Сильная и независимая для котика (СИ)
— Знаешь, просто подумалось, — Мурси наклонила голову набок и часто-часто заморгала, — зачем нам лишние жертвы? Я не хочу крови. Вот если бы ты, наоборот, как можно больше людей убедил не вступать в конфронтацию, то я думаю, моя семья из Империи и СРС справились с остатками бы сами. Скажем так, за три-четыре дня, если бы колеблющиеся братья улетели бы с Зиоста, то мы могли бы…
— Ни слова больше! Я сделаю всё, что в моих силах! — с жаром воскликнул Жовани.
— О, ну ты не должен на самом деле! — на лице Мурси расплылась приторная улыбка. — Я не перестаю восхищаться тобой, мой милый братишка! Век тебя помнить буду! Хвала Вселенскому Разуму, что мы не только встретились, но и успели познакомиться поближе!
— Да ну что вы, — засмущался Жовани.
— Ой, но я ведь, кроме попрощаться, хотела тебя ещё попросить об одном малюсеньком одолжении, — как будто бы спохватилась Мурси. — Пустяковая просьба. У тебя же сохранилась связь с Кавотом? Пусть он позвонит, как выпадет безопасная возможность, вот по этому выделенному каналу. Может, и ему удастся молодёжь увести за собой?
— Да, Кавот! — тут же помрачнел Жовани. — Мне было, знаете ли, немного обидно, что вы его в ученики взяли, а не меня.
— Тебя в ученики? — неподдельно ужаснулась Мурси. — Но ведь ты и так полон мудрости! Это тебе следует наставлять молодняк и поехавших кукушечкой старикашек на Путь Истинный. О, сколько неоспоримых жизненных постулатов я почерпнула в разговоре с тобой! Да имей я право выбора, сама бы пошла к такому наставнику! Запиши меня, пожалуйста, первой в очереди на случай, если твой батенька прихлопнет-таки Христова. К тому же это будет приемлемей, раз лично я надеюсь на другой сорт отношений между нами когда-нибудь. Ох-ох, мне по ночам так сладостно и горестно, шоб ты знал, ты б заплакал! Всё время ты снишься. Как мы разговоры разговариваем. И не только! — Мурси игриво подёргала бровями. — Всё же редко удаётся найти ровню себе, а не вот это вот всё суррогатное.
— Вы считаете меня ровней себе? — преисполненный счастьем, спросил Жовани, окончательно теряя своё лицо. — Я передам Кавоту, и не отчаивайтесь…йся, мы с вами ещё отпразднуем победу в кулуарах храма на Зиосте!
— Я так на это надеюсь! Чао!
Мурси послала воздушный поцелуй и отключилась. Опять осунулась, посерела, гнёт сложившихся обстоятельств отразился в уголках её серых глаз. Капитан устало вздохнула, потирая виски кончиками пальцев.
— Ну и бредятина, — буркнула она.
— Мужчины такие мужчины, — хохотнула Лена. — Как они легко ведутся на подобную дуристику! Сразу готовы последние портки с себя скинуть. А этот! Смех и грех. Молниеносно в бой!
— Ладно, — скривилась Мурси. — Пойду душ приму да дам партийное задание пану Бобусю с половцами. Кстати, что будем делать с клонами? Я рили не хочу крови. А уж тем более быть причастной к массовому истреблению людей.
— Это не люди, — раздражённо булькнул Гидрос, которого совсем не обрадовал уровень владения манипуляциями его ученицей. — Всего лишь заготовки.
— Для вас все заготовки, кроме голубой крови, не так ли, канцлер? — ответила ему в том же тоне Мурси.
— Ванно считает, что любая жизнь в Галактике священна, и тоже без дополнительной платы убивать никого не будет.
— Вы не понимаете, это совсем другое! — возразил Гидрос. — Вот ты же, Матильда, клонируешь своего Палпи?
— Ги, она не… — Лена не успела договорить. Мурси вздрогнула, ударила себя по щекам обеими руками и уставилась на собеседников, стараясь удержать застрявшие посреди горла нецензурные слова. — Прости, я не хотела тебе говорить.
— В любом случае оба клона Палпатина были фригидными импотентами, ведь так?
— Мой Палпи один! И это не клон! — у Мурси задрожала нижняя губа, и глаза опять сделались влажными. — Лена, скажи, что всё неправда! Ты же не…
— Мо, могла бы и догадаться, что обычные коты так долго жить физически не приспособлены! — твёрдо ответила Лорд Банник.
