
— Вода, — примеряю на себя роль кэпа.
— Но…
— Было бы глупо просто пролить ее на пустыню, она просто пройдет сквозь песок и исчезнет, а нам может и пригодиться.
 
— Ну, да, — тянет он растерянно.
Пауза. Я пытаюсь думать, как поступить дальше, как вести переговоры. Рохеис умудряется на этом маленьком клочке пространства расхаживать взад-вперед, отвлекая своими эмоциональными всплесками.
— Он мертв? — наконец, прерывает он молчание, указывая пальцем на полуорка.
— Нет, без сознания, — поясняю я. Вообще-то лежит амбал весьма неудобно, завалившись частично на мой хвост, но передвинуть его просто некуда — места нет, а дергать хвостом под наблюдением Рохеиса все же не хочется.
— А почему?! — удивление пополам с возмущением отвлекают меня от слежки за людьми.
— Что «почему»?
— Почему вы его просто не убили?
Как все у него просто! Я, может, современная женщина, и даже курицу в жизни ни разу не убивала, а он хочет, чтобы я убила человека… ну, полуорка. Я оглядываюсь вокруг и подбираю с обрывка ковра кинжал, который выронил полуорк:
— Возьмите, — протягиваю Рохеису.
Тот покорно принимает оружие, неумело крутит его в руках:
— И что делать?
— Как что, перережьте ему горло что ли. Только постарайтесь не забрызгать тут все кровью, — я поморщилась брезгливо. — Поторопитесь только, он скоро может прийти в себя.
— Что?!
— А что? — кошусь на него с деланным удивлением.
Он сперва подступает ближе, даже замахивается, примериваясь — только издалека, стоя над лежащим полуорком, потом отступает, прячет руки за спину:
— Нет уж, лучше убейте его… своими магическими штучками…
— Кто из нас тут мужчина — вы или я?! — возмущаюсь немерено.
— Но вы же маг!
— А у вас есть кинжал! В деле убийства мы абсолютно на равных.
Он отворачивается от меня, не зная, что сказать, косится недовольно, потом произносит:
— Но он ведь попытается напасть на нас, если очнется.
— Я знаю, — вздыхаю задумчиво.
— Вы можете его как-то обездвижить? Обезопасить нас?
Да если бы я знала!
— Обыщите его, снимите с него все оружие, его надо допросить, нам нужен источник информации.
— Может, вы сами?.. — морщится брезгливо.
Смотрю на купца возмущенно, указывая на свои неподвижные ноги.
— Да, простите, — пробурчал он и все же опустился возле полуорка на колени и принялся его обыскивать. Снял пояс с палашом и несколькими метательными кинжалами. Хорошо, что сверху тот одет только в безрукавку — там ничего не спрячешь.
— Проверьте за голенищем сапога, — попросила, и к удивлению Рохеиса, оказалась права.
Когда все было закончено, Рохеис отошел, и я запустила магию. Вода обхватила полуорка от горла и до кончиков пальцев ног, и подняла в воздух, распяла, чтобы и рукой дернуть не мог. Я скрутила водные жгуты максимально плотно, но все равно побаивалась, что он сумеет вырваться, поэтому подвесила его повыше, чтобы было больнее падать, и подальше от себя, чтобы успеть вновь остановить течение его крови, возможно, уже навсегда.
Потом сосредоточилась на биении его сердца, замедленном течении крови. Надеюсь, я не довела его до инсульта и не сделала идиотом. Вздохнув, немного ускорила движение крови, от чего его щеки немного покоричневели — так при зеленоватой коже проявлялся румянец. Вздохнув, поплескала немного воды ему в лицо, и, наконец, он тряхнул головой и открыл глаза. Огляделся, подергался, проверяя путы.
— Не советую дергаться, вырубить тебя мне не составит труда, — он замер, но, кажется, впечатлили его не столько мои слова, сколько вид водяной ловушки, в которой мы засели и огромный водяной шар над нашей головой.
— Что вам надо? Хоть пытайте, я ничего не скажу, — рыкнул орк решительно, глядя почему-то но Рохеиса, а не на меня.
 
— Я же говорил, надо было его утопить, — поддакнул купец.
А я, прищурившись, вглядывалась в эмоции полуорка. Застарелая боль, решимость. Прежде я ощущала от него и остальных тупую исполнительность, а теперь он был на грани, его эмоции были раскрыты.