Сильная и независимая для котика (СИ)
— А это не вранье? Ну, ваше обычное? Вдруг вы и вправду Императрица, только под прикрытием. Я же вообще о вас ничего не знаю. Может, вы не убиваете Сина, потому что он ваш сын?
— Обязательно, Морган! Всё так. Вы меня рассекретили. Именно поэтому я так спокойно отреагировала на Арика Джоргана, а не принялась его душить в объятиях.
— В смысле «спокойно»? — вознегодовал Морган. — Еще не хватало, чтобы вы душить начали старейшину! Я бы вас первым придушил!
— Не в таком смысле, Морик. Не на смерть. Арик Джорган — единственная любовь Императрицы, о них легенды ходят. Это была такая страсть, такая история! Все девушки над романами о них плачут в подушку!
— Мой дед — любовник Императрицы?! — протестуя, взвыл Морган. — Что за поклёп! Не могли же светлейшую особу звать так, по-простому — Маргоша. Чушь и нелепица!
— Её звали Маргарита, как цветок. Для близких Марго. И только одна единственная персона в Галактике имела право обращаться к ней: «Маргоша». Иди, ты сейчас очень нужен этой персоне. Я бы и сама не прочь утешить, только не подпустит, пока не остынет. Теперь-то ясно, что привлекло матушку в нём. Божечки-кошечки, меня в жар от одной мысли бросает. Старейшина — чистый секс!
— Это мой дед, сэр! Можно хотя бы не при мне.
— Поэтому я тебя и пытаюсь уже полчаса сбагрить. Вали!
***
Морган зашел в хижину к старейшине без стука. Итак очень много времени потрачено было на создание нелепой драмы, походившей на воссоединение с давно утерянным родственником из какого-нибудь модного торхинарского сериала. Не хватало только песен и танцев. Если Мурси, как клон Императрицы, пахнет так же, то теперь совершенно ясно, почему она сразу показалась Морику родной. Это объясняло все первичные реакции, повышенное внимание с его стороны, попытки сблизиться и даже иррациональное желание обладать. Это объясняло даже странное поведение во время триггера! Никакой магии харизмы и тяжелой формы привлекательности, о которых твердила Клара. «Все мы родом из детства» — как маяк всплыла в голове давно прочитанная фраза.
Деда он застал на кухне. Тот стоял, склонившись над блюдом с печеньями, словно пытался поджечь лакомство одними мыслями. Руки, с силой давившие на столешницу, всё еще тряслись, но дыхание выровнялось. Смотреть на такого старейшину Моргану было невыносимо. Всегда сильный, собранный, пример стойкости и хладнокровия, а позволил себе повысить тон и даже при всех признаться, что помнит запах пришлой женщины. Интересно, что же про него теперь думает в прайде молодежь? Ровесники родителей наверняка еще помнят и вечерами за столом сплетничают об их истории. Морган отчаянно жалел, что не придавал значения таким россказням в юности, хотя бы сейчас был бы в курсе.
— Старейшина, — начал Морик, стараясь придать своему голосу, да и деду твердость.
— Её пытался целовать Шнобби без процедур? — перебивая, спросил Арик. — Он жив еще?
— Да, жив. По крайней мере, последний раз, когда они созванивались, был жив и здрав, и высказывал претензии.
— Не узнал, значит. Хорошо Маргоша замаскировалась. И вправду, будто личину новую надела. Только меня не проведешь. Я ей показался старым, взялась за тебя?
— Дед, это не то, что ты думаешь…
— Молчи! Ты всего лишь пешка в большой игре. Она связалась со Шнобби?
— Нет! — против воли яростно выкрикнул Морган. — Он не в её вкусе! Наверное.
— Долбанула его молнией?
— Нет. Она вообще не умеет мужчинам сопротивляться. Особенно, если они с мирными намерениями. Мне пришлось вмешаться, чтобы отвадить этого наглеца. Поэтому, я и назвал его каджитом.
— Ты помешал держателям Силы выказывать расположение? — оторопел дед и взглянул на внука так, будто перед ним стоит незнакомец. — У тебя хватило смелости?
