Душа снаружи (СИ)

Налия стояла на пороге и внимательно смотрела на меня, улыбаясь. В ее глазах не было ни капли узнавания. Только живой радостный интерес к новому знакомому. А у меня сердце забилось чуть быстрее. Потому что я уже видел эту медузу. Точно такая же была нарисована на туристическом проспекте Тьярегорда, что лежал в моем рюкзаке. Послание от невидимой незнакомки, которую я встретил в заброшенном городе «не здесь».
========== Часть 2, Глава 4 “Наставник” ==========
Войдя в квартиру, я обнаружил, что хозяйка ее вообще неравнодушна к медузам. Вдоль стен в кухне-гостиной было расставлено множество холстов. На каждом из них − улицы, причудливые здания и размытые силуэты прохожих. Встречались также леса и горы. Но одно было неизменно − в воздухе парили медузы. Большие и маленькие, полупрозрачные, порой едва различимые. И в каждом пейзаже они смотрелись очень органично. Будто там им самое и место, в городе или в лесу, а вовсе не в водах океана.
Часть медуз переместилась и на сами стены − они цепочкой плыли к потолку.
Налия краем глаза наблюдала за тем, как я разглядываю ее картины. Когда она отвернулась к холодильнику, где уже вовсю хозяйничала Кимми, вытаскивая и расставляя на столе бутылки с различным алкоголем, я не удержался и безотчетно провел рукой по одному из холстов. Не уверен, что картины можно трогать, но как-то само так получилось. Мне хотелось попасть в мир, нарисованный ее кистью.
Мы устроились на полу в гостиной, соорудили целое гнездовище из многочисленных подушек и пледов. Заказали пиццу, немного посоревновались в смешивании коктейлей.
Смотрели фильм ужасов, который назывался «Шлюха-вервольф придет за тобой». Кино было довольно старое, и, так скажем, его содержание полностью соответствовало названию. Но от него просто глаз было не оторвать, со всей его уродливой и нелепой бутафорией, маразматичными диалогами и сюжетом. Настолько плохо, что прекрасно. Где-то на середине фильма у меня вырвался смешок, который быстро перерос в истерику. Я не мог остановиться, сполз на пол, где и остался лежать, у меня заболели ребра, по щекам катились слезы, но остановиться я не мог, это было выше моих сил.
Налия, обрадованная моей реакцией, показала мне всю коллекцию видеокассет: «Папа в холодильнике», «Серо-мышиная резня», «Папа в холодильнике-2», «Трамвай-убийца» и «Восстание аллигаторов-зомби».
Когда закончился и фильм, и алкоголь в холодильнике, мы отправились за добавкой на правый берег реки. Мне казалось, что я уже много раз ходил этой дорогой, мне была знакома и аллея из каштанов, и набережная, выложенная большими бетонными плитами, чуть приподнявшимися от времени. И все разговоры, что мы вели, реплики, которыми обменивались мимоходом тоже были знакомы и привычны. Никогда еще не было настолько спокойно в чьей-либо компании. И как всегда, я опасался что-то учудить и этим все испортить. Поэтому старался контролировать каждый момент. Даже к коктейлям притрагивался с осторожностью. Чтобы не случилось никаких ненужных откровений. Или еще чего похуже.
Но, конечно, это случилось. И именно в тот момент, когда я почти полностью расслабился.
Мы уже вернулись из магазина, за окном стемнело, и мы валялись на полу, слушали концертный альбом одной группы. Нам всем нравилась песня номер шесть, без названия. Разговоры как-то стихли. Порой помолчать тоже бывает здорово. Можно продолжить знакомиться, даже не произнося ни слова. Достаточно понять, что человек тоже любит определенную песню.
Но это случилось снова.
Я начал проваливаться.
Реальность будто раздвоилась, поплыла. И нет, я не был пьян. Мне были знакомы эти ощущения − сначала покачнулись стены, закружилась комната, я почувствовал, будто меня тянет куда-то вниз, подступила паника. Я зажмурился, ухватился за пуф, стоящий рядом, избрав его якорем реальности. Нет, пожалуйста, только не снова…
− Эсси? В чем дело? — Налия осторожно дотронулась до моей руки, до той, которой я вцепился в несчастный пуф.
Мне хотелось вывернуться. И сбежать куда подальше, чтобы мои новые знакомые не стали свидетелем очередного припадка. Но все вдруг резко прекратилось.
 
Я медленно открыл глаза. Все вроде выглядело, как обычно. Хотя нет.
