Сын ведьмы. Дилогия (СИ)
– Алексей, у вас действительно есть опыт в проведении хирургических операций? – ловко вкалывая бессознательному пациенту дозу обезболивающего, с надеждой обратилась к неожиданному спасителю девушка.
– Да, Варя, резать людей – опыт у меня богатый, – скинув шляпу и сбрасывая с плеч пиджак на руки услужливого ассистента, с какой‑то затаённой грустью признался полевой шаман. – Андрюха, грей воду в тазу и раздобудь мне халат.
Варвара с изумлением взирала на сохраняющего полное спокойствие офицера. С такой военной выправкой и железными нервами никем иным она его не представляла. Алексей не испугался бандитов, заставив их быстренько ретироваться, а теперь собирался делать сложную полостную операцию, словно разыграть рядовую партию на бильярдном столе. Уверенность чужестранца заставила девушку довериться ему.
– Я подготовлю хирургический инструмент, – засуетилась медсестра и извлекла из тумбочки металлический ящичек. – Сейчас переоденусь и смогу вам ассистировать. Только вот… для вас халат отца будет маловат.
Варвара достала из платяного шкафа белый халат и повесила на спинку стула.
– Ассистент у меня свой имеется, – кивнул на обомлевшего от такого заявления интенданта Алексей. – А раз подходящей одежонки для меня нет, то я и голяком отработаю. Вы только, пожалуйста, шторы на окнах плотнее задёрните и канделябр со свечами принесите.
Девушка снисходительно улыбнулась, однако окна шторами закрыла.
– В богатых домах Макао освещение электрическое, – просветила северного варвара хозяйка, подняв глаза на люстру с зажжёнными лампочками.
– Но ведь иногда свет отключают? – резонно предположил гость с дикого края. – Значит восковые свечи или керосиновая лампа в доме имеются.
– Свечи, – обескуражено призналась Варвара и бросилась исполнять странную просьбу.
– Андрюха, не забудь для меня прикупить на рынке карманную зажигалку, – решил вновь обзавестись полезным инструментом полевой шаман.
– Замётано, – кивнул ассистент и жалобно заскулил: – Алексей, материальную поддержку любую проси, но моральной не жди – боюсь я крови, в обморок брякнусь.
– Твоя задача– стоять на страже входа и никого не пускать, пока я на капище голяком плясать буду, шаманить по – своему.
– Загородить проход я, конечно, телом могу, только меня и отодвинуть недолго, – не высоко оценивал свои боевые качества часовой. – Ты бы, атаман, лучше изнутри ножками стула дверные ручки заблокировал– это вернее будет.
– Скажем, что так и сделал, – решил скрытно применить колдовскую силу шаман. Алексей мог бы даже и одежд не снимать, ведь умел кровь стряхивать с материи, но маскироваться‑то надо.
Вернулась запыхавшаяся хозяйка.
– Вот вам, месье Ронин, канделябр с зажжёнными свечами, для обеззараживания инструмента, – догадалась о назначении открытого огня медсестра. – Только папа его, обычно, кипятит и спиртом дезинфицирует.
– На фронте кипятить некогда, – отмахнулся полевой хирург и, наверное, пошутил – А спирт для внутреннего потребления пригодится. Всё, оставьте меня наедине с пациентом.
– Я бинты приготовлю, мазь целебную, ещё йод, нити и… – озираясь на снимающего рубашку парня, загибала пальчики на руках медсестричка, выталкиваемая Андрюхой прочь с места камлания шамана.
Створка двери за отвергнутыми ассистентами захлопнулась. Андрей встал на караул.
– А как же месье Ронин, там один?.. – в удивлении всплеснула ладошками потрясённая Варвара.
– Шаману не привыкать, – Загадочно усмехнувшись, отмахнулся хвастливый однополчанин. – Лёха и мёртвого из могилы поднимет. – Андрей испуганно оглянулся и перекрестился. – Есть опыт.
А за дверью уже творилось колдовство: с этажерки слетел фаянсовый кувшин и, проплыв над полом, замер у изголовья раненого, из открытого рта которого брызнул фонтанчик крови– алая струйка, до последней капли, угодила точно в горлышко посуды. Алексей разделся лишь до пояса, прикрыв брюки белым халатом целителя, как фартуком, завязав рукава сзади. Лезвие скальпеля хирург прокалил в огне свечи, раздув пламя. Несколькими точными ударами рассёк промокшую кровью шёлковую ткань самодельных бинтов и рубашку на груди пациента. Тело слегка приподнялось над столешницей, лохмотья сползли и, шмякнувшись о пол, скукожились у ножек стола сброшенной змеиной кожей.
