Почти Баба-Яга (СИ)
— Туточки они. Всё собрал.
И протягивает ведёрко. Отлично. Села разбирать, что у меня есть. Неплохо. Кое-что можно сразу в землю. Где-то были под рассаду приспособы ещё.
— Гриш, не видел чёрные низкие квадратные подносы. В них лежат пластинки с прорезями?
— А зачем? Я на кухню убрал.
— Это не на кухню. Для растений. Давай сюда.
— Да? Несу.
Гриша прибежал и с интересом смотрел, как я собираю ящички.
— Ох тиж, мудрено как. А я т думал, зачем такие? А оно во как.
— Сюда мелких камушков, сверху землю, потом семена. По-хорошему, их бы замочить и прорастить сначала. И на верандах внизу поставим по краю. Были ещё длинные ящики и крючки к ним, их на перила вешают. Для цветов.
— Эт которые?
— Коричневые, вот такого размера, — показываю руками, — и с ними лежат крюки железные.
— Чичас, — метнулся в дом и оп, уже стоит рядом, — Я вот чего подумал… Прорастить. Попроси лешего. Он могёт. И с огородом тож.
— Молодец! Хорошая идея. Как появится, попрошу. Сейчас буду думу думать. Из чего делать дорожки. Был бы песок, можно хоть бетонные сделать. Пару мешков цемента видела в подвале. Вокруг дома и перед ним цементные, а у грядок спилы с дерева сделаю.
— К водяному сходи. У него точно есть. Илу заодно попроси. Тебе дать во что положить?
— Неси. И тачка была где-то. Не на себе ж песок и глину тащить.
— Эт я мигом. Хороша у меня хозяйка, деловая уся!
Усмехнулась, будешь тут деловой. Жить захочешь, и не так раскорячишься. Отправилась на поклон к водяному. Понесла небольшую бутыль с самогонкой и закусь.
— Водяной, выходи. Я закусь принесла и выпить.
— Эт ты чаво? Сокровища не дам!
— Мне они и не нужны. Хотя, очень интересно… Расскажешь? Я за другим. Мне ила на огород, песку на дорожки и глины на плитку, камушков мелких ещё надо. Покажешь где взять?
— Да, оглянись. Вон глина тебе. Весь берег. Песку дам. Камушки сама из него выбери. Ила тож не жалко. А бегать с энтой телегой тебе небось долго придётся.
— Справлюсь. И можно вопрос. Очень интимный.
— Какой вопрос? — водяной поперхнулся и покраснел.
— С лешим чего не поделили? Мужики умные, с опытом оба, не один век живёте. Мудрые, вроде… Давно б решили уже. А вы, как два дитёнка, в песочнице игрушку друг у друга отбираете. И обиделись оба.
— Да что б ты понимала! Он у меня увёл лягушку!
— Это, которая, царевна?
— Её!
— А тебе она зачем?
— Ну как? Что б была! И вообще, лягушки мои!
— Она не у него давно. Сбежала, неблагодарная, с царевичем. И замуж вышла. По-моему. Спросить у него надо. Спросим?
— Как это? Сбежала? Вот ведь! А я думал…
— Вы посидите, помиритесь, выпейте. Из-за гулящей лягушки портить вековую дружбу…
— Дело говоришь. Ты иди, иди. Мы тут сами. Выходи старый. Выпьем. Как раньше.
Кивнула себе, набрала глины и поперла к себе. Ещё ж точную рецептуру плитки искать. Было где-то. И придумать для дорожек шаблон. Решила делать круглые дорожные плитки. Если избушка опять скакать не будет, то цемент выдержит. Оставила избушке отходные пути, так что не должна. Что б по огороду не прыгала, а то ж попортит мне посадки. Транспорт бы какой. А нету. Провозилась с дорожками долго. Мешала песок с цементом, камнями и фейри каплей. Заливала в сковородки старые. На дно пакеты положила, что б хорошо вынимались потом. Пока ждала, пилила на дорожки деревья. Гриша на меня ругался, но я сказала, что отмою. Ничего более подходящего не нашла. Камни в сторону убирала, когда разгребала огород. Вот, пригодились, те что помельче. Под плитки насыпала с песком вперемешку. Схватившийся цемент вынимала и снова заливала свежим раствором. Делала по чуть-чуть. Цемента мало, а мне ещё ванну делать. Может, ещё что вспомню. Крупными камнями альпийскую горку сделаю.
Леший сидел на берегу. Они с водяным гудели. Пели песни, рассказывали истории, плакались на жизнь. Я их видела временами.
