Зимняя сказка (СИ)

– Ты сейчас пошутил? – Линн отчего-то замерла, не мигая глядя на Троя.
– Какие шутки? – удивился Трой. – Да она потрясающая! Это вы, наверное, привыкли считать её некрасивой и всё такое. Ну да, Ригану… его высочеству Ригану в какие-то моменты будет сложно. Но она, кажется, умная, веселая. Ловкая. Интересно, кто её научил править упряжкой? Может, принцесса Сурия тоже умеет, но притворяется такой тихоней?
– Нет, Сурия… леди Сурия не ездит на упряжке. Она настоящая леди. Но она прекрасная наездница, как и леди Аутелла. Она великолепно танцует. Вообще, в ней великолепно всё. А Илайна… ну, просто её не воспитывали так, как Сурию. Её не учили быть идеальной принцессой. Она много чего не может.
– Бедный принц Тайрен, – пробурчал Трой. – Он свихнётся рядом с этой идеальной! Может быть, тоже начнёт вышивать? Или какие бывают признаки сумасшествия у принцев?
Линн замерла, не веря своим ушам.
– Да ты просто глупец, если говоришь такое! – воскликнула она. – Что за оскорбительные речи, как ты смеешь?!
– Ах, я глупец?..
– Именно так! Отведи меня домой! – её глаза сверкнули в прорезях маски.
– Линн, – Трой, опомнившись, схватил её в объятия и крепко сжал. – Прости, прости. Я забылся и точно глупец. Я не должен был так говорить. Это действительно непростительно, Линн, милая. Просто… Если бы ты знала! Простишь? Пожалуйста.
Он казался таким потерянным и расстроенным, что она смягчилась. Толкнула его в грудь:
– Пусти. А что бы я могла знать?
– О, Линн, – он без охоты отпустил её. – Я тебе не скажу. Не сердись, не могу. Ты простила меня? Мы друзья? Я больше ни полсловом не задену никого из тех, кто тебе дорог, обещаю. Я не понял, и я глупец. Я признал уже.
– Хорошо, – согласилась Линн.
Трой быстро надел маску и тоже прицепил коньки. У него это получалось мгновенно – одно движение, и готово. И подал ей руку.
– Пошли на лёд?..
  
Глава 11. Кондитерская
 
Глава 11. Кондитерская
На этот раз кататься сразу было легко, Линн даже показалось, что она встала на коньки давным-давно. Поначалу они чинно держались за руки, скользя по краю катка, потом Трой своевольно сдернул с её рукавичку и сжал её ладошку своей горячей ладонью. Потом показал ей, как кружиться, и сам закружил, и она опомнилась, когда она стояли обнявшись, а вокруг них мелькали пары и тоже кружились, и музыка играла громко – они постепенно переместились в другой конец площади, к самому оркестру.
– Ты молодец, – сказал Трой, отстранившись немного, чтобы ни один поборник приличий не мог их упрекнуть. – Быстро учишься. Устала?
– Вовсе нет, – она оглядывалась, стараясь увидеть в толпе знакомые лица. – Это всё волшебные коньки, Трой!
Где-то здесь брат, принцесса Савадина… Или не здесь?
А насчёт приличий… да уж, смешно. Если бы отец организовал ей такую прогулку, никакой Трой не посмел снимать с неё рукавичку и вот так ласково поглаживать пальцем середину ладони.
Всего лишь ладонь. Пальцем. Это даже нескромным не назовёшь. Но…
Линн не могла бы объяснить. Она прекрасно умела играть словами и переговорить много кого, но слов для этого – не знала. Это было, как… поцелуй?
Руке было горячо, и где-то там, в самой душе – тоже. 
– Пойдём, выпьем горячего чаю, – позвал Трой, перестав гладить и просто сжав её ладонь. – С чем-нибудь вкусным. Ты ведь замерзла?
Линн не замерзла. Ей даже было жарко, словно внутри неё светило маленькое солнышко.
Однако она кивнула, и хотела было свернуть к скамье, чтобы переобуться, но Трой её задержал:
– Не стоит. Тут есть ледяные дорожки вдоль тротуара. Катиться на коньках приятней, чем идти.
Так что они покинули каток по узкой ледяной дорожке, и получилось так, что оказались на набережной – с одной стороны дома с высокими покатыми крышами, с другой чугунные перила ограждения, за которыми – река. Линн сразу увидела мост в Лирский замок – он весь был освещён фонарями, и внизу, получается, под мостом, тянулся ещё один ряд фонарей. Она присмотрелась. Так и есть – по льду под мостом была проложена ледяная дорожка, и по ней тоже бегали на коньках, в сторону замка и обратно. Вот двое остановились – может быть, решили поговорить? Как они с Троем сейчас.
 
