Почти Баба-Яга (СИ)
— Ну, и что ты так перепугалась?
— Это пауки!!! Мохнатые! С восемью ногами и крючками жуткими на них! Ещё и ядовитые! Я видела! Мне в школе показали в микроскоп! Жуть же! И глаз много. Смотрят сразу во все стороны! Не убежишь даже…
— Не беспокойся, с острова не выберутся. Тут их не будет.
— Я дома побуду. Ты их сам пересели, ладно?
— Конечно. Всё сделаю. Завтра переход организую. Приготовишь мне мази для них?
— Это могу.
Это был первый звоночек… А потом так же пришли мавки. И лешие. Они-то с чего? И кикиморы. К нам переселилась поближе моя знакомая кикимора. Скучно ей там одной. Леший у нас, мы переехали… Вот и она подалась. Стали появляться двухголовые змеи, треххвостые розовые тигры, исчезающий вид, между прочим, приполз полоз.
— У себя чего не сиделось? Уж тебе-то не грозит вымирание. Сам кого хочешь вымрешь, — стою, руки в боки, смотрю на здоровенную змеюку, — чего молчишь? Небось не один пришёл? Всю семейку приволок? Будете хулиганить — выселю! Понятно? Или вон, к арахнидам отправлю. Они как раз скучают. Вы споётесь.
— Ну, что ты такая вредная? Я тоже хочу, что б меня охраняли! Всех охраняют, а я рыжий что-ли? По параметрам я прохожу. Волшебное редкое существо. Я редкий! Очень!
— Кому грозит исчезновение, ты забыл упомянуть. На кого идёт охота! Тебе точно не грозит. Так что давай начистоту!
— Достали. Не могу больше. Уже ко мне залезли в пещеру. За золотом. Устал я.
— Так бы и говорил. А то наврал с три короба. Горы не трясти. Обитать в выделенном месте. Другим не мешать. Здесь закон. Сам живи и дай жить другим. Все ясно?
— Да понял я. Мужа позови. Перемолвиться словечком надо.
— Антион, тебя тут видеть хотят. Подойди, пожалуйста.
— Иду. Распределить надо ещё вон тех и мохнатиков. Поможешь?
Мы поменялись местами.
— Итак, я вас слушаю. Где вы хотели бы жить, чем питаетесь?
— Пипп… Пип… Пиупуп.
— Ясно. Нужен переводчик. Гриша, переводчик передай избёнке и пошли сюда. И еды. Мясо, фрукты, трава. Посмотрим что едят, — это я в переговорник сразу передала.
Переговорник очень удобная штука. Мы на них наткнулись, когда разбирали подарки Горыныча. У меня на шее их целая связка. Гриша, ребята, Антион, Леший, Водяной. Работают они парой. Что поделать, пока не додумались запихать их все в один. Но идею я дала. Антион умный. Придумает, как это сделать. Старичок с которым они изобретали световые шарики перебрался к нам. Говорит, задачи ставлю интересные. Вот, озадачиваю. Хочу плиту нормальную, стиральную машинку Грише, и что б световые шарики выключались. Для начала… А там посмотрим. Фен, неплохо бы. Или гребешок сушильный. Я потихоньку список пишу, Антион заглядывает в него и бежит смотреть, что это такое. А потом они с дедом этим думают. Я его Хотабычем прозвала. Похож больно. Он был очень польщён, когда узнал, кто это. Кажется, Полоза определили на жительство недалеко от нас. Н-да… Теперь бы наша изба не открыла на него охоту. Она может. Надо сказать ей. Прибежала избёнка и замерла, глядя на Полоза. Наверное, почуяв большую добычу…
— Антион, хватай её, пока охоту не начала, — он отреагировал молниеносно. Подхватил на руки и прижал к себе, поглаживая крышу.
— Извини, у них рефлекс на ползучих. А поскольку ты большой… Большая добыча.
— Ого! Это, вот это маленькое — охотник?
— Не просто охотник. А натасканный на крупных змей. Их у нас трое. Есть ещё их мама. Тебе с ней лучше не встречаться. Порвёт на ленточки, и даже не заметит. По размерам она… С половину тебя ростом. И шириной. Избушка. Взрослая. Этому малышу около года. Год назад был с мой кулак. Ей больше семидесяти. Вот и думай, — Антион всё очень доступно объясняет. У меня не всегда так получается.
Полоз очень уважительно посмотрел на малыша.
— Буду знать. Всё. Я пошёл устраиваться.
И провалился сквозь землю. Избушка повертелась, вздохнула и повесила края крыши.