Холодильник у Налии находился в довольно необычном месте − почти посредине кухонной зоны, точно одиноко торчащая скала среди морской глади. Так вот, сейчас на этом холодильнике стоял какой-то незнакомый парень, или мужчина, которого здесь точно не было минуту назад. Он стоял и задумчиво взирал на нас, скрестив руки на груди.
− Эсси?
− Там… Нет, я честно, не нажрался, но я вижу…
Незнакомец тем временем спрыгнул с холодильника. Нет, «спрыгнул» — это не совсем верное слово. Скорее, плавно приземлился, будто за спиной у него имелись крылья. Черт, да они и правда были. Черные драконьи крылья! И я уже определенно видел его раньше.
Зеленоглазый! Тот, кого я столько раз встречал «не здесь!».
Я обернулся к Налии, которая сидела ближе всех. Силуэт незнакомца отражался в ее глазах. Значит ли это…
− Привет, Кэй, − спокойно произнесла она, не поворачивая головы. − Эй, что с тобой? — это уже было адресовано мне.
− Ты видишь его? − Кимми даже на ноги вскочила. − Или что, Кэй решил показаться?
Налия улыбнулась загадочно.
− Конечно же, он видит! Это же сразу было понятно, разве не так?
Братишка кивнул.
− Я тоже понял. Не сразу, но…
− А почему я не поняла? − возмутилась Кимми. − И почему вы двое ничего мне сказали?
Мне хотелось спросить, о чем это они, но отступивший было приступ вернулся. Накатила паника. Хотелось выскочить за дверь. Но я не мог встать. Кровь стучала в висках.
− Кэй, ему плохо! Что ты такое сделал?! - Кимми скрестила руки на груди, глаза ее метали молнии.
Зеленоглазый чуть наклонил голову, рассматривая меня.
− О, я ничего не сделал. Он и сам прекрасно управляется с самоистязанием. Так, Эстервия?
− Вы знакомы? − Сейчас даже Налия, с ее вечной невозмутимостью выглядела потрясенной.
А у меня, наконец, прорезался дар речи.
− Я… Я лучше пойду.
− Ага, конечно. — Зеленоглазый пожал плечами. — Пойду и свалюсь с лестницы. Ты не устал уже бегать, а, Эстервия?
Воцарилась пауза. Я попытался принять более устойчивое положение. Подтянул к себе пуф и облокотился об него. Налия помогла мне сесть, одними губами пробормотала «все нормально», а потом повернулась к крылатому явлению. Лицо ее не выражало ничего хорошего.
− Кэй, он что, ничего не знает? Как же так получилось? А хотя, зная тебя, вообще не удивлена…
− Ничего не знает, однако бегает по мирам регулярно. Работы мне подкидывает. И вечно, блин, как обезьяна с гранатой… − Зеленоглазый скрестил руки на груди. — Ладно, отскребите-ка это чудо с пола. Он не помирает, просто выглядит так.
−А тогда какого ему стало плохо, как только ты притащился? Нормально же сидели! — влезла Кимми.
По крайней мере, они втроем тоже видели этого парня. Как там говорится, коллективных галлюцинаций не бывает… И мало того, что видели, они ничуть не боялись его, кем или чем бы он там ни был. Но я уже давно не понимал, что происходит в этой комнате.
Зеленоглазый вскинул ладони, будто защищаясь.
− Браво, Эстервия! Всего несколько часов, а уже обрел преданных фанатов, которые за тебя порвут!
− Подожди… Ты сказал, что я хожу по мирам… − Я тщетно пытался выстроить услышанное в логическую цепочку.
− Ходишь. Бегаешь. Ползаешь. Якшаешься с давно умершими музыкантами. И одним лишь Жнецам известно, чем еще ты там занимаешься. Ох, опять это лицо. Как же так, боже мой, я схожу с ума, ах, мое фамильное безумие! — Зеленоглазый закатил глаза и приложил руку ко лбу. — Знал бы ты как я устал от твоих закидонов… Короче. Ты творишь всю эту дичь, потому что ты — странник. Родился вот таким. И вон те трое обалдуев тоже. Поэтому вы и спелись.
Опять повисла долгая пауза. Слова крылатого продолжали звучать у меня в ушах. Я понятия не имел, кто такие странники. Но важно было другое. Я не был безумен. Все что происходило со мной, было на самом деле. Я так боялся поверить в это, но сейчас, когда я получил ответ, мне стало чуть легче. Пусть я пока и не понимал, что означает этот ответ.