Эльфийский тесак (СИ)

— Грязные недоноски, — проворчал гном.
— Ни на секунду не отходил от меня, говоришь? — спросил хоббит, осененный внезапной догадкой. — А я уж думал, не сбрендил ли ты, почтенный гном.
Гном покраснел.
— У меня нет денег, вшивый вымогатель! — объяснил он Рогволду Верной Руке.
— Тогда возьмите меня с собой, будете поить меня по дороге, — предложил ковбой.
— Идет, — без энтузиазма согласился гном.
Его прервал страшный грохот. Дверь распахнулась и взору изумленных попутчиков предстала волосатая грудь в обрывках тельняшки. С трудом протиснувшись в дверной проем, в номер вошел давешний знакомый гном.
— Строри, — радостно вскричал Торин. — Познакомьтесь, Маленький Гном.
— Малыш, — пробасил тот, пожимая руку Рогволду так, что тот потерял сознание. Торин, попинав его немножко, привел его в чувство.
— Малыш, — старательно повторил Маленький Гном, собираясь покалечить руку хоббиту.
— Фолко, — представился хоббит, смело протягивая ладонь с прилаженным к ней электрическим конденсатором.
Электрический разряд заставил нового знакомого затрястись, как в лихорадке, после чего он рухнул, гримасничая, как клоун. При этом он зацепил сумку хоббита, и к ногам Рогволда подлетела какая-то бумажка.
«Привет, ханыга косорукий!» — так начиналось письмо карлика.
— Надо сообщить властям! — заявил Рогволд, с трудом прочитав письмо по складам. Как бывший ефрейтор войск Его Величества, я заявляю, что надо донести властям! Нам хорошо заплатят или назначат на какую-нибудь должность.
— Мы и без тебя до этого додумались, придурок, — съязвил Торин.
— А ты, ты срань подземная! — обиделся Рогволд.
— Малыш! Друг! Ты слышишь, как этот ублюдок в кедах о гномах отзывается, расист чертов! — воскликнул Торин, заползая под кровать.
— Убью! — сообщил Маленький Гном.
— Именем короля! — провозгласил Рогволд, размахивая какой-то бляхой. — Я секретный агент ноль — ноль — семь с половиной, работаю на разведку Его Величества. Кто не с нами, тот против нас, — его пистолеты нацелились в живот Маленького Гнома.
— Эй, ты же говорил, что ты ефрейтор войск Его Величества, запротестовал Малыш, поднимая руки.
— Ну да, я ефрейтор заградотряда войск короля, а затем я поступил в разведку и являюсь генерал-ефрейтором разведки Его Величества. — Он крутанулся на месте в сторону портрета короля, висевшего на стене, и отдал честь, едва не выбив себе глаз средним пальцем.
— Мы рады служить королю, — заявили Торин с хоббитом, лежа под кроватью и отдавая честь.
— Встать! Смирно! Тридцать отжиманий! Раз-два, раз-два, — завопил Рогволд с садистским выражением на лице.
Фолко и Торин, не сговариваясь, пообещали сами себе, что генерал-ефрейтор погибнет в первом же бою. Лишь Малыш радостно отжимался с глупой улыбкой на лице.
День прошел в подготовке ночного прорыва из города. В промежутках между отжиманиями, приседаниями и маршировкой, трое новых бойцов короля выслушивали идиотские рассуждения генерал-ефрейтора о том, как надо вести себя в бою, приставать к женщинам и пользоваться туалетом, причем следует отметить, что рассуждения эти были также далеки от практики, как задница орла от земли во время полета. Наконец, он перестал нести подобную чушь и заговорил более осмысленно.
— По нашим данным, изначальное зло вновь поднимает голову. В Мордоре вновь колосятся плантации коки. В могильниках кто-то посадил коноплю. В лесах объявились отряды неокрасных кхмеров, нападающие на поезда и почтовые кареты. Снизились налоговые поступления и, наконец, — его голос задрожал, на Востоке выпустили депозитные сертификаты! Спустя триста лет зло вновь поднимает голову!
— В Мории появился ужас, — сообщил Малыш, почесывая в затылке. — Все гномы, забрав самое ценное, что у них есть — вклады в Морийском банке, переселились в разные места.
— Со стороны Могильников доносятся страшные звуки, — сказал Фолко. Караван челноков сдуру сунулся туда, и ни один не вернулся.
— И вот теперь письмо карлика, — подытожил Рогволд. — Кто-то собирает отряды орков для того, чтобы напасть на королевство.
 
