Русалка (СИ)
— Это мой питомец, — соизволила я ответить.
Я нарывалась. Это было глупо, но я ничего не могла с собой поделать. Не посмеет же он выбросить меня прямо со своего корабля.
Тем временем вторая шлюпка прибыла к кораблю, и еще четверо парней из моей команды оказались на палубе. Быстро осознав расстановку сил, они полукругом выстроились за моей спиной. И, если местные считали, что мы в меньшинстве и что перевес сил на их стороне, они ошиблись. С трудом заставила себя опустить верхнюю губу, скрывая клыки, так и лезла на лицо широкая ухмылка. Как там: «сделал гадость — на сердце радость», — это прямо-таки про меня.
— Что здесь происходит? — к нам приблизился еще один мужчина в дорогой одежде с абсолютно седой головой. — Господин Рохеис, у вас возник какой-то конфликт с этими людьми?
О, наконец, мы узнали имя анонима. И он не «капитан Рохеис»?
— Я лишь хотел задать спасенным несколько вопросов, — кажется, смешался господин Рохеис.
— Позвольте представиться, капитан Эдано Пхимарс, — поклонился, не дожидаясь пояснений седоволосый. — Спасение оказавшихся в беде в море — долг каждого мореплавателя, и я рад, что судьба доверила нам сегодня эту миссию.
— Не оказавший помощи в море будет лишен благословения Стихии Воды, — будто бы ритуальной фразой ответил капитан Гарт.
Глава 42
С появлением капитана Золотого Течения атмосфера на палубе разрядилась. Кажется, при Пхимарсе господин Рохеис не смел так явно командовать и вызывающе вести себя. Его статус я для себя еще не уяснила. Пассажир? Владелец судна? Второе вряд ли.
Капитан Гарт представил капитану Пхимарсу себя и своих людей, коротко рассказал о случившемся, его периодически дополнял Дорф — тому просто не терпелось рассказать начальству о том, что я маг воды, вдова и не могу ходить. Впрочем, мне это было только на руку, однако внешне я старалась выглядеть расстроенной и смущенной.
Уже вскоре вторая шлюпка сделала последний рейс к острову, и все потерпевшие крушение были на борту.
— Позвольте мне, госпожа Бороув, уступить вам свою каюту, — предложил капитан Пхимарс.
— А где же будете ночевать вы? — удивилась я вежливо.
— Думаю, мой первый помощник не оставит старика без крыши над головой, — усмехнулся капитан. — Жаль только, на борту больше нет женщин, и я не в силах предложить вам служанку в помощь.
— О, не волнуйтесь за меня, капитан Пхимарс, после жизни на крошечном необитаемом острове даже мокрый трюм корабля, плывущего к материку, покажется райским местом, что уж говорить о целой капитанской каюте!
Я подумала, огляделась по сторонам и спросила:
— А вы не могли бы позволить мне позаимствовать ненадолго один из этих ящиков?
— Мои ящики?! — возмутился господин Рохес.
— Мне подойдет совершенно любой ящик, на котором можно было бы сидеть, — пояснила я, — например, пустой ящик из-под съеденных уже по пути продуктов.
— Но зачем он вам? — удивился капитан Пхимарс.
— Чтобы капитану Гарту не приходилось все время носить меня на руках, — пояснила я и сделала пасс рукой. Ящик, на котором я сидела, аккуратно приподнялся и пополз по палубе вперед. Мужчины наклонились, пытаясь разглядеть за моей юбкой, что происходит, но видно это было только сзади — я залила небольшое количество воды под контейнер и теперь с ее помощи могла передвинуть свое сидячее место, чем напоминала самой себе улитку. Конечно, такой способ передвижения подходил только для ровных поверхностей, например, на корабле, по суше так не поездишь.
— А не проще ли было передвигать стул? — предложил капитан Пхимарс. — У меня в каюте есть несколько стульев.
— Нет, к сожалению, мне необходимо, чтобы предмет мебели, на котором я сижу, не имел ножек, а имел плоскую поверхность снизу, — пояснила я.
— А как же вы передвигались на острове? — вновь ввернул Рохес, глядя на меня почему-то подозрительно.
Я предпочла его проигнорировать.
