Другая история (СИ)

— Я не знал, я думал, что ты навсегда отреклась от меня, — Блэк говорил тихо.
— Ты мой сын! Запутавшийся, попавший под чужое влияние, но сын! Ты последний из Блэков! То, что я сгоряча выжгла тебя с гобелена, ничего не значит. Если бы значило, ты бы не смог сюда войти, и сейфы были бы для тебя заморожены, — она замолчала, а затем, как-то совершенно неаристократично всхлипнув, продолжила. — Как же ты без меня будешь? Ты же не приспособлен ни к чему.
Блэк молчал довольно долго, а потом подошел к портрету и провел рукой по нарисованной щеке.
— Прости меня, мама.
========== Глава 26. Ошибки молодости. ==========
Мы сидели на кухне, самом обжитом месте в этом огромном, но заброшенном доме и пили чай, который приготовил наставник. Старый эльф по имени Кикимер совершенно одичал и сейчас только рыдал, сидя в углу тут же, на кухне, размазывая слезы по лицу грязным полотенцем.
— Ты изменился, — профессор Снейп сидел за столом и разглядывал Сириуса. Тот выглядел сейчас гораздо лучше, чем при нашей первой встрече, но все равно был каким-то изможденным.
— Двенадцать лет - достаточный срок, чтобы многое передумать. Мы такими придурками были в молодости, сейчас даже вспоминать неохота, — Блэк отхлебнул чай и обхватил кружку обеими руками. — В Азкабане очень холодно. Там всегда холодно, мне иногда кажется, что я уже никогда не согреюсь.
— Ты в курсе, что тебе, кроме молодости, вспоминать практически нечего? — вдруг спросил наставник.
— О чем ты говоришь?
— Тебе память стирали, причем часто, а может и не часто, а сразу после побега подчистили, сейчас сложно сказать.
— Я не хочу пока об этом думать, хорошо? — Сириус снова отхлебнул чай. — Я чувствую, что мне чего-то не хватает, вот здесь, — он коснулся виска, — какие-то обрывки, которые не связаны ни с чем конкретным, но думать я об этом пока не хочу.
— Это я передал содержание пророчества Темному Лорду, — вдруг сказал наставник.
— Что?! — мы с Блэком вскрикнули одновременно.
— То. Понимаешь, та ситуация… она мне непонятна. Очень уж она твою напоминает. Я случайно услышал, как это пророчество произносилось. Не смотри на меня так, — он покосился на меня, — не только ты иногда подслушиваешь то, что не предназначено для твоих ушей, — я покраснел. — Так вот, мое отношение ко всякого рода пророчествам ты знаешь, поэтому я просто пожал плечами и хотел отправиться домой, но буквально через минуту я уже стоял перед Темным Лордом и бодро рассказывал ему этот бред. А вот время с момента, когда я услышал пророчество и как добирался потом до ставки Лорда, у меня из памяти странным образом выпало. Больше подобных эпизодов я за собой не замечал, но факт остается фактом.
— Бред какой-то, — Блэк провел руками по лицу.
— Бред, — наставник покосился на меня. — А у тебя, Поттер, такие моменты проскальзывали, как будто ты чего-то вспомнить не можешь? — он должен был спросить, иначе никак нельзя было объяснить этот разговор в моем присутствии.
— Нет, не замечал, — я уткнулся в чашку.
— Ну, хоть какая-то позитивная новость, — пробормотал Сириус. — А ты знаешь, почему я тебя доставал в детстве? — вдруг спросил Блэк.
— Понятия не имею. Ты не думаешь, что твои воспоминания здесь не уместны?
— Я не хочу, чтобы мой крестник повторял мои ошибки, — ответил Блэк довольно резко. — И так столько дерьма на нас свалилось.
— Ты бы с Люпином поговорил, а то он скоро взвоет.
— Не хочу, пока не хочу. Мы ведь его подозревали, думали, он с Сивым…
— Вы идиотами были, хотя я сейчас не уверен, что это было вызвано естественными причинами. У Поттеров не дом был, а проходной двор, и зачем им вообще Фиделиус понадобился? От Люпина скрываться?
