А Б М или С метлой на упыря (СИ)

Я услышав про очередное величество, со стоном уткнулась носом в шею Эврона. С ним хорошо, спокойно и пахнет он потрясно. Решено, я в танке! Обняла сильнее и окончательно расслабилась. Ну их всех, пусть без меня разговаривают.
— Да я не только извиниться! — начал распаляться чемодан. — Я ноги готов ей целовать каждый день!
Со стороны Эврона вдруг раздался рык, а тьма за его спиной распахнула свои чернильные крылья.
— Понял, — сбавил чемодан обороты. — Целование ног отменяется. Тогда быть может подскажете, что мне сделать, чтобы ваша прекрасная дама оживила меня как можно быстрее? — обратился он уже к ректору, который заскрипел зубами и буркнул более чем недовольно:
— В очередь вставай!
— Прости, друг, но сейчас очередь Иллания, — посмотрел Зорк сочувственно на чемодан.
— Что? И этот феёк тоже? А как же я?
— Для начала, тебя надо вытащить из чемодана и отыскать твои останки, — отлипла от Эврона, протягивая руку к Зорку. — Принес?
— Оставил в столовой, там приличный мешок получился, — фыркнул Зорк и все разулыбались. — И кстати, почему я раньше не встречал тебя среди призраков? — обернулся он к чемодану. — И почему чемодан?
— Прибила меня одна красивая, но очень ревнивая ведьмочка. Душу хотела и вовсе развеять, прочла заклинание, спалила тело в труху, но забыла, про кровь, которую впитал каменный пол. Вот и получилось, что вместо того, чтобы развеяться без права на перерождение, я оказался заперт в камне. А тут заклинание очищения. Силы много вбухала, что с чемодана стекло и как раз на мой камень попало. Думал все, конец теперь, крови — то больше нет, а она меня взяла и в чемодан закинула!
— И как теперь его оживлять? — тяжело вздохнула, понимая, что опять придется идти к богам.
— К богам не пущу! — будто прочитал мои мысли муж. — Сам пусть просит Юнару, быть может и в него она кинет костью!
— Не смей произносить имена богов! — вызверился розовенький на Эврона, а меня вдруг злость взяла. Будет еще какая — то пакость на моего мужа шипеть!
— А то что? — насмешливо хмыкнул ректор. — Живой ты или мертвый, но сейчас ты находишься в моей академии и зависишь от моей жены. Не стоит наглеть, ваше высочество, особенно, когда к вам с добротой.
Все переглядывались между собой и немного нервничали, от разлившегося вокруг напряжения. И если раньше они ректора просто уважали, сейчас они его еще и откровенно побаивались. Никто из них не знал, чем тьма одарила Эврона при слиянии и насколько сильным его сделала. Сам же муж, не спешил демонстрировать свои возможности, а на мои вопросы отвечал, чтобы я не беспокоилась, он сможет защитить меня от всего и всех.
Выйдя за дверь, мой муж легко открыл черный переход и мы за считанные секунды оказались в библиотеке, прямо перед тем самым столом, на котором когда — то лежала большая книга, которую все они называли поисковиком.
— Так я и думал, — хмыкнул ректор и аккуратно поставив меня на ноги, скрестил свои руки на широкой груди и я тут же залипла, вспомнив о том, как скользила руками по литым мышцам… — Кхм! — привело меня в чувство его покашливание и я залилась румянцем. — Мне конечно льстят твои жаркие взгляды и мы с этим обязательно разберемся вечером, в нашей комнате. А сейчас, я все же хотел бы узнать, куда ты дела поисковик?
— Тут он, — пискнула, сцепив руки перед собой.
— Конкретней, — подбодрил он меня.
— В академии, — выдавила из себя еще один писк.
— Еще конкретнее, — нахмурился мой муж, который сейчас включил сурового ректора.
— Да откуда я знаю, где носит этого короля лервов?! — в расстройстве, всплеснула я руками.
— То есть, — совсем тихо и вкрадчиво проговорил Эврон, не хорошо сузив свои глаза. — Ты утверждаешь, что превратила поисковик в Ларика?
— Я просто листала эту огромную книгу, потом порезала палец и книга исчезла. А спустя примерно час, король лервов появился прямо передо мной на кухонной столешнице, когда я есть готовила.
— И что мне теперь делать, — как — то растерянно прошептал Эврон, с ужасом разглядывая многочисленные полки с книгами. — Как теперь находить нужную литературу?
 