— У меня в комнате есть сундук. В нем, к сожалению, мои вещи, но их можно выгрузить, — задумчиво предложил капитан Пхимарс.
— Вы слишком добры, — улыбнулась я ему вежливо, — мне подойдет любой ящик, даже самый неказистый, лишь бы он был небольшим по размеру.
— Я пошлю второго помощника поискать пустые ящики, и все возможные варианты вскоре будут вам предоставлены, — он махнул рукой, и крупный мужчина, неуловимо похожий на Хоруфа, кивнул, показывая, что приказ понят.
— Благодарю вас, капитан вы спасаете меня уже второй раз за день, — улыбнулась я.
— Кстати, а где на этом острове источник пресной воды? Мы могли бы пополнить свои запасы, — вспомнил помощник Дорф.
— Остров слишком мал, на нем нет источника, — ответил капитан Гарт, как мы и договаривались, — мы пили кокосовое молоко и утреннюю росу, скапливающуюся на листьях деревьев — магия госпожи Бороув помогала нам собирать ее.
— Способности госпожи Бороув вызывают много… восхищения, — ядовито улыбнулся Рохеис, и мне показалось, что изначально он хотел закончить фразу словом «вопросов». Нехорошо. — Кстати, в какой школе магии вы учились, миледи?
— Ох, вам нужно, наверное, отдохнуть и освежиться, — перебил его капитан Пхимарс, — Простите, что заставил вас столько времени торчать на этом солнцепеке. Идемте, я провожу вас в свою каюту. Правда, если вы не возражаете, я заберу из нее необходимые вещи чуть позже…
— Конечно, вы можете хранить свои вещи в комнате, это же ваша каюта… — поддерживала я светскую беседу, словно слизень скользя следом за капитаном на ящике.
— Это же мой груз, — донесся в след мне слабый возмущенный голос Рохеиса.
— Уверен, госпожа Борув вернет ваш ящик в целости и сохранности, — успокоил его капитан Гарт.
Наконец, минут через десять расшаркиваний и заверений в уважении и дружбе я смогла остаться в небольшой комнате с Кракеном наедине. Честно говоря, ожидала я чего-то более помпезного, как в исторических фильмах: позолота, окно во всю стену и тому подобное. Но, то ли капитан был скромен, то ли корабль не так шикарен. В комнате находились привинченные к полу кровать и тумбочка, пара стульев, большой сундук, раза в два больше того ящика, на котором я восседала и с неудобной округлой крышкой. Я порадовалась, что отказалась от такого «счастья».
Окно было небольшое, но я улыбнулась — его размера как раз достаточно, чтобы ночью я могла незаметно выпрыгнуть в море. Да уж, мне еще всю ночь тащить корабль обратно на север, чтобы скрыть тот факт, что я сбила его с курса. Я потянулась, помахала руками, пытаясь разогнать кровь. Спать хотелось зверски, а мышцы ныли, как после длительной тренировки. Но только одну вольность я смогла себе позволить — заперла дверь на щеколду и вытянула хвост во всю длину. Покрутила плавник во все стороны, потянулась, вытянула заодно вперед руки, по-русски зачитав:
— Мы писали, мы писали, наши пальчики устали, — одновременно с привычными с детства движениями кистей разминала затекший в непривычной позе плавник.
«А что ты делаешь?» — осведомился Кракен с любопытством.
Я попыталась ему объяснить, зачем нужна разминка, но безуспешно — для животного было непонятно, зачем сидеть замерев в неудобной позе, да еще так долго, чтобы тело затекло.
«Например, когда ты охотишься из засады», — наконец, придумала я ответ.
«Так ты в засаде сидишь под этой юбкой?» — крайне удивился Кракен.
«Можно и так сказать», — хмыкнула я.
«По-моему, если сидишь в засаде так долго, что даже тело затекло, значит жертва выбрана неправильно или место, и надо поплыть дальше и найти цель попроще», — заметил великий охотник.
«А я не ищу легких путей,» — хмыкнула я.
В этот момент в дверь аккуратно постучали:
— Госпожа Борув, простите, что беспокою, — послышался голос первого помощника Дорфа, — капитан приглашает вас присоединиться к нему во время обеда.
— Минутку, я сейчас выйду! — крикнула я в ответ.