Замешала глину, на пакетах раскатала скалкой, резала собранными ячейками под рассаду. Сушила плитку для ванной на лежанке и приступке, хорошее место для этого. Нельзя же в печь сразу. Думала, чем сверху покрыть. Пока в голову ничего не шло. Песком что ли присыпать? Он расплавится и покроет плитку. Дров ещё бы особых. Бук, ясень или граб. Они жарче всего горят. Леший проспится — спрошу. Пока сохли материалы, перекопала с илом и засеяла грядки. Прикинула чего совсем нет. Гриша точнее знает. Спрошу, что в деревне можно купить. Мяса бы. Поохотиться что ли? Пошла силки ставить. Авось, что попадётся. Расставила ящики с будущей рассадой на поляне. И снова в лес, за палками для плетня. Ну, и если дрова попадутся. Всю ближайшую округу мелким гребнем прочесала. Насобирала много, но для плетня не хватит. Зато нашла пару поваленных деревьев на дорожки. Такие на дрова жалко. Попилила, низ и бока измазала дегтем, оставила сушить на поляне. Верх потом обработаю, хоть смолой что ли с чем. Плетень рано делать. Ещё материал нужен. Сменила новую партию плиток сушить. Подсохшие вниз спустила на полки досушивать под печкой. У реки нарезала лозы для плетня. Замочила его. Гриша все убирался, временами заглядывая на кухню и что-то объясняя печи. Устала и решила книги разобрать, нашла кулинарные, все на подоконник поставила в кухне. И записи бабушки. Она свою книгу вела. Самых любимых блюд.
— Гриш, я книги все нашла. На подоконнике. А зачем ты так много готовишь? Не съедим же. Испортится.
— С чего ты взяла? В печи не испортится.
— Это как? Объясняй.
— Хранить в ней можно. Но только в том, в чём сготовил. Сварил суп и оставил в печи подальше. Печка их убирает к себе в карман. Мы с ней уже на месяц наделали рыбных блюд. Пироги ещё есть. Горячее любое у неё хранить можно. Она выдавать будет, как попросишь. А потом и сама сможет так же, как кастрюля кончится — отдаст её. Нужно другое сготовить. У тебя посуды много. Я отмыл все, и вот готовим новое. Она опять запомнит. Так и учат. Пока посуда есть ещё. Соленья я вниз снёс. Удобная у тебя тара. И много. Там сохранятся. Варенья есть немного. Соленья в банках твоих тоже. Припасов маловато.
— Что нам нужно и где достать?
— Вот ты спросила. Мука, крупа, масло, молока бы, яиц, соли, сахару, овощей, фруктов сушеных. Мед леший обещал. Орехов немного принёс, грибы и травки на чай, листочков ты просила. Ты б сама за грибочками сходила, хозяюшка.
— Схожу. Ты листочки эти не суши. Отдельно положи на какой поднос в десяток слоев и тканью прикрой сверху. Часов шесть полежит, повороши, переверни и снова пусть лежит. На полати не ставь, на приступку или на бак с водой. На стол можно или лавку. Тут тепло очень. Лежанка мне нужна ещё. Как потемнеют все, можно просушить, только не на солнце. Потом чай более ароматный будет. В банки жестяные с крышками засыпь, как высохнут. Помню были, мама привозила. Ты не отвлекай. Меня интересует, где взять молоко, масло и муку с крупой. Деревня, водяной сказал, полдня хода. Да ещё и на себе потом всё переть.
— Зачем на себе? Сходим с избушкой в город. Леший за огородом приглядит.
— У меня местных денег нет. Только копилка с мелочью. Собирала. Хотела поменять, да так и не собралась. Может, по дому ещё где тоже мелочь, ты поищи. Или по одежде. Бумажные деньги у вас вряд ли возьмут. Сейчас принесу копилку. Посмотришь, можно что купить на это.
Сходила за своей копилкой. Мы все туда мелочь скидывали. И родные, и я. Небольшой круглый аквариум. В нем копейки, пятикопеечные, десяти, по рублю три, пять, даже по десять есть, но мало. Заполнен чуть больше, чем на половину. И старые и новые, разные.
— Вот. На это купить можно?
— Конечно! Вот на эту поесть можно в трактире, — и показывает копейку старую медную, — На эту муки купить, целый мешок, — И показывает три копейки. Выбрал светлый рубль, — Вот на эту можно живность купить. Козу.
— А корову, Гриш?
— Две таких денюжки.
— Кур сколько на неё можно взять?
— Десяток.
— Ты мне объясни сколько в такой медных. Или нет. Начнём с самых маленьких. Вот копейка. У вас медная. Следующая какая?