Сильная и независимая для котика (СИ)

Непринужденно, в приподнятом настроении отряд покинул стыковочный центр и прошёлся по пустующему ангару. Маломестные скайтреи, на одном из которых они в прошлый раз посещали кабинет самого шефа СРС, валялись перевернутыми в беспорядке. Все сплошь у стен. Будто специально кто-то расчистил место для торжественного парада победителей Инквизиции. И когда отряд достиг середины, разнося эхом шаги, им и в самом деле навстречу вышел сам брат Кондрат. Он улыбался широко, руки распростёр, словно готов был заключить в объятия сразу всех ребят. В какую-то секунду даже показалось, что следом появится целый приветственный хоровод празднично нарядных храмовников, а заодно выкатят торт со свечами и маленькими, но красочными огнеструями. Настолько гипотетический вражина выглядел неестественно радушным. Сомнения в его неадекватности переросли в уверенность.
— Наконец-то! — провозгласил на всю залу Кондрат, и эхо почему-то повторило только «конец, конец, конец». — Добро пожаловать! Я уж стал сомневаться в твоих умственных способностях, испугался, что не догадалась ты. Подумал было, россказни о логическом аппарате своевольной ученицы всего лишь влияние влюбленности Христова. Ан, нет! И впрямь соединила подсказки, что щедро осыпал я к ногам твоим. Здравствуй, сестра моя названная. Здравствуй! Какая честь для тебя!
— Чао! — медленно проговорила Мурси, поднимая приветственно руку. — И чё теперь?
— Ничё, — картонно расхохотался Кондрат. — Жить будем долго и счастливо, если конечно смерть не разлучит нас раньше. Догадываюсь, сейчас ты чувствуешь себя вроде фотона света, падающего в кротовую нору. Это читается в глазах. Ты похожа на того, кто старается ничему не удивляться в жизни, думаешь, что реальность — это всего лишь сон, и ты вот-вот проснёшься. Веришь в судьбу, Матильда?
— Где-то я такое уже слышала, — пробормотала Мурси, а громче ответила: — Судьба и Предназначение — всего лишь манипуляции! Кто в это верит — слабак, позволяющий собой управлять.
— Прекрасно тебя понимаю! — воодушевленно согласился Кондрат. — Объясню, почему ты здесь. Потому что и ты это поняла. Всю жизнь ощущала, что мир не в порядке, не так ли? Странная мысль, но её не отогнать, она как заноза в мозгу, сводит с ума. Тебе не по нраву система, сложенная и стоявшая тысячелетия до твоего появления. Поэтому, как только предоставился шанс её расшатать, ты с утроенной силой взялась за слом устоев. Но мало просто сменить лидеров, мало переставить ионы на поле пазла! Именно поэтому ты и пришла ко мне. Понимаешь, о чём я говорю?
— Не очень, — коротко ответила Мурси.
— А хочешь узнать, что это за система? В которой мы все живём, отрекаясь от настоящей реальности? Цветные картинки, служащие нам фоном стабильной Галактики, голограмма процветания и счастья. Никто не желает замечать правду!
— Какую правду? — недоуменно спросил Морган.
— Что ты только раб! Раб, Матильда! Мы все рабы этой системы. Мы винтики без воли. Потому и рады ухватиться за призрачное Предназначение, которого не существует на самом деле. Согласись, скучно существовать без Пути, без грандиозной Цели, без великих Свершений!
— Мне норм, — безразлично пожала плечами Мурси. — Не понимэ, шо ты разгунделся? Хоть раз бы попробовал, быстро бы втянулся.
— Ты рушишь мне всю пафосную атмосферу! — поморщился Кондрат. — Можешь хоть немного соответствовать торжественному моменту? В конце концов, не каждый день ты встречаешься с великим гением злодейства!
— А-а-а-а! — потянула Мурси, борясь с улыбкой. — Ну, так и ты, эт самое, не тяни. Выкладывай злодейский план, и начнём зарубу.
— Ладно, ускоримся, — проворчал Кондрат. — Вот гляди, я подготовил для тебя выбор. Допустим, есть два саркофага — синий и красный. В один уляжешься — изменим реальность. Станешь настоящим Спасителем Галактики, победоносным Лидером, избавившим от страшного роботронического апокалипсиса и объединившим осколки мира после. Узнаешь, куда может привести тебя эта кротовая нора. Другой выберешь — умрёшь на веки вечные и не сможешь больше никогда переродиться. В Дыру тебя отправлю, в чёрную. Выбор за тобой, Мила.
