Сильная и независимая для котика (СИ)

— Вы чего, капрал? — повернулась к нему Мурси. — Как не родной. Окуковели тут в дверях.
— Просто, — процедил Морган и, развернувшись, ушел. Вот посадит корабль, обязательно вызовет её на разговор по душам и всё, всё про агента Ко расскажет.
— Ка-пец, — по слогам произнес Коди. — При всём уважении, он странный. Стоит, глаза выпучил, челюсть сжал. Я подумал, убивать пришел. И такой: «просто». Тебе не показалось, что он мне сейчас угрожал? Я ведь вчера так выступил! Клара, наверное, ему все уши прожужжала о моих талантах.
— Не проснулся еще, вот и всё, — спокойно ответила Мурси. — С ним бывает. А так, Морик добрейшей души катар. Просто более замкнутый.
— И давно его замкнуло? — гыкнул Коди.
Морган постарался больше не прикладывать усилий к тому, чтобы слушать оскорбительные реплики настойчивого ухажера капитана. То, с какой нежностью Мурси его защищала, грело сердце, хоть и не гасило странного желания поквитаться с Коди. Пусть только повод даст — покажет агенту Ко, какой он добрый катар.
Из медчасти вышла Клара.
— Ты чего? — спросила она друга, проходя мимо.
— Просто, — оскалился Морган, но больше ничего не сказал.
***
Корабль летал на орбите вот уже битый час, ожидая, когда наземные службы космопорта подготовятся к их приему. Как назло ударил необычайный мороз и работа на Илуме замерла, вмерзлась в вековечный лед планеты, без единого шанса вырваться из него по скорому. Оставалось только уповать на надвигающуюся оттепель. Жизнь в радиусе небольшого городка — жилые комплексы, развлекательные центры, даже техника в посадочных доках — застыла, напоминая поставленный на паузу кинофильм. Однако же, в условиях ожидания находились все без исключения, а поэтому волноваться причин не было. Лена, брат Жовани и возможное враждебное сопровождение их встречи застряли на полпути к цели.
Самому же Моргану показалось такое стечение обстоятельств только на руку. Теперь уж он точно не упустит возможность остаться с Мурси наедине, пока Коди увлечен ухаживаниями за Кларой. То, что подруга явно симпатизирует парню, он давно заметил. Это было, пожалуй, единственным искренним проявлением чувств агента, в котором никто ни на секунду не сомневался. И как вчера оступился в общении с Кларой, какую дал позорную осечку своим нескромным предложением, лелеяло надежду, что Дорн и сама может справиться с его настырностью. За подругу Морган больше не волновался.
Но как ни пытался катар выкроить время и возможность поговорить без посторонних ушей, ничего у него не выходило. Стоило капитану покинуть любое помещение, где есть камеры, и уйти на кухню или же к себе в каюту, так за ней следовал Коди. Он буквально накрыл Мурси, словно медным тазом, своим попечительством, не давая ей и шагу ступить без его непосредственного вмешательства, вместе с тем хороня перспективы чувственного объяснения катара с нянни. Чем еще сильней бесил Моргана. За первую половину дня не выспавшийся капрал пять раз вступал с ним в перебранку по незначительным поводам, каждый раз потом ругая себя за горячность. Наконец, разозлившись окончательно, Морган громко и настойчиво постучался в каюту капитана, где незадолго до этого Мурси попыталась спрятаться от чужих глаз, сказавшись уставшей, но и туда за ней увязался агент, не стесняясь громко во всеуслышание добавить, что поможет ей «релакснуть» как следует.
Как и ожидал катар, ничего сверхординарного без его участия не происходило. Коди сидел, а точнее полулежал на кровати. Он широко расставил ноги, футболка его при этом высоко задралась, оголяя достойный соперничества пресс кубиками, а сам агент увлеченно играл с падом, совершенно не обращая внимание на весь свой расхлябанный внешний вид. Даже если бы Мурси и вправду захотела прилечь и отдохнуть, ей бы попросту некуда было бы приткнуться! Ну не на полу же, в самом деле. Морган недоброжелательно взглянул на соперника и громко рыкнул, оскаливаясь. Но тот даже головы не поднял, настолько его увлекло получение нового уровня в тетрисе.
