Огненная буря в стакане (СИ)

— Да погоди ты, не вопи, — сказал душа. — Успокойся, ничего страшного. Это я так реагирую на заклятия, на чужую магию, — поняв, что хозяйка в панике, поспешил ее успокоить. — Просто такая реакция.
— Больно же! Опять забыл мне рассказать? — испуганно пробормотала Анька и чуть не заплакала от страха, но сдержалась, видя, что Ксандр стоит рядом и с удивлением наблюдает за ее манипуляциями. — Ну, когда же это кончится?
— Кончится, когда всему научишься. Хватит истерить, — душа хотел сказать еще что-то про баб, но помня, что она воспринимает его разглагольствования в штыки, промолчал. — Скажу одно, дурында мокрая не только его поцеловала, но и заколдовала. Не знаю зачем. Хорошо бы ее саму об этом спросить.
— А можно? — тихо пискнула Анька.
В голове у нее стало проясняться, и замысловатая мозаика начала складываться. Она поняла, что дело с поцелуем русалки добром не кончится. Поэтому нужно предпринять что-то конкретное, а не задавать дурацкие вопросы типа «зачем ей это надо?» или «на кой фиг она так сделала?». Надо сразу решать проблему, а уж потом разбираться зачем да почему.
— Можно, — ответил душа. — В бытность мою мы так с одним хозяином сделали. Случилось это…
— Давай потом, — перебила его Анька. — Очень хочу послушать, но не сейчас. Боюсь, мой птенчик сейчас опять рваться к ней начнет, вдруг не удержу.
— Да, да, ты права. Сначала дело, разговоры потом. Сейчас будем русалку вызывать.
— Так и крикнем «выходи дурында»? — Аньку начал отпускать страх и на смену ему пришло безудержное веселье. Она расхохоталась над собственными словами, но Ксандр даже не отреагировал, а только смотрел на нее невидящими глазами и молчал. — А она возьми да из озера выпрыгни к нам на берег, хе-хе.
— Нет, так не получится, — усмехнулся душа и подумал, что хозяйка, несмотря на свою молодость и бабью бестолковость, все же та, которую он так долго ждал. Даже сейчас она очень быстро смогла обуздать свой страх и отчаяние, и сразу взялась за дело без лишних рассусоливаний. Со временем точно станет великим магом, если ей никто не помешает. А уж этому мешальщику он спуску не даст, как впрочем, и здешней русалке. — Сначала парня остановим, чтобы не сбежал и в озеро не нырнул. Надо руки себе освободить.
— Сашечка, посиди тут немного, — проворковал голосом Аньки душа, а когда тот послушно сел, с силой нажал большим пальцем куда-то ему в шею, и любимый улегся на траву, закрыв глаза.
— Спать будет минут десять, может поболе. Нам как раз этого должно хватить, — услышала Анька голос в голове.
Спросила:
— Ты сам все будешь делать или мне поучаствовать придется?
— Пока учись да энергию запасай. Когда придем, весь продуктовый запас схомячим, — захихикал душа. — Не обессудь, я энергетически емкий. Тебе-то проще, у тебя еще и тело есть, а у меня только аккумулятор, небольшой сгусток.
— Да помню я. Не нуди как старый пень, действуй уже, — Аньке очень хотелось увидеть то, что умеет делать сила Стрибога, то есть теперь она с этой силой. А пока видимо увидит учебное пособие, наглядно демонстрируемое ей душой талисмана.
Анька подошла к берегу, встала напротив просвета среди камыша, точнее это делал душа, и заорала:
— Ну, что, долго прятаться будешь?! Вылезай, поговорить надо!
Но ответом ей была тишина. Тогда она усмехнулась:
— Боишься? Писаешь тихонько в воду от страха? Курица ощипанная, выходи, а то хуже будет!
И тут услышала, как где-то совсем недалеко от нее что-то булькнуло, как будто огромная рыба плеснула хвостом по воде, и зашуршали около берега камыши. Затем услышала насмешливый женский голос невидимой собеседницы:
— Сама напросилась, дура малолетняя. Теперь всегда будешь бояться купаться и думать, что русалка в воду утащит. Вот зачем тебе это?
— А нечего моего любимого к себе привораживать. И я бы к тебе не полезла.
— Так он не первый раз здесь с русалками целуется. Почему бы и мне не попробовать. Не женатый ведь, значит, ничей.
— Мой он, и любовь меж нас. Зачем влезла? Освободи его от своего заклятья.
 
