Сильная и независимая для котика (СИ)

Катар проводил взглядом вошедшего Иржи, который тут же завалился в постель, буркнув пожелания спокойной ночи. Малыш тоже вроде бы почти спал.
— Пойду немного спортом позанимаюсь, — тихо пробормотал Морган и вышел из казармы.
Заметил, как в медчасть юркнула Лена, и в проёме закрывающейся двери поймал глазами взгляд Клары. Подруга спокойно улыбнулась и едва заметно мотнула головой в сторону капитанской каюты, как бы намекая: «Иди, я займу Лорда, чтобы вам не мешали». Морган благодарно ответил искренней улыбкой и подошёл к двери. Он приставил знак прайда к замку и протиснулся внутрь.
Мурси разговаривала по холофону, мимолётно взглянула на катара и воскликнула:
— О, да вот и он сам! Можете спросить у Моргана, он всё вам подтвердит, мой дорогой коммодор. Вы прекрасно знаете, насколько катары повёрнуты на принципах справедливости, а уж в какой мере нашему капитану Моргану важен Кодекс всех граждан Галактики! Шо б вы знали, вы б заплакали!
— Это да, кхм-кхм, — откашлялся Флинт. — Но такие риски!
— Согласна и я тоже боюсь. Мне положено, я же дама. Но не говорите мне, что и вы струсили! — Мурси выпучила глаза и посмотрела на Флинта так, будто не могла и мысли такой предположить. — Только не вы! Вы же эталон для меня! К тому же я просто прошу не выполнять приказа атаковать Зиост. Туда по данным моей разведки приедут вакуйи, мутанты, Истинные Лорды, проводники всех мастей. Нечего там делать смертным. Они в один миг окочурятся. Зачем так рисковать персоналом?
— Согласен, кхм, — коротко кивнул Флинт. — И, если ваши слова подтверждает даже Морган, у меня нет повода вам не верить. Но только на эти три дня, вы меня слышите? У нас совершится в штабе диверсия и связь пропадёт. Это максимум, какой я могу предоставить.
— Ох, мой бравый коммодор! — запела излюбленную песнь Мурси. — Я в вас никогда не сомневалась! Никогда! Морган?
— Коммодор Флинт! Настало время поступать правильно, как велит совесть и честь, а не Устав, — выпрямился по стойке смирно катар. — Настало время вписать свои имена на страницах истории. Пускай мы даже проиграем, но мы сделаем то, что должны, не струсим и не смалодушничаем. Как и положено настоящим воинам, следуя словам и идеалам, в которых клялись при поступлении на службу! Для нас с вами на первом месте всегда стоят жизни невиновных смертных. Кто, если не мы, позаботится о них? Дележка власти между держателями Силы пускай произойдёт без нас. Они с жиру бесятся, не знают, чем ещё заняться. Вместо того, чтобы сажать цветы и созидать, несут разрушения и хаос. Смертные не хотят играть в эти жульнические карты! У нас есть право голоса, и мы заявим о своих решительных действиях бездействием!
— Да, капитан Морган! Золотые слова! — приободрился коммодор. — Канцлеры даже не запоминают наши имена! Но теперь им придётся выучить их. Мы покажем, что смертные тоже имеют власть и влияние. Не стоит списывать нас со счетов. Да будет так! Флинт аут.
Коммодор отключился, а Мурси подняла ошарашенный взгляд на Моргана.
— Ну, могёте, капрал-капитан! Вас хоть записуй! Может, вы выступите вместо меня перед… Ладно, проехали.
— Я просто сказал, что вижу. И, сэр, я тут подумал… — но вдруг до катара дошёл весь смысл разговора с коммодором, и он невольно вначале усмехнулся, потом хохотнул, а после и вовсе рассмеялся.
— Видимо, не слишком успешно, — констатировала Мурси, потягиваясь и тоже улыбаясь. — Я всегда говорила: мысли пачкают мозги! А без того-этого прям весело, да?
— Не, я про другое, сэр, — продолжил, отсмеявшись, Морган. — Всё это время вашим секретным орудием влияния на Флинта были не прелести Клары, а я? Да? Поэтому он так безоговорочно вам верил? Потому что за мной ходила дурная слава правдоруба и честолюбивца? Вот уж поистине чудны дела твои, Вселенский Разум.
— Только тс-с-с, это большой-большой секрет. Ты бы знал, как Флинт тебе завидует!
— Он уже в курсе, что мы снюхались? — удивился Морган.
— А причём тут это, — не поняла Мурси. — Коммодор хочет так же уметь поступать по совести, а не по Уставу. Но всегда боялся отставки. Вы для него — мерило неподкупности и справедливости.
