Другая история (СИ)

Пожиратели даже придти в себя не успели. А когда я, немного высунувшись, послал прямо в круг огненное копье, они вообще бросились врассыпную.
Я начал отползать в сторону кубка, причем сделал это очень вовремя, потому, что в то место, где я только что находился, полетели всевозможные убийственные и не очень заклятья.
Больше всех бесновался Лорд, а у меня появилась надежда все-таки выполнить один из ритуалов, а именно - воссоединение, которое заставит все оставшиеся осколки его души соединиться практически в одно целое, без пары кусков. Но для этого мне нужно было спрятаться, причем желательно поближе к кубку. Ритуалистика не терпит суеты. И если, чтобы выпустить заклятье, мне понадобится секунд десять, то для того, чтобы все подготовить, времени необходимо побольше.
Я полз, стараясь как можно сильнее слиться с землей, впервые жалея, что моей специализацией никогда не являлась трансфигурация и я так и не успел освоить анимагию. Мне повезло, что на улице стояла ночь, а кладбище озарялось только ущербной луной да догорающим огнем импровизированного очага, на котором варили новое тело для старого Темного Лорда.
Спрятавшись за каким-то богатым и огромным надгробием, я устроился поудобнее и начал накидывать матрицу будущего заклятья прямо на земле. Меня пока не замечали, но я все равно нервно оглядывался, реагируя на каждый шорох. И Лорд, и его слуги почему-то не уходили далеко от того небольшого участка, который был освещен костром. «Темноты боятся, наверное», — мелькнула у меня в голове идиотская мысль. Как бы то ни было, но времени мне хватило, чтобы зафиксировать матрицу и вплести в нее заклятье, капнув при этом в центр своей крови. А это все-таки хорошо, что Лорд именно моей кровью воспользовался, таким образом облегчая мне жизнь при сотворении обрядов. Готово, теперь можно и побегать. Я тщательно затер свои художества, в них уже не было никакой необходимости, нужно было только заклятье-ключ выпустить, чтобы матрица сработала.
Я встал, отряхнулся и вышел из-за надгробия, отметив про себя, что, скорее всего, тот несчастный, что здесь похоронен, плохо кончил. Есть такая тенденция: чем шикарнее гроб и роскошнее поминки, тем менее честны на руку те, кто провожает в последний путь усопшего. К разного рода известным и уважаемым людям это, конечно же, не относится. Так что, может я и не прав, и покойный был просто знаменитым ученым, например, но философствовать можно было и в более удобном для этого месте, поэтому я быстро прервал свои такие странные мысли.
Я подошел поближе к костру. Все суетились и совершенно не обращали на меня внимания. Даже как-то обидно стало.
— Я принимаю ваш вызов, сударь, — громко крикнул я, отмечая, что злополучный кубок находится совсем недалеко.
Все, как по команде, обернулись в мою сторону. Я обозначил головой условное приветствие и встал в условно боевую стойку. Левая рука, лишенная привычной даги, была пристроена на пояс. Через минуту меня практически окружили пожиратели, а Лорд вышел ко мне и зашипел.
— Ты сейчас умрешь, Гарри Поттер, — и он направил на меня палочку. Видимо, беготня вокруг костра немного вернула ему разум, и он решил действовать наверняка.
Я глубоко вдохнул, одно из условий было выполнено: он стоял прямо напротив меня. Сосредоточившись, я тоже решил не медлить. В тот момент, когда я выкрикнул заклятье-ключ, я заметил, что в мою сторону летит зеленый луч Авады, выпущенной Лордом, а с другой стороны - еще какой-то предмет. Последняя мысль, что пришла мне в голову, была о том, что я не успеваю уклониться. Но тут предмет, который оказался то ли быстрее Авады, то ли раньше запущен в полет, больно ударил меня в живот, так, что я согнулся, невольно обхватив кубок - а это был именно он - руками.
Еще я успел заметить, как Лорд дернулся и дотронулся пальцем до виска, значит, мое заклятье достигло цели - во всяком случае, я на это надеюсь.