Мой любимый и безгранично терпеливый муж был очень очень расстроен и единственная, кому он показывал свои слабости была я. От того, было еще паршивей, ведь в его расстройстве виновата, была я.
— Ты не расстраивайся, — не смело подошла к мужу и тут же оказалась в сильных объятиях. — Давай найдем Ларика и спросим у него совета, — выдала единственное, что пришло мне в голову.
— Горе ты мое, — тяжело вздохнул муж и увидев мои надутые губы, легко чмокнул в нос.
— Зато любимое и только твое! — не стала я страдать лишней скромность и потянула к мужу ручки.
— Нахалка! — фыркнул он с улыбкой и подхватив меня, шагнул в черный переход.
— Назвался мужем, теперь носи на руках! — выдала я и тут же ойкнула, когда Эврон едва не наступил на мелкого короля, который оказывается тоже находился в библиотеке, только был он на самом верхнем уровне и сидел прямо на пыльном полу.
— Ларик, — тихо позвала его, когда он нас даже не заметил, а ведь мы его едва не затоптали! — Ла-арик!
Король лервов вздрогнул и наконец — то отвел свой взгляд от высокого стеллажа с необычайно яркими книгами.
— Аа, дарующая, — сфокусировал он свой взгляд на мне и тут же с тихим вздохом пожаловался: — Не могу их разбудить. Целую неделю к ним хожу. Зову, а они меня не слышат.
Мы с Эвроном непонимающе переглянулись, а затем я дернула ногами, показывая, что меня можно уже отпустить. А едва оказавшись на своих двоих, села рядом с Лариком и тихонько спросила:
— Они такие же как ты?
Он снова посмотрел на меня, затем на Эврона, потом задумавшись на несколько секунд, поманил ректора к нам.
— Мы, лервы, зависим от магии сильнее чем какой — либо другой магический народ. По сути, мы и есть магия, которая может принимать любой облик по нашему желанию. Когда в академии стало много учеников, отголосками их магии фанило далеко за пределами академии и мы перебирались все ближе и ближе к ней. Пока в один из дней, нас не заметил тогдашний ректор, твой предок, — посмотрел он на Эврона. — Мы заключили с ним сделку. Он разрешает моему народу жить на территории академии, а за это, мы должны были делиться своими знаниями. Море магии, защита сильных магов, стабильность… За такие условия мы согласились бы на что угодно, к тому же, мы долгожители и всю свою жизнь, собираем знания из окружающего эфира, фильтруем, упорядочиваем и сохраняем в своей голове.
— Вы были учителями! — воскликнула, радостно сияя глазами.
Это ж я могу его попросить и он меня всему научит!
— Академия была престижной и самой сильной, пока вы давали знания, — задумчиво проговорил Эврон. — Что случилось? Почему вы стали скрываться?
— Случился несчастный случай с ректором. К тому моменту, академией заправлял уже третий ректор на нашей памяти. Все было как всегда, договор с лервами поддерживал каждый, кто вступал на этот пост. Знания передавались от отца к сыну. Но ректор самоубился по неосторожности, а его сын был слишком мал. Пост ректора занял один из дальних родственников и нам он сразу не понравился. Мы сама магия и чувствуем души, его душа была чернее сажи. Академией он занимался, но постепенно менял правила под себя. Через двадцать лет, в академию перестали принимать бедняков. Учение стало платным. Нас не желали слушать, ректор приказывал завышать оценки. Мы стали не нужны. Договор с тем ректором мы не заключали, по этому, приняли решение заснуть. Да и магии нам стало не хватать, ведь обучения как такового больше не было.
 
— А потом Рината вас разбудила, — подвел итог Эврон.
— Если быть честным, я этому не рад, — грустно улыбнулся Ларик. — Я не знаю, что происходило с академией за время моего сна, но итог печален.
— А если я скажу, что очень хотел бы вернуть академии былую славу? — внимательно посмотрел Эврон на Ларика. — Заключили бы вы тогда со мной договор на прежних условиях?