Сильная и независимая для котика (СИ)
— Ну, я подумал, что если победит Кондрат, то я заманю его сюда, закроюсь и отгоню эту часть базы к чёрной дыре. То же случится и при моей смерти. Пять минут, и программа сама закроет, включит двигатели и полетит на автопилоте. Я ж не сумасшедший, понимаю всё! Рассчитал до мелочей. Будут джеты, будут взрывы. Не забудь у Кондрата забрать точные расчёты. Кстати, где он?
— Обнимашки? — измождено попросила Мурси.
Дэвид наклонился и поднял за подмышки капитана к себе на колени. Прижал крепко-крепко, по отечески. Это были самые искренние, самые недвусмысленные и самые болезненные обнимашки в жизни Мурси.
— Спасибо тебе, Дэвид. Спасибо. Ты, в самом деле, заменил мне отца и я, правда, очень тебя люблю.
Она отстегнула арианский арбалет от пояса. Шериф никак ей не мешал, хотя прекрасно всё видел. Он даже голову слегка наклонил вниз, когда капитан направила оружие к основанию его черепа.
— Я ведь так и думал, — ласково прошептал он. — Знал, что уж моя доченька придумает мне нестандартную смерть. Запомни, у тебя пять минут покинуть комнату, потом тут всё накроется медным тазобедренным суставом. Улетайте и остановитесь хоть на Немезис, переждите.
— А если выйдет из-под контроля робоапокалипсис? Как его закончить?
— Не в курсе. Перешли код Френку. Он его придумал, он и остановит. Должен. Копия программы на холофоне Кондрата тоже есть. Кстати, а где…
Мурси вновь почувствовала нестерпимую боль, а следом облегчение, но теперь уже от Бет. И её постоянный, крепкий тон в Зове пропал. Это могло означать только одно — подруга умерла. Следом прилетел ужасающий своим горем всплеск активности от Гидроса. Капитан судорожно прижала Шерифа к себе, грозя свернуть шею, порыскала в темноте Бездны ниточку к наставнику. Хотя бы Джес жив и здоров. Может, и впрямь нет никакого робоапокалипсиса.
— Что, милая? Жалко меня? Рука дрогнула? Знаю, как поднять тебе настроение! Жахнем-ка мы ещё какую-нибудь планету.
И не успела Мурси опомниться да нажать на спусковой крючок, как Дэвид треснул по панели. А вместе с ним прогремели предсмертные судороги Гидроса. Практически одновременно.
— Как ты и просила, Илум! Нет больше снежаков и музея с землянским орудием! О, о! Придумал! Давай по Земле шарахнем?
— Не шарахнем, — обреченно прошептала Мурси и всё-таки выстрелила.
Тетева громко звякнула, болт вошёл в мягкую ткань. Голова Дэвида неестественно дернулась и повисла. Теперь точно всё. Шерифа тоже больше нет.
— Прощай, папочка, — прошептала Мурси и заплакала.
В короткий миг она потеряла большую часть своих близких. А одного из них убила собственноручно. Как же ей сейчас не хватало Моргана. Он бы утешил, он бы обязательно нашёл нужные слова, воодушевил, пожалел, разделил бы эти терзания. Нужно поскорей его найти и вылечить. Вот уж потерю Котика Мурси точно не переживет.
Завыла сирена. Замигали красные лампочки под потолком.
«Осталось две минуты до герметичного отделения от станции, просьба всем покинуть отсек».
Капитан выругалась, слезла с Шерифа, который действительно устоял на своих грандиозных ногах, стянула холофон с его запястья и попыталась быстро передать сообщение Френку, одновременно спрыгивая с платформы. Сигнал не проходил. Наугад, на всякий случай, Мурси перенаправила его Иржи. Может быть, Ваццлав сумеет разобраться с проблемой, как его освободят.
«Осталась одна минута до полной герметизации».
Сейчас, вот уже близко выход. Выручит Морика, спасёт остальных ребят, остановит апокалипсис. Потом придумают, как утянуть с проложенного курса базу и разминировать её. Мурси ускоряла себя психосилой, хотя чувствовала полное опустошение из-за навалившегося горя.
Навстречу ей, едва передвигая ногами, ковылял Морган. Выглядел он совсем скверно. Держался за живот, куртка вся пропиталась кровью.
— Хвала предкам прайда, вы целы, — промямлил катар, чуть ли не падая в руки Мурси.
— Котик, ты чего? Стой, стой милый. То есть бежим. То есть… Котик, только не смей мне помирать! Это тебя Кондратий так?
