Сильная и независимая для котика (СИ)
— Странно от тебя слышать слово «думаю», — грубо и безэмоционально пошутил канцлер, усаживаясь рядом. — Тебя вообще не колышит? Я глаз не сомкнул!
— Я тоже, — спокойно пожала плечами Мурси. — Что я могу сделать?
— Не знаю! Но ты обязана! Это уже перешло все грани. Ни один проводник не выдержит подобных пыток так долго!
— А-а-а, — потянула Мурси. — Ты не в курсе, что Джес и не проводник?
Гидрос забегал глазами по лицу капитана.
— Не может быть! Я бы почувствовал!
— Может! Поэтому меня ему и доверили. Впрочем, ты прав. Кажется, я знаю, что надо делать.
Капитан решительно встала и направилась в общую комнату. Она открыла на холофоне входящие сообщения с видеороликами истязаний Христова и нажала на ответный звонок их отправителю. Это настолько сильно поразило Гидроса, что он стоял, раскрывая пасть, и в этот момент действительно стал похож на обыкновенную рыбу, выброшенную на берег. Из совещательской, почувствовав изменения в атмосфере на корабле, вышла Лена и замерла как вкопанная. Она зыркнула на выглянувшего из казармы Коди, и тот без слов побежал за Ванно.
На звонок ответил сам Дуку.
— Чао, мой кровный враг, — подняла руку Мурси в своей излюбленной манере. — Харе уже его телепать, самому не стыдно?
— Стыдно, но это твой грех, — ответил чопорно Дуку, утирая пот со лба. — У меня сердце разрывается от того, на что ты меня толкаешь!
— А ты на Путь Истинный встань двумя ногами и не толкайся!
— Полюбуйся! — Дуку отвёл холоизображение на распятого Христова. Тот лежал на столе и выглядел действительно очень плохо.
— Фуй, мерзость, — брезгливо скривилась, высунув язык, Мурси. — Убери каку с экрана! И дай человеку уже сканер, не видишь, плохо бедолаге. Уговорил, греховник языкатый. Я готова с тобой сразиться.
— В смысле «сразиться»? — опешил Дуку. — Приезжай и сдавайся.
— Вот ещё! — хмыкнула Мурси. — Нет уж, давай стенка на стенку. Собирай свою армию, я соберу свою. И пусть победит сильнейший! Кто выиграл, тому достаётся сразу всё. Или ты струсил?
— Нет, просто… — на миг стушевался Дуку. — Ты реально собралась выступить против Ордена?
— Не весь Орден в Инквизиции. К тому же у меня и в Империи друзья есть. Ещё посмотрим, кто кого.
— Погоди, — нахмурился Дуку. — Ты видела лаборатории с вакуйями, знаешь, что у нас есть оружие и ловушки для Тёмной Материи, и предлагаешь сразиться стенка на стенку?
— А у меня есть огнестрельная винтовка, — самодовольной выложила Мурси «тайную тайну». — И Бобби даже научился из неё стрелять! Правда, попадает через раз, но нам, катарам, лишь бы даром, да, Морган?
— Напраслину возводите на мою расу, сэр? — возмутился Морик, с опозданием понимая, что возможно следовало бы ответить по-другому.
— Одна винтовка, трусливый твилекк и плохо дисциплинированный катар против всей Инквизиции? Ты сумасшедшая? — расхохотался Дуку.
— Так и скажи, шо зассал. Давай, через десять дней. Я приведу на Зиост своих парней, и мы сразимся как нормальные люди! Но! У меня условия. Держи точку входа открытой, по крайней мере, двадцатого деября года жёванной луны по галактическому календарю. И второе, давай штоле на всех инквизиторах будут красные повязки на правой руке, шобы мои могли отличать твоих и не переколошматили прямо весь непримечательный сброд приверженцев СССР. Я ещё хочу после победы выступить, как подобает, и наставить их на Путь Истинный.
Пока она говорила и Гидрос, и Лена, и Ванно потеряли дар речи и стояли буквально с «Моргановской кататонией». Лорд Банник уже готова была наброситься на сестру и придушить её, Гидрос собрался атаковать сразу, как закончится звонок, а Ванно полез за мечом, чтобы дать обоим отпор. Морган продолжал тихо недоумевать. Находилось единственное разумное объяснение этому карнавалу: за ночь от боли и отчаяния Мурси действительно сошла с ума.
— А Христов? — спросил зачем-то Дуку.
— А что с ним? Подлечи, поставь в рамочку, будет символом победы. Как красная тряпка или пятка вакуйя.