— Не расстраивайся. Сходим ещё на охоту и рыбалку. Будет у тебя большая добыча. Что ты принесла нам?
На землю посыпались продукты и переводчики.
Переговоры начались. Выяснили, что мохнатики питаются травой. Любят, когда их чешут. Жить хотят в теплом месте. Я потрогала мех. Хороший. Густой и яркий. Они разноцветные. Будем вычесывать. Определила к нам в избушку. Рядом с овцами. Пусть живут. Вторые, кого определили быстро, оказались хищниками. Их пустили вдоль границы. Природа такая. Охранять надо. Хотела собачек? Не совсем собачки, конечно. Но охранники. Кошачьи. Здоровенные, похожи на пантер, серые в странный рыжий рисунок. Уши большие, и больше похожи на уши дога. Морды узкие, зубастые. А хвост очень короткий. Антион слышал о них и рассказал, что их берут в телохранители. Редкий вид. Им надо много места. Могут жить по несколько особей вместе. Договорились, что когда у них будет пополнение, нам дадут котят на воспитание. Вырастим телохранителей. И себе, и ребятам. Мы выезжали то вдвоём, то Антион один принимал переселенцев. У меня и так полно работы. Свою идею с бахчой я не бросила. Регулярно сидела. С каждым днем забираясь всё выше. Уже готовы ступени, русло реки, и осталось немного до вершины. Когда мне стало плохо… Сижу, и не понимаю в чем дело. Сердце сжимается, дышать тяжело. Схватилась за переговорник.
— Гриша, у вас всё нормально?
— Да. Ребята играют на веранде, избёнки с ними.
Хватаюсь за следующий.
— Антион! У тебя всё в порядке?
В ответ тишина. Я срываюсь с места и бегом за метлой. Как оседлала ступу не помнила. Наверное, она поняла, что если сейчас упрется, разломаю на щепки. С собой сумку с зельями, всё для травм, перевязки. И поднимаюсь выше. Так быстрее. Долетела минут за десять. Первое, что увидела — кровь. В глазах потемнело. Я была в таком ужасе и бешенстве, что мигом нашла всех, кто был рядом и приволокла.
— Быстро! Что здесь произошло? Где Антион?! Кто что знает?
— Мурм. Мур. Мря.
— Где он сейчас?
— Мря.
— Веди, — даже не поняла, что разговариваю без всяких переводчиков. Это потом дошло.
И побежала за кошаком. Расщелина. Внизу, на камнях, Антион. Как его туда занесло?! Ступа и вниз. К нему. Жив. Это главное. Дышит. С хрипом, но дышит.
— Тишенька, лежи. Не двигайся, я сейчас.
Носилки, подвести снизу, убрать тонкий слой камня, аккуратно опустить. Теперь на ступу сверху, и держимся за края носилок. Тяжело, наполовину навесу, но надо. Двигаемся равномерно и плавно. Не трясём. Плакать некогда. До дома, и помочь. Сейчас, это главное. Только бы выжил! Все это сказки про бессмертие! Я-то знаю!
17. И. О. Кащея.
— Гриша, помогай!
— Ох-тиш, бяда-т какая! Чичас, хозяюшка, подмогну!
Носилки быстро внесли в дом, на смотровой стол. Раздеть. Срезаем одежду. Как он до сих пор жив? Только бы продержался! И что случилось? Так, это после. Фонтанов крови нет. Уже легче. Пощупать все кости. Обезболивающее. А теперь, самое сложное. Определить, есть ли внутренние кровотечения. Внешних не вижу больше. Я только начала учить эту тему! Значит, будем по книге!
— Ари, помогай, всё, что знаешь о практике определения внутренних кровотечений! Коротко. И ясно.
— Пульс. Учащение пульса! Ещё кожа бледная, конечности холодеют и учащенное дыхание. Обморок, слабость… Всё. Больше без приборов не определить.
— Ясно. Книга. Слушаю. Чётко и быстро.
— Руки на солнечное сплетение, пускай силу маленькими порциями и жди ответы. Совсем тонкими лучиками. Без окраски. Не стихию. Чистую силу. По часовой стрелке. Не должно быть задержек ответа. Но если есть — запоминай места. Потом более подробно эту часть посмотришь. Локализуешь, тогда можно лечить.
— Принято.
Делаю все по инструкции. Как же страшно! Руки дрожат. Нельзя бояться! Сосредоточились и работаем. Гриша занял мелких, что б не мешались. Отправил вестник нашему Хотабычу. Придёт. Я работаю. Такое ощущение, что везде нет отклика! Закрыла глаза. Ещё раз! Пока не получится.
— Нашла! Как перекрыть?
— Вена или сосуд?