— В смысле долго? Десять лет каких-то, а уже два клона! Два! Что стало с матрицей?
— Выпал из окна, — Лена виновато опустила взгляд и начала стряхивать невидимые ворсинки с туники. — Первый убежал из квартиры, и его сбил скайтрей. Нынешнего я берегу, как батарею бластера. Обещаю, с ним ничего не случится.
— Зачем? Зачем ты создавала клоны? Испугалась, что я тебя поколочу? Сказала бы мне, шо несчастный случай приключился, как-нибудь пережила бы!
— Интересно ты размышляешь, — изумлённо хмыкнула Лена, отрываясь от своего интересного занятия. — Официально Палпи заводила ты, но вот большую часть времени с ним провожу я. Не подумала, что мне самой неуютно в пустом доме стало? Всем известно: без кота и жизнь не та. Зато с пушистым другом оно как-то веселей, душевней, сразу уют в квартире образовался. Мо, ну, прости. Я должна была тебе сказать. Наверное. Не хотела расстраивать по пустякам.
— Это не пустяки!
— Мы отклонились от сути! — прервал их душевные излияния Гидрос. — Первого ты кастрировала, а остальных уже специально модифицировали, внося изменения в гены. Ты лишала всех своих котиков радости размножения.
— Ты головой уронился, учитель? — капитан перенесла возмущения на канцлера. — Вот это как раз «совсем другое»! Палпи бы и не познал никогда этой «радости», только бы мучился из-за гормонов. А так и жизнь его должна была быть дольше, если бы кто-то окна закрывал, и здоровей, насыщенней. Да он даже не понял, чего его лишили, так как никогда… Постой…
— Именно, — кивнул Гидрос. — Клоны никогда и не жили. Если мы их убьём быстро, в родовых капсулах, то они и не заметят разницы. Понимаешь?
— Ванно угугенил. Странно, но я вижу логику с кошаком.
— С прискорбием сообщаю, что Гидрос в чём-то прав, — согласилась Лена.
— Конечно, я прав!
— Ладно, — Мурси от досады притопнула ногой. — Только, чур, их уконтропупим одним махом. Траванём или отключим систему жизнеобеспечения, шобы не мучились в корчах. Хотя жаль, конечно, наши руки по локоть останутся в крови.
— А тебе не было бы жаль, если бы они ожили и стали убивать? Эта кровь тогда из чьих локтей сочилась бы? — резонно заметил Гидрос. — Тебе не привыкать выступать массовым убийцей.
— Я услышала вас, канцлер, — недовольно скривилась Мурси. — Всё, в душ и дальше покрачую. Морган, зайдите ко мне минут за десять. Хочу, шобы при разговоре пан Бобусь видел будущего лидера крупнейшего катарского прайда. Это заставит его раскошелиться. Пообещаем рассмотрение дел каджитов для прощения и какие-нибудь ещё плюшки.
— Да, сэр. Насколько мне известно, ресторанные критики любят выпечку, — кивнул Морган, провожая капитана взглядом до каюты. Как ни старался катар, но глаза его упорно смотрели на нижнюю часть её тела, хотя головой он понимал, что со стороны такое постыдное поведение может выглядеть компрометирующим.
Всё это время Коди пытался выкроить момент и влезть в разговор, но основы этикета общения с держателями Силы плотно сидели у него в мозгу. Наконец, когда все замолчали, он взглянул на Гидроса, сидевшего в кресле и о чём-то размышляющего, на Лену, стоявшую возле дивана и задумчиво потирающую подбородок, на Моргана, улыбающегося чему-то, и неожиданно для всех гордо произнёс:
— Не все мужики такие!
— Что? — встрепенулась Лена и опять захохотала. — Все до одного!
— Да, Коди. Я наступал на «нитакие» мины в спорах с Мурсиком много раз. Но, поверь, на месте Жовани любой — при условии, что он не фригидный генномодифицированный кастрат-импотент — согласился на всякое безумство после того, как капитан только бы посулила любовь до гроба. Хоть на солнце слетать, хоть чёрную дыру залатать, — ответил за всех Морган, прекрасно понимая: он бы точно купился на подобную инсинуацию, даже если бы прозрачно видел, что Мусенька играет с ним. Он был бы рад обманываться, как, впрочем, и обычно. — Ты ещё просто очень, как бы выразиться точнее, зелен, подобно молодому кукумберу.
— А вот и нет! — вспыхнул Коди. — Я бы точно нет! Больше скажу, она же ко мне открыто приставала, а я на соблазн не повёлся.