 
— Ясно-понятно, — вздохнула громко Мурси. — Ты эта, Кондрат, не переживай. Мы всех вылечим. И тебя вылечат, и Дэвида вылечат, и меня вылечат. Всех! Давай без паники, отстегивай меч и шкандылябай к нам, дорогой друг.
— Ха, не охватываешь всю серьёзность данного момента? Думаешь, юмор с тобой тут юморю? А между тем, ты знаешь, чем именно сейчас занят Дэвид?
— Ты эта, камрад, не хочешь присоединяться, так дай нам пройти, — влез в переговоры Коди. — Батя мой давно разумом тронулся, только сам же понимаешь, невозможно повысить уровень акреции всего лишь двумя гигантскими кристаллами. Мощь в них, конечно, скрыта колоссальная, но для Чёрной Дыры калибра Стрелец А со звёздочкой это пшик, ветер в засосах.
— Купились на эту глупость? — чистосердечно расхохотался Кондратий. — Вот я знал, знал — чем нелепей сценарий, тем огромней вероятность, что ты, Мо, на него поведёшься. О, Разум, я великолепный гений!
— И очень скромный, — кивнула Клара. — Может, соревнования с Коди устроишь за право называться самым-самым?
— Молчать, смертные! — гаркнул Кондрат. — Вы из-под какого забора выползли? Где ваши манеры? Тут люди разговаривают, а вам слово не давали!
Брат Кондрат со злостью и нетерпением дёрнул рукой. Один из скайтреев, валявшихся с боку, рванул по воздуху к отряду. Коди среагировал мгновенно, пригибаясь и утаскивая к полу за собой Клару, а машина с размаху стукнулась о Боббьера и Иржи и, пролетев ещё немного, приземлилась, придавив обоим конечности. Мурси с перепугу подняла психосилой упавший скайтрей и вернула его Кондрату. Тот ушёл от столкновения просто пригнувшись.
Морган рванул к раненным, куда уже, на всякий случай ползком, подобрались Клара и Коди. Все они принялись оказывать первую помощь, а капитан продолжала перекидываться особо тяжёлыми предметами с «главным пафосником». В этой суете, поднявшейся из-за неожиданного перехода от пустых громогласных заявлений к прямой атаке, никто и не заметил, как со всех сторон к маленькому отряду в прямом смысле слова полезли сервисные дроиды, вооруженные бластерами. Точь-в-точь как прислуживающий у Френсиса дома робот-дворецкий. Только когда холодное дуло упёрлось в затылок Кларе, сидевшей и вкалывающей нанороботов в поломанную руку твилекка, все, наконец, очнулись.
Следом за дроидами на поле импровизированного жонглирования подоспели братья во грехе. Человек десять, не больше, но первый же, пока ребята думали, что теперь делать, подобрал винтовку, слетевшую с плеча Боббьера в тот момент, когда скайтрей проехался по его лицу.
— Опять купилась на мои трюки! — радовался как ребенок Кондрат. — Твоё секретно оружие подлежит конфискации. И если жить хочешь, сдавайся. Знаешь, что это такое?
И он достал из кармана самый настоящий револьвер! Копия того, что видела Мурси на стенде в музее вооруженных древностей. Никаких больше недомолвок — вот кто саботировал производство, как и, скорей всего, всю операцию. Кондратий же и внушал Шерифу крамольные мысли, он и дестабилизировал его разум, пока Христов пытался восстановить. Неизвестно, прогрессировала бы болезнь так быстро, как теперь.
— Знаю! Эта рухлядь называется ребомблер. Тоже мне, испугал кворча голой жопой. Камон, ну убьёшь ты меня, ну укакошишь тут всех, кому какое дело? Разлетится база СРС на мелкие кусочки и никто ничего не видел — не знает. Как ты систему-то с таким подходом расшатывать собрался?
— Но-но, своей смерти не боишься, знаю я. А вот за этих ребят повоюем. Одно движение и я выстрелю в первую очередь в этого зеленого человечка, которому лапу отдавили. Сдавайся и выбери уже свой вариант ответа.
— Точно! — вздрогнула Мурси, будто бы очнулась, и быстро спросила через плечо: — Что с мальчиками?
— Жить будут, Малыш руку поломал, а Ваццлаву пальцы электрические отдавили, — ответила Клара. — Ничего страшного, не слушайте этого зануду. Пусть ведёт к вашему Шерифу, у меня к нему дело есть!