— Не буду, даже не подумаю, пока он свое дело не сделает, — засмеялась русалка. — А сделает, я еще посмотрю, отпустить его или замуж выйти.
— Ах ты, пиявка безмозглая, думать она собралась, — Анька повысила голос. — Говорю же тебе, снимай заклятье, а не то…
— Вот еще, — засмеялась русалка заливистым смехом, как будто ручей зажурчал. — Мой он теперь. Ишь, угрожает мне. Пигалица. Да кто ты такая, чтобы я тебя послушалась? Вали домой, пока не утопила.
Анька услышала всплеск. Судя по всему, соперница нырнула в воду. А потом раздалось характерное бульканье вынырнувшего тела, и Анька увидела в просвете камыша плывшую к другому берегу голову плохо различимого существа с тянущимися вслед за ней длинными волосами.
— Куда подрала, мокрица?! — закричала Анька. — Вернись! Говорю же, хуже будет.
Но вместо ответа русалка помахала ей рукой, а затем погрузилась в озеро, шлепнув по поверхности хвостом и скрываясь в глубине.
— Вот зараза, — голос в Анькиной голове разозлился, что-то неразборчиво буркнул и, успокаивая хозяйку, сказал. — Не переживай, эти водяники никого не слушают, пока хвоста им не накрутишь. Чего мы сейчас и сделаем. Не хотела гадина по-хорошему, будет по-плохому.
И завел ветер. Хотя со стороны было видно, как девушка машет руками, и между ними возникают потоки ветра, направленные к озеру. «Ну, так и я могу», — подумала Анька. А через секунду увидела, что потоки ветра не дуют как обычно прямо, а каким-то образом закручиваются между собой, вызывая высокую волну. Оказалось, что надо всего-то прижать средний палец к большому и раскрутить руки как лопасти винта. Хотя, пожалуй, это больше похоже на плаванье по-собачьи. Только на суше. При этом воздушный поток упирается в воду и тащит ее вместе с собой, поднимая водяную массу над поверхностью озера все выше и выше.
Когда волна достигла высоты метров двух, Анька резко развела руки в стороны, освобождая ветер. Оторвавшись от создателя, тот пронесся над озером, а образовавшаяся водяная глыба на огромной скорости покатилась к другому берегу. Выплеснувшись на сушу, вода откатилась обратно и вызвала встречную волну, которая угасла где-то на середине водоема. Но процесс продолжался. Теперь заволновалось все озеро, заходило ходуном, реагируя на поднявшуюся бурю. Небольшие волны стали двигаться в разных направлениях, шумно сталкиваясь друг с другом и образуя белые барашки на гребнях.
Это напомнило Аньке поведение воды в стакане, когда нечаянно плеснешь из него на стол, а оставшаяся в посудине жидкость еще долго вибрирует. «Вот тебе и буря в стакане, — подумала она. — Сюда бы еще пару молний, и будет огненная буря, — усмехнулась своей задумке, наверняка бы здорово получилось. — Уж точно хвоста бы этой гадине накрутила». Однако без подпитки ветром, буря не случилась, и озеро постепенно успокоилось. А Анька уселась в траву и стала ждать.
— Чего ждем? У моря погоды? — спросила через некоторое время душу талисмана, прислушиваясь к тишине. — Думаешь, русалка вернется и извинится за свое недостойное поведение? — Анька, впрочем, на это и рассчитывала. Ведь судя по произведенному эффекту, хоть какая-то реакция со стороны соперницы должна быть. — Что-то молчит, мокрица.
— Ждем еще чуток, — отозвался душа. Потом, как будто взглянув на часы, вымолвил. — Все, время вышло, — и голосом Аньки негромко сказал. — Зря ты меня бесишь. Сейчас устрою торнадо и всю твою живность на берег выплесну. Да и озеро по небу пущу, негде прятаться будет.
Анька встала и часто-часто замахала ладошками…
 
— Стой, погоди, — вдруг услышала мужской голос, отдающий легкой хрипотцой, раздавшийся совсем рядом из камыша.
Анька невольно вздрогнула, на этот раз сама, от неожиданности, но устами души усмехнулась и строго сказала:
— Давно бы так. Покажись, что за фрукт тут нарисовался. Русалочий защитник что ли? Водяной?
— Не водяной, а сам Рыбич, — ответил голос и из камышей вылез на берег невысокий, метр с кепкой, крепко сложенный дед с длинной бородой.