Голос Арчера (ЛП)
Арчер старался не улыбаться и отвел взгляд, поднимая чашку кофе. Мэгги уперлась руками в бока и уставилась на Лизу, пока мы смеялись.
— Это твои пошлые мысли, а не мои пошлые слова, — сказала она. В ее глазах блеснула искра.
Арчер посмотрел на меня.
«Думаешь, мы придумаешь что-нибудь пошлое вечером?» — спросил он, улыбаясь мне. Я засмеялась и закусила губу, чтобы сдержать смех.
— Вот видишь! — сказала Мелани. — Я знала, что вы болтаете пошлости. Я точно понимаю язык жестов.
Я улыбнулась.
— Он просто спросил, согласна ли я пойти на пикник!
Я засмеялась, и Мэгги фыркнула. Арчер улыбнулся шире.
— Люди, оставьте их в покое. А вы двое выметайтесь, — сказала Мэгги, подталкивая меня.
— Хорошо, хорошо, но что с моими салатами?
— Я за всем прослежу, — сказала она. — Ты сможешь сделать салаты утром.
Я посмотрела на Арчера.
— Ну, тогда пошли!
Он начал доставать деньги из кармана за кофе. Но Мэгги остановила его, положив руку на его ладонь.
— За счет заведения, — сказала она.
Арчер остановился, посмотрел на меня и кивнул в знак согласия.
— Хорошо, — улыбаясь, сказала Мэгги.
Я вышла из-за стойки, и мы попрощались с Мелани, Лизой и Мэгги.
Когда мы оказались на улице, на другой ее стороне я увидела знакомую фигуру. Из магазина выходила Виктория Хейл вместе с пожилой женщиной с темными волосами. Я увидела, что она заметила нас с Арчером. Температура воздуха на улице, казалось, упала на пятьдесят градусов, и меня пробрал холод. Я обняла Арчера за талию, он улыбнулся мне, притянул меня к себе и поцеловал в висок. И в тот же момент Виктория Хейл перестала существовать.
***
Позже тем же вечером Арчер развел костер на побережье, и мы сидели на старых деревянных креслах-лежаках, которые, по рассказам Арчера, сделал его дядя много лет назад. Мы взяли с собой бутылку красного вина, покрывала, так как уже холодало, особенно по вечерам. Арчер налил себе маленький бокал вина, а мне — большой, и он пил свой, как будто это был какой-то крепкий алкоголь. Столько вещей, которые я принимала как данность, для него были в новинку.
Несколько секунд мы сидели молча, потягивая вино и наблюдая за языками пламени. Я чувствовала себя счастливой, вино растекалось по крови. Я откинулась на спинку деревянного кресла и любовалась его красивым профилем в отблесках огня. Заходящее солнце на несколько секунд осветило его профиль, и мне показалось, что рядом со мной сидит античный бог. Весь золотистый и красивый. Его собственное великолепие отражалось в танцующих языках пламени. Я тихонько рассмеялась своим мыслям, чувствуя себя опьяненной половинкой бокала мерло. Я была опьянена Арчером, ночью, судьбой, храбростью, жизнью. Я встала, и с моих колен упало покрывало. Я поставила бутылку с вином на песок, подошла к нему, села к нему на колени. Когда он улыбнулся, я взяла его лицо в свои ладони и долго смотрела на него, перед тем как поцеловать. Я чувствовала вкус вина и Арчера. Вкус, который заставил меня стонать и откинуть голову так, чтобы он мог углубить поцелуй и дать мне больше себя. Он слегка отстранился от меня и подразнил мой язык своим. Я поудобнее устроилась на его коленях и выдохнула в его рот. Он ответил вздохом. Его язык медленно забрался ко мне в рот и начал имитировать сексуальный акт, заставляя мой пульс бешено биться. Я моментально стала влажной и была готова принять его. От желания я начала ерзать на его коленях.
Он улыбнулся у моего рта. Арчер точно знал, что нужно делать. Ему это нравилось. Сейчас было легко потеряться в нем из-за того, как он был внимателен, как смотрел на меня с восхищением, из-за того, насколько естественной и беззастенчивой была его сексуальность. Он едва ли догадывался о ее существовании. Но он быстро прогрессировал. И какая-то часть меня испытывала тревогу, осознавая, что неуверенный мужчина, который учился тому, как нужно ублажать меня, и просил сказать, что мне нравится, исчез. Хотя другая часть меня радовалась вновь приобретенной им уверенности, радовалась тому, как он обращается с моим телом и заставляет меня трепетать от желания.