– Итак, приступим, помолясь. – Целитель перекрестил бренное тело, а затем одним взмахом руки стёр следы крови с его испещрённой ранами кожи.
Алексей встряхнул ладонь – в горлышко кувшина упали тёмные брызги. Левая рука шамана, словно дирижируя невидимым оркестром, начала ритмично подниматься и опускаться в такт неслышимой мелодии.
Грудь пациента, в такт ритму, вздымалась и опадала. Из рта иногда вылетали алым бисером капельки крови и падали в кувшин.
Правой рукой шаман медленно провёл по груди китайца– из тела вылезли, будто червячки из трупа, свинцовые дробинки и «примагнитились» к ладони. Алексей стряхнул металл в кувшин.
По воздуху, словно жар – птица, прилетел с края стола канделябр с полыхающими свечами. Воск с шипением плавился, отекая белыми сталактитами. Пламя струйками огня вливалось в открытые ранки на груди. Плазма проникала в организм, дозировано прижигая каналы от дроби. Затем призрачным шаром прокатилась по коже.
– Эй, ассистенты, можете заходить! – разблокировав входную дверь, позвал Алексей.
Варвара, уже успев переодеться в белый халат, вбежала в комнату, опередив Андрея.
– Вода ещё только греется… – произнесла медсестра и замерла с открытым ртом.
– Достаточно и тёплой, чтобы омыть тело пациента со спины, – отмахнулся от излишней формальности фронтовой лекарь, любуясь удивлённым лицом девушки. – Раны я затворил огнём, нужно сделать перевязку. Андрей, помоги барышне здесь прибраться, а я перенесу тело болезного на кушетку. Возьми халат. Чистый, не пригодился. Ну, чего замерли? Дружно обмываем грязнулю, перевязываем и кладём китайца «на полку». До утра не очухается.
– Ага! – засуетился Андрюха и метнулся на кухню за водой.
– Бинты я приготовила, – махнула рукой за спину девушка, не в силах оторвать взгляда то ли от чудесно исцелённого китайца, то ли от рельефной мускулатуры на груди стройного кудесника – атлета.
– Да шпанёнка лишь дробью посекло, слегка оцарапало, – попытался принизить сотворённое чудо смущённый хирург.
– Ой, а со свечами, что случилось? – стыдливо отведя взор от голой груди богатыря, удивилась Варвара. Канделябр стоял в белых восковых сосульках. Свечи выгорели до половины.
– Плохонький товар подсунули, воск какой‑то «липовый», – пожал плечами пойманный на мелочи шаман – шулер. Со свечами он работать не привык. Срочно надо зажигалку или хоть простенькую керосинку добывать.
Тут вовремя подоспел Андрюха с тазиком тёплой воды и полотенцем с бинтами подмышкой. Всей компанией стали ухаживать за раненым. Правда, Андрей неприминул высказать особое мнение на счёт необязательной процедуры– можно было бы и так бандюка на топчан бросить, с потёками крови на спине. Цацкаются с ним, как с куклой фарфоровой.
Варвара умело забинтовала грудь пациента. Алексей один перенёс легковесного китайца на кушетку, а Андрюху заставил затирать следы на столешнице и полу. Пусть боец к крови хоть так привыкает.
Ленивый интендант ругался очень тихим шёпотом и, учитывая присутствие барышни, только на французском.
Дожидаться прихода Фанг Цай необычные гости не стали. Пообещали обязательно наведаться с утра и проследили, чтобы хозяйка заперла за ними дверь на засов. Алексей посчитал: пусть Варвара в одиночку выкручивается, объясняя батюшке произошедший казус с почти мгновенной операцией тяжело раненого пациента. Может, сообщая по телефону о вторжении в дом злых хунхузов, девушка сама с испугу напутала?
– Интересно, как так получилось, что у китайца дочка явно европейской наружности? – чуть отойдя от дома лекаря, озвучил мучивший его вопрос Андрей.
– И с таким чудесным русским именем, – мечтательно вспоминая образ чаровницы, вздохнул казак. Лицо девушки так и стояло перед внутренним взором и никак не хотело растворяться в памяти.