Сильная и независимая для котика (СИ)
Огромные круглые темные глаза, аккуратный вздернутый носик, полные алые губы — образ чувственный, страстный. Рот Моргана приоткрылся, и он на своей шкуре убедился в правдивости высказанного Жаном предположения. Если бы Морган не родился катаром, то вполне возможно, столкнувшись с таким великолепием, навсегда бы забыл остальных женщин, что знал до этого. Даже сейчас, он не в силах был отвести взгляда, и Дракон вполне это понимал. На лице женщины появилась едва заметная снисходительная улыбка, маленький аккуратный подбородок приподнялся еще выше, и она медленно и грациозно продолжила ступать вниз по ступеням со своего пьедестала. В зале всё замерло, казалось, исчез даже сквозняк. Взоры персон были устремлены на Дракона, а в них не читалось ничего, кроме полного обожания и благоговения. И только Мурси завистливо поджала губы, едва слышно присвистнув.
— Морган, я поняла, аура Императрицы, — прошептала она. — Мы должны как-то реагировать?
— Восхищайтесь, Муся! — искренне ответил Морган, не сводя взгляда с красавицы, идущей к нему навстречу.
Драконша остановилась, удивлённая их перешептыванием. С ней такое случилось впервые. Она приподняла одну бровь и вдруг подозрительно сощурилась. Люди вокруг засуетились, принялись искать способ себя покалечить.
— Аура Опустошения, — шепнула Мурси и отрицательно завертела головой, показывая, что и это на них не действует.
— Так и понял, сэр.
Дракон переменилась во всем своем образе. Она помрачнела, из глаз будто молнии стрельнули, челюсть сжалась, а на лице отпечаталась страшная гримаса ненависти. Именно так она и уставилась на Моргана. От этого катару стало тошно, усилился неприятный запах йонгея, начало мутить. Но отвлекло то, что легионеры и девушки неожиданно беспричинно напали друг на друга и начали по чем зря мутузить, цепляясь за волосы и пытаясь удушить соперника.
— Лиля? — робко спросила Мурси. — Лиля, это вы? Не гневайтесь, мы не подвержены аурам. Пусть они прекратят.
— Лилиана, — поправила удивленная Драконша, действительно выключая ауру. — У тебя защита, но мутант почему не реагирует?
— Ой, этот зануда, — махнула рукой в сторону Моргана капитан. — Даже мои ауры игнорирует.
— Даже твои? — Драконша подошла совсем близко и с интересом принялась рассматривать Мурси. — Марго, ты что ли? Обратила косметические процедуры? Теперь такое убожество в моде? Тебя же всегда бесили эти канапушки!
— Они красивые! — зачем-то возразил Морган.
— Я не Марго, — покачала головой Мурси. — Я её дочь, Лиля.
— Как это? — опять не поняла Драконша. — Она решилась на то же, что и Роза? А это кто?
— Мой, эээ, партнёр. Но мы тут по делу! Большая удача встретить вас!
— И как партнер? Хороший любовник? Не девственник, надеюсь? — не слушала Лиля. Она бесцеремонно потянулась прямо к юбке Моргана, намереваясь ощупать скрытое под ней собственными руками и удостовериться в том, о чем уже нашептал Жан, но Мурси тут же загородила Моргана собой. — Жалко, что ли? Я с тобой тоже поделюсь, не изверг же.
— Не в этом дело! Я бы с радостью, но катары принадлежат только одной хозяйке, — Морган открыл было рот возмутиться, но Мурси продолжила: — Если другая женщина до него дотронется, не переживет и ухерачит себя! То есть сделает себе херабору!
— Харакири, сэр, — поправил катар.
— Точно, её самую. Но я расскажу, где взять такого же, даже лучше, и он с радостью вам отдастся, потому что любит таких женщин как мы.
— Дивно! Ладно. Поедим, я послушаю новости из мира и ваше дело, а ты мне расскажешь, где взять собственного… кажется, каджита? Правильно?
— Они предпочитают название катары.
— А, точно. Припоминаю что-то такое. А хвост есть?
— Только там где надо.
— Что ж, тогда пожалуйте к столу, — улыбнулась Лиля и повела их в другие покои.
