Сила не с той стороны (СИ)

Магнус по прибытии выдал мне результаты обследований, рекомендации и план коррекционных мероприятий. Ознакомился я с ними, да и покатил бочку своего недовольства (несколько, стоит признать, наигранного, в рамках известной мне генетики ДДГ результат был более чем достойный) на “рукосуя и недоучку”.
— Мистер Магнус, — брюзгливо начал вещать я, — вот видите, этот участок генома? — потыкал я перстом в голограмму, — вы вообще, в курсе, — последовало ехидное продолжение, — что подобное отклонение вызывает склонность к депрессивным состояниям? А если в курсе — где рекомендации по исправлению?
— Но позвольте, сэр Андерсон! — несколько возмущенно отозвался Дионик, ознакомившийся с тыкнутым участком. — Если мы заменим этот ген, то повысим вероятность возникновения шизофазических расстройств чуть ли не в два раза!
— Да-а-а? — ехидствовала моя просвещенность, — а какого, простите, хатта, вообще менять этот ген? Нам нужно оптимизировать серотониновый баланс, смотрите, — начал тыкать пальцем я, — меняем этот участок, а в результате получаем повышенную стрессоустойчивость. Да, там будет некоторое побочное явление. Отложение жировой ткани в молочных железах будет происходить с меньшей интенсивностью, — преувеличенно испуганно озвучил я, — вот горе-то какое, полразмера груди в обмен на отсутствие деструктивных психологических состояний. И откорректировать эти полразмера нам никак, если уж жить без них эта разумная не сможет, — пригорюнился я, — решено, пусть будет в депрессии, но с сиськами побольше! — глумился я.
— Может и сработать, — через десять минут подсчетов, сменив возмущенную морду лица на удивленную выдал Дионик, — сэр Андерсон, а где вы изучали генетику? Ваш подход… я вообще не сталкивался с подобным, вы предлагаете лечить отклонение отклонением! — ошарашено выдал он. — Абсолютно не укладывается в классическую школу, но… — погрузился он в расчеты на минуту. — Да, не вижу причин почему бы это не сработало.
— Семейные разработки, — нейтрально и даже не соврав, ответил я. — В целом, мистер Магнус, результат вашей работы мне понравился. Скорость оценки новых данных так же, — ехидно смотрел я на арканианца, пучившего очи на “снисходительно одобряющую его обезьяну”. — Итак, заказ будет, по расчетам я поработаю с вами, думаю, вам это будет небезынтересно. Итак, что я хочу: на основе ДНК женской особи, произвести идентичного клона, с некоторой генетической коррекцией, но в целом без изменений, — начал перечислять я. — На этой же основе, еще восемь единиц. При этом каждая из последующих должна иметь отклонения, не патологические, а именно: внешние, в виде цвета пигмента, телосложения, в ограниченном общим видом, но широком диапазоне. Внутренним: несколько различными темпами и балансами метаболизма, гормонального баланса. Фенотип… ну пусть будет примерно тот же, как и взятый, корректировать эту часть излишне.
— Сестры? — задумчиво спросил Магнус.
— И это тоже, хотелось бы, чтобы это были разные личности, причем, если пара с оригиналом допустима и приемлема, то остальные… пусть будут просто похожи, со своими отличиями и прочим. Не лишнее для психологического комфорта и становления личности, — назвал я немаловажные факторы запроса. — Да, нужен банк генов. Вообще, мистер Магнус, не откажетесь ли просветить? Я, признаться, не слишком в курсе текущего состояния вопроса генетических банков, был сосредоточен на обучении в прикладном смысле, — развел лапами я.
Ну и начал меня Магнус просвещать, причем, стоит заметить, далеко не только по банкам генов. Но по порядку:
Итак, несмотря на достаточно однобокое изучение и использование генетики ан масс в ДДГ, банки генов были. Однако, в силу буржуинности и ряда прочих моментов, были они закрытыми. Вообще, лично я имел в памяти несколько математических аппаратов расчетов, ну и механизмы направленной мутации с высокой степенью вероятности положительного эффекта. Магнус же таковых механизмов не знал, соответственно, известная ему (ну и подтвержденная как раз существующими банками) картина выглядела как перебор положительных свойств и их сохранение, искусственный отбор, а не создание, прямо скажем.