Сама же капитан стояла возле стола и смотрела на рукописные записи. Она задумчиво перекладывала листы, и когда вошел капрал, так и осталась в полусогнутом состоянии, только мельком взглянув вполоборота на вошедшего.
 
— Вы как раз кстати, — прогундела Мурси под нос и доброжелательно добавила: — Вас я как раз и ждала, чтобы качественно побатониться. Проходите.
— Вы знаете, я готов с вами на всё, сэр. Даже, как вы выразились «побатониться», хотя понятия не имею, что это значит, — нерешительно начал Морган, но то, что Мурси бросила свои дела, повернулась к нему лицом и во весь рот хищно улыбнулась, придало силы: — Только я предпочитаю делать это наедине. Нам бы еще обсудить поведение Коди. Совершенно не пристало иметь в команде такого ненадежного соратника. Только я не хотел, чтобы он подумал, будто бы я возвожу на него напраслину. Нет уж, давайте без него. Будет еще меня перебивать, оправдываясь.
— Я даже не знаю, как такое комментировать! — хмыкнул Коди, нисколько не меняя своего положения на кровати. — Просто двойное дно, камрад. Не с той ноги встал? Чем, а главное когда, я успел тебе поперек горла влезть? Ты весь день меня третируешь. Мо, стоит подумать и определить его на курсы по управлению гневом. Хотя мне кажется, он и там драку устроит.
— Коди, не начинай, — взмолилась Мурси.
— Это он начал и не дает мне кончить! Камрад, сколько бы ты пеной не исходил, но моё место в кровати капитана, ты меня никак не изгонишь! — явно дразнил Коди. — А пустомелить можешь как угодно. Притворюсь, что тебя не существует. Ты для меня ноль без палочки, понял?
— Какой палочки? — совершенно не понял катар.
— Морган, хоть вы будьте умней! — наигранно захныкала Мурси. — Забейте на Коди, у меня правда к вам дело есть. Расскажите мне подробно об анатомии кворчей. Всех их разновидностей. А главное, чем они отличаются.
— Что? — просьба окончательно сбила с толку Моргана.
— Анатомию кворчей. Вы же должны были изучать их повадки в Академии. Мне нужно знать о них всё. Как рождаются, где живут, чем дышат, внутреннее устройство, различие между подвидами.
— Ну, если надо, — растерялся Морган и начал наизусть зачитывать строчки из учебника. Вот в своих познаниях он не оставит не единого шанса сопернику.
Мурси сосредоточенно слушала, иногда перебивая его и прося рассказать заново, мотивируя тем, что нечаянно упустила важную деталь. Хотя все они, эти детали, казались незначительными и совершенно не показывали уязвимость предполагаемой жертвы или повадки добычи, если капитану вздумалось вдруг на них охотиться. Но что самое странное, чем дольше и подробнее рассказывал Морган, тем сильнее зевал Коди. Видя это, катар бегло взглянул на Мурси, поймал её едва заметное подмигивание, хитро ухмыльнулся и принялся припоминать те факты, которые не числились в настольных учебниках, стараясь выбирать наиболее скучные. Наконец, пад из рук агента выпал, сопровождая встречу с полом громким гулом по кораблю, Коди встрепенулся, непонимающе проморгался и покинул комнату, буркнув, чтобы те не расслаблялись, и он вернется, как только сделает себе тройное кофе.
— Хватит, это и для меня слишком, — тихо рассмеялась Мурси, стараясь, чтобы агент её не услышал за дверью. — Ваши наниматели не могли договориться между собой? Чтобы по очереди. Или хотя бы пойти на союз. Они же вроде друзья.
— У меня нет нанимателей, — подсказал Морган. — А вот у этого юнца есть, вы знали об этом?
— Конечно, знала. Думаете, ему было бы позволительно мять мой любимый пледик, если бы у меня имелся выбор? Я подозреваю СРС, но делаю, что считаю нужным, а СРС подозревает меня и ставит ограничения. Если напрямую откажусь от «заботы» Коди, они придумаю что-нибудь лепше. Но вы же в курсе, лучше известный враг, чем неизвестный. Приходится мириться с неудобствами.
— Это не забота, сэр. Это удушение. После такого вы просто не имеете права меня называть «нудным»! И значит ли это, сэр, что кворчи вам не интересны на самом деле и я мог нести любую скучную чушь? Это так, на будущее спрашиваю.