***
Завтрак прошел в спокойной, даже можно сказать семейной обстановке. Стол ломился от лакомств, видимо благодарные за разные патенты на изобретения Лорды снабжали Лилиану всем необходимым для комфортной жизни. А что не привозили, выращивали селяне в подвесных садах. Незаметно прислуживали всё те же красивые молодые люди, а за столом помимо гостей и хозяйки присутствовали оба генерала. Александр оказался более приятной персоной, чем Жан. И хоть его одежда не отличалась простотой — белая рубаха с кружевной манишкой и такими же широкими кружевными манжетами только мешали принимать кушанья, — однако же, он не отставлял так жеманно палец, как его коллега, и в целом вел себя более скромно, всё больше обращая внимание на удобство госпожи. Говорил тоже мало, только если Лиля лично его спрашивала.
Сама же Дракон не пожелала переходить к делам на пустой желудок и поэтому вся беседа велась в основном вокруг проблем проживания и управления деградировавшими людьми и боёв с мутантами. Но ключевой темой, к которой сводились все разговоры, оставалась единственная жалоба на тугодумие деревенских жителей. Они никак не могли выкинуть из головы старое поверье, будто на каждое несчастье — случись засуха или гололед, нападение враждующих банд или просто смертоносная эпидемия — необходимо приносить жертву Дракону.
— Местные, — презрительно ухмыльнулась Лиля, увидев, с каким интересом наблюдает за обслугой Мурси. — Они не слишком умные, так что особо не засматривайся. Знаешь, живет в них понимание, что Дракону нужно приносить в жертву самых красивых девственников. А что мне с ними делать? Нет, об этом они не заботятся. Сколько раз говорила прислать мне опытного подкаченного мужика! А они считают, что гневаюсь из-за распущенности современной молодежи. Девок непорченых присылают, и с каждым полугодием мальчишек всё моложе. Приходится обучать их всему самостоятельно. Хоть какое бы разнообразие. Скука!
— О, у меня есть такая потрясная штучка! — тут же встрепенулась Мурси. — Любого мужика тебе заменит. Я гарантирую.
Морган невольно усмехнулся. Неудивительно, что бизнес капитана процветает. Она способна в любом, даже в самом неподходящем месте предложить свой товар и остаться при барыше. Изумительная коммерческая жилка. Даже прилетев за землянским оружием, капитан не устает рекламировать своего «Котика для сильной и независимой». И что поразительно, Лиля тут же заинтересовалась! Вот уж точно с этой Драконши пошли слухи о необъемном либидо всех йонгеев. Это же надо, обладать такой армией любовников и постоянно искать новые связи! Хотя, может на этом и пыталась сейчас сыграть Мурси — предложить то, что недостает и взамен попросить револьвер? Умно.
Катар брезгливо поморщился. Хорошо еще Муся его защитила от грязных рук этой извращенки. Вообще, какая нянни все-таки не такая, не как йонгеи и даже первородные. Необычная! И красота настоящая, а не воображаемая аурой. И верность, и благодушие. Забыла, правда, про правильное название ритуала, но это выглядело даже смешно. «Херабора». Придумает же!
— И часто с ним такое? — донеслось до него отдаленно.
— Бывает. Я назвала это синдром Моргана, полная кататония.
Морган улыбнулся еще шире, не отрывая взгляда от Мурси. Он понимал, что его обсуждает, но найти сил в себе и отвернуться от неё не мог. Смеется. И румянец по щекам пошел, выглядевший ярче благодаря белой одежде, делающий её живой, натуральной, одушевленной.
— Это, наверное, Зов так действует. У меня тут все в округе только об одном и думают после сексуальной революции, — расхохоталась Лиля. — Ну, оставим его, пусть наслаждается. Ты расскажи лучше, как и что на самом деле произошло в Империи? Что стало с Марго, кого родила Роза? Немногочисленные Лорды, кто еще навещает меня, похожи на твоего партнера, двух слов связать не могут. Блеют нечленораздельные звуки, да слюни пускают. Один Эд только держится, но он предпочитает у меня другие удовольствия, если ты понимаешь, о чем я. Его мало интересует политика.
— Эдмунд Ковакс? — зачем-то спросила Мурси.
— О, ты его знаешь? Тоже платит тебе за истязания?
— Вроде этого. Только кто кого мучает еще большой вопрос, — поежилась Мурси. — Не хочу о нём.