 
Безусловно, некие мутагенные инструменты и механизмы были, но все равно, в целом все выглядело крайне кустарно.
Ну а мне, по-хорошему, стоило с банками ДНК ознакомиться, не столько ради того, чтоб к лапкам прибрать (джабыч разочарованно вякнул, но и сам махнул лапкой), сколько для ориентации в направлении местной, стоит отметить, несколько расширенной в проявлениях, генетики. Рассчитать-то я смогу, сделать тоже, но обширные базы серьезно сэкономят время.
Что, в целом, логично, в рамках прикладной генетики ДДГ именно информация, описание и механизмы полезных мутаций секретом и ценностью не являлись. Таковыми были образцы, которые можно было размножить и в дальнейшем использовать. Мне же именно информации более чем хватало, так что поместив все-таки в Магнуса среднего духа на ПМЖ, озадачил я его, а он несколько сотрудников, сбором максимально полной информационной базы.
Далее шел вопрос обучения клонов. И вот тут я несколько прихудел, несмотря на надоелость сего процесса. Итак, мемо, менто и прочих скопов технического характера ДДГ не знала как факт. Был некий “мозгозонд”, криво и косо интерпретирующий поток сознания. Который, на минуточку, использовали при допросах. Допросах с пытками и наркотой, чтоб допрашиваемый думал куда надо, а не куда он желает.
Но клоны (да даже моя тушка) получали знания. Внимание, вопрос — откуда и как, ежели технологии работы с массивами памяти органика просто нет, не говоря уже об их записи?
И вот тут оказалось, что все на форсячьей тяге. Смех-смехом, но местные “базы знаний” делались мозглячно, специально обученными форсъюзерами. Кстати, не самая простая, насколько я понял, процедура, с многочисленными возможностями пустить по вагине сканируемого, сканируемое и сканирующего.
Среди тех же жидаев подобных типо́в просто не было: процесс обучения, принцип взаимодействия с форсой и разумным, многие факторы просто не предполагали “дополнительных” трахов в мозг от чебуранов, махания светошашкой и прочих жидайски-сектантских прелестей.
Да и, стоит признать, востребованность столь хитро заточенных одаренных была ограничена: для их работы нужен был чистый мозг, в противном случае, процесс “записи” с почти стопроцентной вероятностью ехал по вагине, прихватив за компанию рассудок обучаемого.
Тут, безусловно, дух разума был даже не читом, а чем-то невообразимым: возможность менять, усваивать и переписывать массивы информации, в том числе в мозг, с возможностью коррекции и исправления возможных (причем достаточно маловероятных) ошибок.
Ну и вопрос “формирования личности” у клонов просто снимался с повестки дня. Магнус пугал меня какими-то лютыми пятью, а то и десятью годами, с чудовищным процентом брака, что приводило либо к “обнулению” и недешёвому использованию “мозгописаря”, либо выкидывании сломавшегося нахрен.
Но я не устрашился и веско затребовал “тела”, и не более, остальное — не его забота. Мужик призадумался, бельмами своими на меня попырился, теорий о “наследиях раката, древних, невидимого розового единорога” в жадных лапках аристократиев-кровопийцев понастроил, но все же кивнул.
А определившись с чёрны́ми клонами, к которым моя цисгендерность была гораздо равнодушнее, в смысле коррекций (помимо некоторой поливариантности “на выбор”, предполагался фенотип двадцатидвухлетнего), я перешёл к серьёзному разговору:
— Мистер Магнус, у меня сложилась, скажем так, потребность, во многих обладающих знаниями, навыками и прочим разумных. Для, скажем так, полуавтономного существования компании-колонии. Признаться, я намеревался решать проблему населения клонированием и частичной иммиграцией, потому как несмотря на вполне достойные условия оплаты, работа предполагает либо пустотное существование, либо жизнь в агрессивной биологической среде, с закономерными последствиями, — на что внимательно слушающий Дионик кивнул. — Плюс оторванность от цивилизации, плюс ряд ограничений секретности… В общем, факторов много, и разрешить их быстро я не рассчитывал. Однако, на Аркании я обнаружил категорию разумных, подходящих под мои нужды, да и живущих в условиях, при которых предложенные мной будут раем. Да, мистер Магнус, — кивнул я понимание в глазах собеседника, — я говорю о полукровках.