 
— Мне приятно это слышать, сэр, — расплылся в улыбке Морган.
— К тому же Флинт не в курсе, шо у вас разжижение мозгей, — добавила капельку яда Мурси. — Так чего хотели-то? Мне ещё надо подстраховаться и попытаться надавить на капрала Йохансена, шобы он и арсенал запер, а ключи съел.
— Отличная идея! — озарился Морик. — Не перестаю удивляться вашей дальновидности. И ещё, за смертных спасибо. Правда. Это действительно хороший план, и хотя я его не знаю, но полностью вам доверяю будущее Галактики!
— Ты чем-то закинулся? Опять приступы ахинеи головного мозга? — напряглась Мурси.
— Нет, просто давно хотел вам это сказать, сэр. Что доверяю вам, куда бы вы не завернули. Хотите, проведем тесты на координацию и концентрацию?
— Ой, ладно тебе, — отмахнулась Мурси и похлопала по кровати рядом с собой. — Всё, чины в аут. Чего пришёл, Котичка?
— Я тут подумал, — опять начал Морган и сел, куда ему разрешили. — Я подумал, что у нас мало времени, сэр. Все спят, ну, или заняты своими делами, никто не знает, что я пошёл к вам, и поэтому…
— Убить меня решились? — отодвинулась от него Мурси. — Теперь?
— Что? Нет! — захохотал Морган. — А, глядите-ка, я уже не удивляюсь и не раздражаюсь на это. Просто знаете, я вот хотел вам сказать кое-что важное. Прошу вас, отнеситесь к этому со всей внимательностью.
— Так, слушаю в два глаза!
— Вот… Хотел сказать вам… Забудь то, что я вам говорил до этого. Хорошо, сэр? — и Морган испытующе посмотрел на капитана.
Мурси зажмурилась, сдерживая смех.
— Звучит по-дурацки, согласен, — поджал губы Морган. — Помните, я вас увещевал пересиливать себя и делать то, что должен, а не то, что хочешь? Так вот. Когда придёт час, сделайте ради меня наоборот? А? Забудьте долги и ответственность, насладитесь жизнью сполна.
— Ради вас сделать что хочу, а не что обязана? — повторила озадаченная Мурси. — Вы за тем ко мне пришли? Увещевать о безалаберности и беспечности, но не в том порядке, в каком привыкли, а вверх кармашками?
— Ну не только за тем, сэр. Признаться, были у меня ещё кое-какие мыслишки. Но да, основная идея заключалась в увещеваниях.
— А зачем ещё? Что вы хотели сделать?
— А ещё… — Морган скосился на угол кровати. — Ещё… я хотел заняться с вами любовью. У нас мало времени, вдруг я умру при атаке на Зиост? Хочу сделать это счастливым, обласканным, с полным ощущением удовлетворенности.
Мурси опять расхохоталась, уткнувшись в его плечо лбом.
— Ну, Морик, ну, уникум! Без всяких там предварительных долгих тёрок, шо надо — то сразу вслух! «Будем заниматься любовью». Божечки-кошечки, как мне нравится эта прямота!
— Нет, если вам необходимо, сэр, я могу походить вокруг да около. Просто мне кажется, что мы и так слишком много времени убили на подобные «расколбасы». Не хотелось бы его терять сейчас, в самый напряжённый момент. Давайте отбросим всё и расслабимся.
— Давайте, я согласная. Скидывай одежду.
— Только чур сегодня вас раздеваю я! Сам!
— Тогда я раздеваю тебя!
— Отличное стратегическое решение, сэр!
***
Уже под утро Морган тихонечко прокрался в казарму и счастливым крепко уснул. Проснулся не слишком поздно, по крайней мере, и Малыш, и Ваццлав ещё валялись в своих кроватях. И, несмотря на скоротечность сна, катар чувствовал себя полным сил, готовым встретить судьбу, пусть даже и саму смерть. Он наскоро умылся и сел завтракать, где к нему присоединилась Клара. Против обыкновения подруга не только не скривилась, глядя на сырое мясо, но и, вообще, как будто не обратила внимания на манеры Моргана.
Взгляд Дорн рассеянно блуждал по столу, нигде особо не задерживаясь. В этот момент она напоминала Иржи, если случалось тому переработать. «Отупение» — вот как сама Клара в шутку называла такое состояние айтишника. Но ничего и не тревожило, по всей видимости, её. Подруга не грызла ногти в исступлении, а безостановочно и неконтролируемо шкрябала о поверхность стола, будто пыталась содрать лакированное покрытие с него.