— Истинная дочь греха, — негодуя, пробормотал Дуку. — Ничего святого! Это же человек, живой! Ещё и наставник твой! Нельзя так даже думать! Какая же гнилая у тебя душонка.
— Значит, пытаешь его ты, а у меня душонка гнилая. Ой, всё!
— Я для праведного дела…
— Кароче, не беси меня! Принимаешь вызов или нет? Мне готовить армию против Инквизиции или умыть руки и засчитать твоё поражение за неявкой? — перебила его Мурси.
— А у меня есть выбор? — удивлённо приподнял плечи Дуку.
— Вот и славненько! На том и порешили. И подлечи всё же мастера, он мне ещё дорог как память. Чао!
Капитан отбила звонок, и лицо её сразу же осунулось, потеряло живость и весёлость. Она уставилась в пустое место, где только что маячило изображение, и с усилием надавила на кончик своего носа.
— Ты что сделала?! — наконец завопил Гидрос.
— Остановила «это». Ты же просил, — тихо проговорила Мурси.
— Мо! — подключилась к воспитательной работе Лена. — Ты… Я… Как?
— «Когда тебе покажется, что цель недостижима, не изменяй цель — изменяй план действий». Кажется, это сказал катарский мудрец Конф Куций. Спакуха, братухи. Или вы не считаете меня гениальным гением? Вот я вам и нагениалила план по истреблению Инквизиции.
— Мы обречены, — застонал Гидрос, плюхаясь в кресло. — Нет, лучше сразу выйти в космос, чем видеть боль поражения. И почему я не примкнул к сильной стороне? К Инквизиции?
— Потому что тебя туда не позвали, — громко заржала Мурси, и ей тут же вторил Ванно.
— Так что ты собралась конкретно делать? — ещё раз спросила Лена. — Мне звать Лордов? Семейство Ковакс? Регулярные войска? Раскольников? Как ты думаешь за неделю подготовить отряды?
— Нам не нужны отряды, мы не будем драться. Вот смотри, что мне передал канцлер Шнобби, да здравствуют его нос и уши неизбывно, — Мурси включила на холотерминале изображение строения храма и всех подземных бункеров Зиоста. — Видишь? Инкубаторы клонов. Основной путь туда идёт через центральный вход в храм мимо космопорта под куполом и их тренировочных площадок.
— Отлично! Самая гуща битвы! — ополчился Гидрос. — Ничегошеньки ты в тактике и стратегии не смыслишь. Катар, скажи хоть ты ей об этом!
— Однако! Есть ещё одна дверь, вот тут, рядом с уничтожителем планет.
— Но она открывается только изнутри самих лабораторий! А для этого хотя бы одному-двум нужно попасть туда, — сердито гавкнула Лена.
— Именно. И к радостной вести у нас есть вентиляционные тоннели! Вот они, глядите!
— Ты планируешь через них туда проникнуть? И кто сможет? Ванно точно не пролезет, — включился в работу вакуй. — Говори до конца.
— Есть у меня два знакомых мутанта, которые как раз подходящего телосложения. Длинные и вертлявые…
— Половцы! — выкрикнул Коди. — Гениально, сеньорита-капитан. Идеально! Я всё гадал, на кой бекрень тебе их контакты, что ты с ними ляськи-масяськи трёшь постоянно… Ой, я не читал твои мессаги. Меня батя заставил!
— Вот тут, — продолжила Мурси, не обращая внимания на покаяние агента Ко, — камеры с пленниками. Христов там, а также часть раскольников и подопытных. Вот тут, совсем рядом, зал заседаний, зал медитации и покои самого Дуку плюс комната Моту. Наша с вами задача прокрасться туда, обезвредить клонов, освободить несчастных, укокошить непосредственно Изврата винтовкой и тихо отступить.
— В смысле тихо? — не понял Гидрос. — А остальные? Ты считаешь, армия Дуку расступится перед тобой, поклонится и позволит провернуть это дельце?
— Об этом я позабочусь! Ну-ка, Коди, кто побеждает в битве между умным и сильным?
— Самый непредсказуемый, сэр! — вырвалось у Моргана.
— Правильно, капрал-капитан! У Дуку будет минимальное количество союзников, а воевать против него выйдет совсем другой враг, о котором он и не подозревает, — все устремили взор на капитана, но она не пожелала ничего больше объяснять. — Я надеюсь только, что мы правильно рассчитали с Немезис и когда начнём уничтожать императорские залежи, у Дуку уже не будет возможности возвращаться туда и мешать нам.