— Может он собирает их для того, чтобы выставить свою кандидатуру на выборах в конгресс? — робко предположил Малыш.
— Идиот! — пробормотал Рогволд. — Теперь отдохните, через две минуты выходим.
Но отряд двинулся в путь спустя полчаса. Это Рогволд решил сходить в туалет и, как оказалось надолго, так как кто-то обмазал стульчак унитаза универсальным военным клеем.
— Кто это сделал? — вопил Рогволд, пытаясь освободиться от украшения. Однако все отрицали свою причастность, а больше всех смеявшийся Фолко, предположил, что это продолжение цепи невероятных бедствий, обрушившихся на Средиземье. В итоге, пришлось надеть джинсы поверх стульчака, а Рогволду надеяться, что деревянный стульчак быстро сгниет (от пота).
Отряд двинулся в путь, вылезя в окно и спустившись по веревке. Чтобы не идти пешком, Фолко предложил позаимствовать транспорт из конюшни.
— Чего не сделаешь на благо королевство, — вздохнул Рогволд, давая знак к захвату.
Через минуту, Рогволд, стоявший на стреме, увидел, как из конюшни пешком выходят трое новых друзей, держа что-то под мышкой. При ближайшем рассмотрении, оказалось, что те стибрили три роликовых доски и самокат.
— Ублюдки, вашу мать! — заорал Рогволд, попробовав роликовую доску в действии. — Гони самокат, гном порхатый, — потребовал он от Торина.
— А у тебя права есть? — спросил Торин, вручая самокат ковбою.
— Заткнись, — ответил Рогволд Верная Рука, трогаясь в долгий путь.
Виртуознее всех, как оказалось, владеет скейтбордом Фолко, еще в детстве используя доску с роликами для того, чтобы смыться от прохожих, у которых он вырвал из рук сумку. Торин и Малыш также неплохо владели этим искусством, катаясь внутри гор с яруса на ярус по самым немыслимым закоулкам. Лишь Рогволд не умел пользоваться даже самокатом, и с трудом пытался не отстать от трех сотоварищей, которые умудрялись еще и курить на ходу, в смысле на езду.
— Почему вы, придурки, не взяли лошадей? — кричал Рогволд, работая ногами, в смысле ногой, отталкиваясь от поверхности дороги.
— Да для меня лошадь огромное чудище, я же хоббит, — ответил Фолко, эффектно срезая поворот, — А гномы лошадей только едят.
— Идиоты, — проворчал Рогволд. — Ваши штучки-дрючки может и хороши на скоростном шоссе, но метра через четыре оно заканчива-а-а-а-а, — вскричал он, запнувшись колесом об толстую ветку, лежавшую на пыльной дороге, E-е-е-тся, — закончил он и уронил голову в пыль.
Однако не только его постигло подобное несчастье. Фолко, вопя, въехал в заросли крапивы, а Торин, рассудив, что падать лучше на мягкое, подтолкнул Малыша так, что тот упал лицом в лужу, а затем с громким криком рухнул на «мягкого» Маленького Гнома.
— Извини, друг, — сказал Торин, вытирая грязные после брызг лужи руки об тельняшку Малыша и поднимаясь.
— Еще раз так сделаешь, тебя ни одна больница даже по блату лечить не примет! — пригрозил Торину Малыш, поднося к его носу свой кулак.
— Да это все этот унитазник накаркал, — перекосил на Рогволда находчивый Торин.
— Молчать!!! — издал гневный рык отставной ефрейтор заградотряда, пришедший в себя. — Я все слышал! Это вам даром не пройдет! Вы все оштрафованы на 10 % тех денег, которые наградит нас король.
— Грабят! — заорал хоббит.
— А меня-то за что?
— За то, что подозрительно хорошо катаешься на роликовой доске, объяснил Рогволд.
Однако, перепалку, грозившую перейти в убийство отставного ефрейтора, остановил заунывный вой, раздавшийся из глубины леса.
 
— Тихо! Идем, посмотрим, что это такое, — предложил ковбой Верная Рука, выхватывая два револьвера из порядком прогнивших кобур. — Вы пойдете впереди, а я буду в заградотряде, следить, чтобы вы не отступили.
— Ну почему это случилось именно со мной, а не с моим дядей, например, — захныкал бесстрашный Фолко.
— Почему я в детстве не слушал старших, — вторил ему храбрый Торин.