— Та нет, споткнулся нечаянно, так спешил вас увидеть, — попытался пошутить Морган, но закашлялся, и из его рта потекла кровь. — А с Кондрашкой Гидрос остался.
— Ги умер, — вздрогнула Мурси. — Какой ужас! Надо поспешить за ребятами, пока он не добрался.
— Им на помощь Ванно пошёл.
— И мой вакуй здесь? Хвала Вселенскому Разуму! Ой, его тоже надо спасать. Никто больше сегодня не умрёт, ты меня понял?
«Внимание, осталось десять секунд до герметизации отсека. Девять, восемь, семь, десять, девяносто сто пять часов…»
— Что? — встрепенулся Морган. — И программа поехавшая?
«Проложен курс автопилоту. Столкновение с джетом через три часа сорок восемь секунд три дня восемьдесят шесть парсеков. Начинаю ускорение».
Опять затрясло базу, опять раздался жуткий грохот. Орудие самопроизвольно выстрелило.
«Дромус уничтожен. Выполняю перезарядку. До уничтожения следующей цели четыреста восемьдесят одна секунда и две минуты».
— Божечки-кошечки! — зажмурилась Мурси. — Дромус! Френсис! Надо что-то делать, надо как-то вручную перенаправить автопилот, обесточить оружия, уничтожить кристаллы. Морган, идите прямо по правой стороне, найдёте там лечебную капсулу. Лезьте в неё. А я вас после догоню.
— В каком это смысле? Автопилот же не работает. Придётся кому-то следить за штурвалом. Да и потом, как это вы уничтожите кристаллы? Вы же в гору превратитесь. Идите, я всё равно недолго ещё продержусь. Просто скажите, на что сесть задом и верните арбалет. Я выстрелю, и Тёмная Материя всё изжарит.
— Поговори мне тут! — взвизгнула Мурси. — Марш лечиться! Установлю ногу Шерифа на нужную кнопку, закрою отсек и пока он будет герметизироваться, выскочу. Я же худенькая, мне достаточно и маленькой щёлочки, как кворчонку. И ловкая, из щёлочки и выстрелю в кристалл!
— Идите, Муся. Уж Галактика переживет без обыкновенного занудного капрала, а без необыкновенной вас — нет!
— В Бездну Галактику где не существует идеального зануды!
— Попрошу заметить — эталонного! Идите, Муся. Не делайте мне нервы.
— Ладно, ладно, упрямец. Давайте вместо споров подумаем, как исправить положение, — капитан практически волоком дотащила катара к рубильнику. — Что нужно? Загерметизировать отсек, взорвать изнутри кристаллы и отправить осколки в дикий космос. Есть мины на таймере?
— Если просто взорвать, то с Тёмной Материей внутри, этот отсек всё равно не будет безопасным. Нужно выстроить точно координаты и следить, чтобы не слетело ничего.
— Согласна. Материю бы куда-нибудь пристроить. Вот я и говорю, останусь. Пусть в меня вольётся. Стану горкой, трехногим мутантом вакуйем, но руку одну вытяну и буду управлять через холофон Дэвида. А вы живите.
— Давайте для начала рубильник дернём, — предложил Морган и сразу привел предложение в исполнение. — Вот и всё, остались вдвоём. Ребята, надеюсь, догадаются улететь.
— Да, Котик! — топнула на него ногой капитан. — Ты же не успеешь выскочить, дверь вон закрылась уже!
— А я и не собирался вас оставлять, Муся. Теперь, активируйте на холофоне управление базой. Есть?
— Ну, есть, — пробурчала Мурси. — А дальше что. Давай рубильник обратно, иди — живи долго и процветай. Я справлюсь. Уверяю тебя!
— Вы упустили одну важную деталь. Помимо Тёмной Материи из кристаллов польется энергия. Вот зачем я вам нужен. Прикрою сверху, а вы стрельните по кристаллам. Высвободившаяся энергия уничтожит компьютер, остановит робоапокалипсис, отразится от моей куртки и шерсти, а уже Сущность впитается в вас. Понимаете? Без меня вы умрёте от болевого шока. Сгорите. А так, вас найдут, отрубят лишние хвосты, как у Гидроса, вылечат.
— Глупости какие! Ничего не знаю, — Мурси потянулась к рубильнику, — открою, и ты шкандыбаешь к остальным!
— Никуда я не пойду. Муся, так надо. Доверьтесь мне. Ну будьте хоть раз хорошей девочкой!
— Но ты же помрёшь, глупый катар!
— Зато помру рядом с вами. А вы уж постарайтесь прожить как можно дольше, пока вся Тёмная Материя не покинет пределы опасного сектора Х и не затеряется где-нибудь в окраинах дикого космоса.