– И что, так можно попасть прямо в королевский замок? По дорожке, на коньках? – Линн обернулась к Трою. 
– Нет, конечно, – пожал плечами тот. – Добраться до ворот можно. А дальше есть дорожка вдоль парковой ограды. И таверна, где можно вкусно поужинать. Но нам с тобой сегодня не стоит.
– Тебя узнают?
– Да, даже в маске, – кивнул Трой. – И всем станет интересно, кто это со мной.
Возможность поужинать Линн в любом случае не привлекала. А вот остальное…
Даже кончики пальцев закололо от предвкушения чего-то головокружительного.
– Трой, у тебя ведь есть пропуск в замок, для любого времени? Ты можешь попасть в замок прямо сейчас?
– Конечно, – кажется, он удивился. – А почему ты спрашиваешь?
– Мне так хотелось бы оказаться сейчас там, в замке. И чтобы нам с тобой за это ничего не было! Это сложно, да? Стража всюду… я понимаю.
Трой помолчал немного, потом вдруг расхохотался.
– Линн, милая! С тобой не соскучишься!
– Ладно, Трой. Я пошутила, – она вздохнула и пожала плечами. – Послушай, почему вон те двое там стоят, как думаешь? Они решили поговорить посреди реки? Смотри, они мешают другим!
– На этом месте принято целоваться с невестами, Линн, – парень весело глянул на неё. – На середине моста, там самый большой фонарь. А зимой можно и под мостом. Тогда любовь будет вечной.
– И что, это правда? – девушка сначала удивлённо раскрыла глаза, потом покраснела и смущённо отвернулась. 
– Я не знаю, Линн, – Трой ответил предельно серьезно. – Я никогда не проверял. Вот мы, к примеру, могли бы попробовать, но нам же нельзя. Мы друзья.
– Да, именно так.
– Линн, я подумаю, как провести тебя в замок. Может быть, завтра? Подождёшь?
– Хорошо, – она сама протянула ему руку. – Что ты там говорил про горячий чай?
Его тёплая сухая ладонь была такой сильной. И надёжной. И ещё она так хорошо согревала!
Они быстро оказались на большой, длинной улице, освещенной аж тремя рядами фонарей. Дома не ниже трёх этажей, все нижние этажи занимали лавки с большими стеклянными витринами, ярко освещенными. Лавки работали, теперь, ночью! Что за блажь продавать сейчас ткани, игрушки и драгоценности, и дорогую посуду, разве для этого мало белого дня? А вот и кондитерская…
Трой усадил Линн на каменную тумбу у порога и ловко отстегнул её коньки, потом так же сдёрнул свои и бросил те и другие в свою сумку.
– Мы так и будем в масках? – Линн притопнула ногами в сапожках, заново привыкая к ногам без коньков.
Теперь она ощутила усталость в ступнях. Но по сравнению с удовольствием это был такой пустяк!
– Да, так и будем, – ответил Трой. – Тебе не нравится?
– Нравится, – кивнула она. – Мне тут всё нравится, правда-правда. Тебя могут узнать, да? Зачем тогда мы пришли в такое… гм… заметное место?
– Незаметное место – это разве что ваша кухня, – улыбнулся Трой. – Все остальные заметные. Не меня узнают, так тебя запомнят. Разве ты этого хочешь?
– Не хочу, – согласилась Линн.
– Вот. А ты такая, что тебя трудно не заметить и не запомнить.
– Перестань, Трой, – вздохнула Линн. – Теперь точно не сниму эту маску.
Они прошли в кондитерскую, в самый угол небольшого зала, там устроились за столиком. Трой заказал девушке-подавальщице горячий чай и пирожные, бисквитные и миндальные. А под конец, хитро улыбнувшись, добавил:
– И кусочек вашего особого кекса.
– Тут готовят что-то интересное? – заинтересовалась Линн, когда девушка отошла.
– Сейчас увидишь. И оценишь. И немного удивишься.
Пирожных им принесли целое блюдо. Душистый чай – в пузатом фарфоровом чайнике, подавальщица сама разлила его по чашечкам с тонким цветочным узором. Приборы – ложечки, вилки для десерта, ножи – позолоченные. Впрочем, нет, латунные, но они были безупречны. Вообще, это заведение, невзирая на его небольшие размеры, было не чета той маленькой лавочке, в которой они познакомились. Здесь – богато и респектабельно. Для богатых, для знати. Линн от души понадеялась, что Трой знает, что делает, и у него не совсем маленькое жалованье. Да, он служит принцу, но вряд ли слишком приближён! В то же время он не похож на необразованного простачка. Кто же он, как спросить, чтобы потом самой не отвечать на вопросы?