Через несколько минут я откинула голову, мы тяжело дышали и переводили дыхание. Я еще раз слегка поцеловала его в губы.
— Ты так быстро меня возбуждаешь… — сказала я.
Он поднял руки.
«Это плохо?» — спросил он, смотря на меня. Он действительно спрашивал, а не задавал риторический вопрос.
Я провела большим пальцем по его нижней губе.
— Нет, — прошептала я, качая головой.
Мой взгляд упал на его шрам в отблесках костра. Кожа была красного оттенка в цвете пламени, блестящая, золотистая, растянутая кожа. Я наклонилась и поцеловала ее. Он слегка дернулся, но не сдвинулся с места.
— Ты прекрасен везде, Арчер.
Он выдохнул и очень-очень медленно наклонил голову, давая мне доступ к его шраму. Прекрасный жест доверия.
— Расскажи мне, что произошло, — прошептал я, проводя губами вниз и вверх по его коже, вдыхая его запах. — Расскажи мне все. Я хочу узнать тебя, — сказала я, отстраняясь и глядя на него.
Его взгляд стал напряженным. Было похоже, что он пытается решить неразрешимую задачу. Он выдохнул и поднял руки:
«Сегодня я почти почувствовал себя нормальным. В закусочной. — Он остановился. — Сейчас я не хочу думать о своей ущербности, Бри. Пожалуйста. Я просто хочу обнимать тебя, отнести тебя в дом и заняться с тобой любовью. Я знаю, что это тяжело понять, но, пожалуйста. Позволь мне просто наслаждаться тобой».
Я изучала его. Я понимала, потому что сама была в такой же ситуации. Я так упорно старалась вернуться в свое нормальное состояние после смерти отца. Так упорно старалась перестать пропускать съезды с шоссе, по которому ездила сотни раз, или отключаться в продуктовом магазине, стоя возле апельсинов и глядя в пространство; так упорно старалась почувствовать хоть что-нибудь, кроме чистой боли. И кто бы ни просил меня, насколько бы они меня ни любили, я не могла говорить об этом, пока не прошло достаточно времени. Арчер жил со своей болью долгое время. Просить его, возвращаться снова туда, было бы нечестно. Я подожду. Я буду ждать столько, сколько потребуется.
Я улыбнулась, убрала волосы с его лба и снова нежно поцеловала его. Когда я отстранилась, то сказала:
— Помнишь, как ты сказал мне, что я на самом деле боролась в ту ночь, когда напали на моего отца?
Он кивнул, его глаза потемнели в сумерках пламени.
— И ты тоже, — тихо сказала я. — Я не знаю, что произошло, Арчер. И я надеюсь, однажды ты расскажешь мне. Но в чем я точно уверена, так это в том, что ты боролся за жизнь. Твой шрам говорит об этом, — я пробежала пальцами по израненной коже на его горле и почувствовала, как он тяжело сглотнул, — мой раненый целитель, мой прекрасный Арчер.
Его глаза засветились, и через мгновение он подхватил меня на руки, поставил на землю на пару секунд, пока засыпал песком огонь. Потом он снова поднял меня, и я засмеялась, вцепившись в него. Он понес меня по холму в свой дом, в свою постель.
23 глава
Бри
На следующий день я оставила Арчера валяться в его постели. Одеяло едва прикрывало мускулистые окружности ягодиц. Его руки обнимали подушку. Ничто не мешало мне любоваться его красивой спиной. Сначала я подумывала разбудить его, чтобы снова насладиться всеми впадинками и выпуклостями его тела. Но я знала, что Фиби пора на прогулку, а я, к сожалению, слишком мало уделяла внимания себе и своему дому. Там царил ужасный беспорядок, а у меня не было чистого нижнего белья с собой. Оставив на плече Арчера легкий поцелуй, я с трудом оторвала себя от него, чтобы пойти и сделать необходимые дела. Он устал, так как истратил все энергию прошлой ночью. От воспоминаний мои бедра непроизвольно сжались, и мне пришлось заставить себя унести ноги из маленькой спальни.