— Безрассудства скорей, — признался Морган. — Когда Шнобби полез к капитану обниматься, она замерла. Я уже знал тогда, что в подобных случаях ей тяжело дать отпор. Когда сам впервые, по глупости, полез к ней, то почувствовал, как она стала такой несгибаемой, словно ствол Бонко, запах её изменился, наполнился страхом… — Морган заметил, как глаза деда всё больше округляются и решил не развивать тему дальше. — В общем, как бы это лучше описать. Капитан боится собственной силы, боится причинить кому-нибудь вред по неосторожности…
— Чушь! Маргоша никого не боится! Она никогда бы не позволила Шнобби безнаказанно… — дед осекся.
— Ее зовут Мурси, — тихо подытожил Морган. — Ну, еще Мо или Матильда. Она работает на СРС, лучший агент. Знает близко Шерифа, его сына Коди, Лену Банник.
— Лена? А что Лена? Кем считает её?
— Сестрой. Один раз я подслушал разговор. Не специально, так вышло. Меня капитан просила спрятаться, чтобы Лорд не видела. А когда дозвонилась, Лена начала разговор со слов: «Чао, сестрица». Это был не спектакль в надежде запутать меня.
— Значит и вправду дочь, — дед пошатнулся и спешно уселся на стул, побоявшись упасть. Теперь он смотрел только в пустоту перед собой.
— Мурси и сама не знает, кто она. Проводники СШГ считают её грехом, созданной. Но она утверждает, что Императрица была уже беременна перед смертью.
— Всё неправда, — тяжело вздохнул старейшина. — Ни то, ни другое. Маргоша не могла быть в положении. Спасите котят, потом мы поговорим с ней обо всём. А сейчас оставь меня, хочу побыть наедине с воспоминаниями и принять решение.
— Хорошо, старейшина. Спасибо за доверие.
Морган выбежал из дома и помчался в Листол, там уже заседала группа молодых, готовых к действиям, отцов и убитых горем матерей. Среди них почему-то крутился и Легорий.
— Мне нужны сведения, — с порога скомандовал будущий старейшина. — Не переживайте, мы с капитаном сделаем всё, что в наших силах. Малышата уже скоро будут дома.
***
Мурси сидела в скайтрее и никак не могла переварить случившееся. Мало того, что она в принципе нашла самого Арика Джоргана, так он оказался еще и дедом Моргана! Удивительно, и в то же время до крайней степени тревожно. Капитан силилась удержать тайну в себе, спорила с внутренним голосом о целесообразности раскрытия своего местонахождения перед агентами, но, в конце концов, решила, что не поделиться таким грандиозным открытием хотя бы с сестрой — ужаснейшее преступление.
— Ты куда пропала? Еще и холофон с падом отключила. Френсис такой нагоняй от Шерифа получил! — вместо приветствия начала ворчать Лорд Банник.
— Так ему и надо! Зачем мне в еду сыпать седативку, а? Или че это было?
— Ты о чем? — встревожилась Лена.
— Может это моя паранойя и клаустрофобия, конечно, и запертая в сравнительно небольшом пространстве кукуха свистанула, отъезжая. Но кушанья я больше ни от кого из вас не принимаю, на всякий случай.
— Ничего не поняла, но ладно. Ты поэтому сбежала? «Воздухом подышать»? Мо, могла бы хоть меня предупредить.
— Я в отпуске, развлекаюсь с котиком. И знаешь, что мы нашли?
— Какое-нибудь редкое растение? — съязвила Лена.
— Да, цветуечек. И имя ему — Арик Джорган.
— Глупая идея так называть цветы, — хмыкнула сестра. — Так значит на Катарсисе? Родню Моргана кошмаришь?
— Да, — широко улыбнулась капитан. — Но я не специально, они сами. Такие все сурьезные, шоб ты знала, ты б заплакала. Мы просто баловались с Моричкой, шпыняли друг друга как обычно, а у его брата чуть глаза не лопнули от удивления. «Кто из вас начальник?» спрашивает. Божечки-кошечки, я как вспомню это литсо! А маманя у него, знаешь какая! У-у-у! Такая красивая кошечка, и тоже — суровая. Представь Моргана, только с грудью. Боевой отряд на смотрах какой-то, а не семейство. На меня так исподлобья зыркала, аж мурашки под кожу! О, о! Самое главное же, че звоню. Арик Джорган, которого я нашла, в числе этой самой родни!
— То есть как это? — от изумления у агента Ла утончился тембр голоса до сопрано. — Настоящий Джорган?
— Да! И знаешь, чей он дед?
— Не говори, что нашего Котика. Так не бывает! — уже прохрипела Лена. — Это же уму непостижимо!