Верная (не)верная (СИ)

Начал прямо с утра. Мучаясь и претерпевая боль в ноге, сделал гимнастику, растяжку и массаж. После принял душ и оделся. Спустился в столовую. Сегодня намерен позавтракать со своей семьёй.
— Алёшенька, — всплеснула руками Варвара Петровна. — Ты сегодня с нами? Как себя чувствуешь?
Оглядел столовую и немного расстроился — Лера отсутствовала. А сын Бизона с затычками-наушниками рылся в своём гаджете.
— Сегодня намного лучше, тёть Варь. Снова могу принимать пищу вместе со всеми. Моя супруга ещё не проснулась?
— Проснулась, проснулась. Я её уже позвала. Скоро должна спуститься, — Варвара засуетилась с тарелками и приборами. — Ох, Алёшенька, тебя прям не хватало. Без главы в семье развал полный, — и, в подтверждение своих слов, повариха вырвала из ушей Саши наушники и дала парню звонкий подзатыльник. — Лёшка наконец присоединился к нам, поприветствуй хоть, окаянный!
— Э-эй, теть Варь, больно же, — заканючил Саня, потиряя голову. Перевёл взгляд на меня. — Не президент ведь!
— Всего лишь опекун, в чьём доме ты живешь, ешь и на чьи деньги имеешь гаджеты и тачки, — поправил абсолютно беззлобно.
— Началось в колхозе утро, — угрюмо проворчал парень, уткнувшись носом в свою тарелку.
На пороге столовой появилась Валерия — волосы слегка растрёпаны, спина сутулая, лицо бледное и осунувшееся. Держит ладонь на животе. Что это с ней?
Я скучал, слегка улыбнулся. Жена немного притормозила, глядя на меня, а после прошла к столу, поздоровавшись со всеми. Меня, как всегда, дежурно чмокнула в уголок рта и села чуть поодаль.
— Неважно выглядишь, — скептически осмотрел её. — Что-то болит?
— Да, желудок в последнее время опять дает знать о себе, — кивнула она, принимая тарелку от Варвары.
— Я сообщу твоему врачу, — заботливо улыбнулся ей. Привычная строгость во мне куда-то пропала. — Семён тебя потом отвезёт.
— Хорошо, спасибо, — девушка положила в рот небольшой кусочек ветчины.
— Лёха, я завалил экзамен по "Статике". Этот старый хрен не соглашается на пересдачу, — подал голос брат.
В его глазах прочёл хорошо прорепетированное негодование. Врёт — сто процентов. Хочет деньжат для якобы умасливания препода, а сам благополучно купит себе дури. Знаем, учёные.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Хорошо, я поговорю с твоим преподователем, — спокойно проронил я.
Младший не успел воспротивиться моему решению, отдав внимание моей супруге. Лера издала мучительный стон и, прикрыв рот ладонью, стремительно выбежала из столовой.
— Похоже, с походом к гастроэнтерологу стоит поспешить, — смотрел на опустевшее место жены и на её тарелку.
Тишина замешательства образовавшаяся после побега Валерии тоже не продлилась долго, а завершилась радостно-таинственным хлопком в ладоши. Всколыхнулся от неожиданности.
— Алексей Николаевич, — как-то просветлев в лице, охнула кухарка, возбуждённо запрыгав на месте. — Да как это я раньше не разгадала, старая? Не гастрит это у неё! У вас, поди, скоро наследник появится! — женщина счастливо улыбалась. — Все признаки на лицо. Радость-то какая…
Сердце рухнуло вниз. Крах собственных надежд, в которые сам же глупо поверил, как малолетний болван.
— Ты чего мелешь, дура?! — в ярости рявкнул на несчастную повариху, громко звякнув вилкой по столешнице. Вскочил изо стола, едва не опрокинув стул, и вылетел следом за Лерой.
Не ощущал ни боли в ноге, ни хромoту, так как под рёбрами ныло в миллион раз мощнее. Это не может быть правдой! Как она могла?! Как посмела?! Ведь я столько сделал для неё?! Обрек себя на одиночество, согласился стать половой тряпкой под её ногами и всё ради тихого блядства за моей спиной?!
Шпингалет просто слетел с косяка. Жена в ванной. Ворвался туда. Девушка испуганно отшатнулась от унитаза, осев на пол.
— Лёша?! Ты чего?! — она искренне не понимает моей агрессии.
Ничего, сейчас поймёшь. Подобрал мерзавку с пола и, крепко держа за локоть, вытолкнул из ванной.
 