Вывалился я на травку прямо перед гудящими трибунами и попытался перевести дух. Я не уверен, что тот, кто швырнул в меня кубок, действовал с благими намерениями. Как же мне больно! Мой неизвестный помощник знал, что кубок является порталом, поэтому руками его не трогал, а воспользовался магией, причем он явно не рассчитал силы. Профессора Снейпа на кладбище не было, а кроме него об этом нюансе знали только сам Лорд да Хвост. Хотя, учитывая, что Лорд отличается повышенной болтливостью, не удивлюсь, что он сам все рассказал своим преданным слугам. Вот только, что мне делать с Долгом жизни, да еще и непонятно, перед кем?
 
Вставать не хотелось, и я так бы и лежал в обнимку с кубком примерно вечность, но расслабиться мне не дали. На меня налетела толпа. Я только успел прикрыться кубком, чтобы не растоптали ненароком.
Топтать меня никто не собирался, зато подняли на руки и потащили к трибунам вместе с кубком.
А оттуда бежали еще какие-то люди, среди которых я увидел Гермиону, которая никак не могла ко мне пробиться, ее просто все отталкивали. Краем глаза я заметил, что она вытащила палочку.
Меня опустили на землю, перед торжественно выступившем вперед министром Фаджем. Министр пожал мне руку и вручил чек на десять тысяч галеонов.
Затем он начал общаться с журналистами, а я потихоньку попятился назад. Увидев внимательно смотревшего на меня наставника, я поднял вверх один палец. Профессор Снейп кивнул и направился в сторону замка. Наверняка министру сейчас преподнесут сюрприз в виде давно умершего, но очень шустрого для мертвеца Барти Крауча.
На меня внезапно накатили усталость и какая-то апатия.
— Гарри, что ты будешь делать с такой кучей денег? — это спросил меня Фред, который был одним из тех, кто подбежал ко мне первым.
— В банк положу, в сейф. Галеоны лишними не бывают, — я пожал плечами, и снова начал выискивать в толпе Гермиону.
— Гарри, ты ничего не хочешь нам сказать? — голос директора раздался совсем рядом. Я медленно повернулся к нему. Привычно отводя взгляд, хотя я сейчас довольно прилично владел окклюменцией, я пробормотал.
— Нет, а что я должен хотеть сказать? Я прошел лабиринт, выиграл, вот кубок. Правда, он какой-то норовистый оказался, взял и вышвырнул меня перед трибунами. Так и было задумано?
— Нет, — директор покачал головой. — Вот это-то и странно. Но, надеюсь, мы разберемся, что к чему.
— Конечно, вот, возьмите, — я сунул слегка опешившему директору кубок в руки, на мгновение пожалев, что тот уже не является порталом. Многое бы я отдал, чтобы посмотреть на встречу бывшего учителя с бывшим учеником. — Вы уж разберитесь с этим безобразием. — Я улыбнулся и снова попытался направиться к замку. Живот болел так, что хотелось просто свернуться где-нибудь в клубок и пожалеть себя.
— Гарри, — наконец, я услышал голос, который хотел сейчас услышать больше всего на свете. Гермиона пробилась ко мне и, взяв за руку, потянула туда, куда я так хотел попасть — в замок. — Я волновалась, — прошептала она. Мы достаточно быстро вышли с территории, окруженной светом.
— Подожди, — меня вдруг снова скрутило, видимо удар был такой силы, что мне немного отбило внутренности. — Давай немного посидим, а потом дальше пойдем. — Я огляделся. Мы отошли уже достаточно далеко, чтобы не быть замеченными в окружившей нас темноте. Возле лабиринта праздник набирал обороты, и про меня все просто уже забыли.
— Что с тобой? Ты ранен? — прохладная ладошка опустилась на мой лоб, а я просто повалился на колени, пытаясь не стонать от боли. Ну почему обезболивающее заклятье нельзя накладывать на самого себя? — Гарри, не молчи!
Она опустилась рядом со мной, а я, чтобы хоть немного отвлечься, привлек ее к себе и поцеловал. Наверное, это было самовнушение, но мне стало гораздо легче, когда я, наконец, отпустил девушку. Она несколько мгновений молчала, и все эти мгновения я ждал вполне заслуженную пощечину. В темноте я видел только ее силуэт. Гермиона поднесла руку ко рту и дотронулась до губ.
— Зачем? — еле слышно прошептала она.
— Затем, что мне больно, меня сегодня чуть не убили, так что я достоин награды, — я нес ахинею, но остановиться было сложно. С еле слышным стоном я поднялся и протянул руку Гермионе. — Побудь еще немного ангелом милосердия и проводи меня до больничного крыла.