— Кто он? — зарычал не своим голосом.
Валерия попятилась, врезавшись спиной в шкаф.
— Говори, сука, с кем трахаешься!
Со всего маху заехал кулаком в дверцу рядом с её лицом. Угрожающая вмятина на ДСП перепугала жену не на шутку. Лера бросилась к выходу, но успел поймать негодницу за футболку. Ткань затрещала. Девушка взвизгнула, когда отшвырнул её к кровати. Перекрыл собой пути отхода.
— Девственница, да?! А если я проверю? — прошипел севшим голосом, и опустил глаза на упругую грудь. Аппетитное девичье тело проглядывало из ремков разодранной одежды. Повалил жену на простыни.
— Нет, Лёша, не надо… — но я зажал рот сталью своей ладони.
Порванная футболка обнажала пикантные женские изгибы. Она и правда стала очень хороша и желанна. Положил ладонь на её живот. Видел каждую выемку и родинку на женском теле. Ощущал дрожь, стук сердца отдавался в недрах её тела. Бархат кожи пробивал током каждую мою клеточку. Так близко и повержена подо мной. Сладкий аромат страсти заполнил до краёв.
Убрал руку с её рта и пленил изгиб талии с двух сторон. Притянул к себе и впился во впадину между ребрами. Её ладони уперлись в мою голову, тщетно норовили оттолкнуть. Но моя душевная боль и желание сильней. В хлам разорвал футболку, окончательно оголяя холмики грудей. Впился в ареолу, игнорируя удары по голове.
— Нет! Пусти… Лёша! Не трогай меня! — туманом слышу отчаянные крики сквозь слёзы и мольбу опомниться, но не могу остановиться. — Не надо!
Силой раздвинул девушке ноги и упёрся эрекцией в промежность. Плотная ткань нашей одежды не позволяла понять всех прелестей соприкосновения.
Я хочу её! Просто невероятно сильно хочу! Много чёртовых лет желаю это тело. Запретный плод так неумалимо близок и так теперь доступен.
Удар по щеке. Ногти располосовали шею. Боль лишь напомнила о том, что это не акт любви, а акт насилия. Я возродил в себе зверя и убиваю жертву под собой.
Гортаный стон из моей утробы. Сжал горло жены тискам, не позволяя рыпнуться. Уткнулся лбом ей в грудь, переводя ярость на здравомыслие.
— Одевайся, — прорычал я, подняв на неё раскрасневшиеся глаза. — Жду через десять минут в машине. Если не выполнишь, поедешь прямо в таком виде. Клянусь, выволоку хоть за волосы.
Усилием воли оторвал себя от любимой фигурки и стремительно вышел из комнаты.
Под грудиной одновременно и жгло и стучало. Взять её силой — можно. Эта женщина сломала мою жизнь, убила во мне мужчину, топтала чувства день ото дня. Она заслужила пулю в лоб, нож в рёбра, но не надругательство над собой. Растоптать её таким образом я бы мог, но меня не учили унижать слабых. Валерия моя жена, но не моя женщина. И никогда ей не была, не будет и не станет. Смирись.
Нет!
Эта маленькая потаскушка в первую очередь унизила меня! И за это ответит. Я не какой-то осёл, который будет терпеть предательство и блядство у себя под носом. В конце концов, ты обязана мне жизнью и должна считаться со мной. Хотя бы чуть-чуть.
Ждал в машине и удовлетворенно отметил, как супруга пересекла двор и заняла пассажирское сиденье. Дождался, когда пристегнется и завёл двигатель.
— Куда мы едем? — голос Леры нервно сбивался.
Молчал, следя за дорогой. Пусть помучаеться догадками. Выехали с проселочной на трассу, где сильней дал по газам.
— Куда мы? Лёша?
— В больницу, — буркнул, не глядя на жену.
— Я в порядке, — с нажимом повторила она. — Что на тебя нашло? Совсем заигрался в кошки-мышки со своими дружками?!
— Твою мать, Валерия! — яростно рявкнул я, долбанув по рулю. Жена вжалась в спинку сиденья. Увидев перепуганный взор, невольно остыл. — Неужели ты так и не поняла, что с тобой происходит? Господи! — покачал обреченно головой. — Ты хоть и выросла, но в сущности ещё совсем ребёнок.
 
Я умолк, горестно крутя руль. Лера тоже прикусила язык, сосредоточенно бдя за дорогой. Местность сменилась на городские улицы, и мы въехали в больничный медгородок. Припарковался у выезда и вылез из тачки. Супруга выходить не собиралась, но я настойчиво выволок её на улицу.