— С чего ты взял это?
— Да к ним все соседи в гости наведывались, — наставник протер глаза.
— Откуда ты это знаешь? Ты же никогда в Годриковой впадине не был.
— Кингсли рассказал. Когда допрашивал. Он еще удивлялся, почему их вообще так долго искали.
— Видимо, твой Лорд нас переоценил, — Блэк закрыл лицо руками. — Гарри, я понимаю, что не образец для подражания, но, если мы друг друга получше узнаем, то, возможно, какие-то отношения, близкие к родственным, сможем наладить?
 
Я кивнул. Мне было не по себе, но этот человек пережил достаточно, чтобы отнимать у него иллюзию чего-то настоящего. Тем более, что он не знал Гарри Поттера, так кому будет хуже, если он будет думать, что я — это он?
— Спать нужно идти. Это ты сейчас профессию бездельника будешь осваивать, а мне еще пытаться детей хоть чему-нибудь научить с утра нужно будет, — профессор поднялся.
— Ты иди, Кикимер, вроде, приготовил три спальни. Наверху, какую найдешь, там и устраивайся. А мы еще посидим, если Гарри не против, — Блэк задумчиво рассматривал чаинки, плавающие в чашке. — И все-таки, знаешь, почему мы с Джеймсом на тебя нападали постоянно? — наставник, уже взявшийся за дверную ручку, остановился и покачал головой, не глядя на нас. — Мы тебе завидовали.
— Что?
— Тебе все давалось легко, все заклятья, все зелья, даже эта скучная история… Ты что-то постоянно изобретал, что-то принципиально новое, и не прилагал к этому никаких усилий. То, что нам приходилось зубрить и во что пришлось вкладывать колоссальное количество сил, для тебя было просто. И ты еще всегда так удивлялся, что это за дебилы тебя окружают, элементарного понять не могут? Единственное, что тебе не давалось — это полеты, но и то, скрипя зубами и набив себе кучу синяков, ты все же научился прилично держаться на метле. Как же нас это бесило, ты даже не представляешь.
— И поэтому все эти нападки? — голос наставника звучал скептически. А я сидел и прикидывался стулом, чтобы они не вспомнили обо мне и не перестали откровенничать.
— Ага, — Блэк усмехнулся. — Которые даже разнообразием не отличались, и направлены были только на плачевное состояние твоих одеяний.
— Я помню.
— Дети пытаются бить по самому больному, такова их природа, а у тебя, кроме твоей вопиющей бедности, особо больных мест не было, — Блэк задумался. — Мне даже в голову не могло прийти, что у кого-то может просто не быть денег на новую мантию.
— Кто рассказывал вам о моих экспериментах?
— Хвост, — Блэк снова усмехнулся. — Ты разве не знаешь, что его анимагическая форма — крыса? И эта крыса сейчас в Хогварте обитает, а именно - у одного из Уизли. Я многого не помню, но газету, которую ткнули мне в лицо еще в Азкабане, я запомнил очень хорошо. Там как раз на колдографии семейство Уизли было изображено и одна очень знакомая крыса.
— Короста, — не выдержав, ахнул я. Вот почему эта крыса мне не нравилась. А я тот еще дурак, что мне стоило ее на заклятье проверить? Вот, что значит молодость. Прав был наставник, только я продолжу, до двадцати лет ни у одного индивида мозгов нет.
Мужчины одновременно посмотрели на меня, словно осознав, что находятся на кухне не одни.
— Ты сказал об этом Кингсли? — наконец, напряженно спросил Блэка профессор.
— Нет, меня про Питера больше не спрашивали, — Сириус нахмурился и забарабанил пальцами по столу. — У них там какие-то межведомственные разбирательства начались. Никак не могут найти тех, кто меня арестовывал и допрашивал. Оказывается, архив, где и мое дело хранилось, три месяца назад сгорел, так что сейчас трудно концы найти. Крауч отрицает все, даже на веритасеруме настоял. Не он отдавал приказ — это все, что смогли выяснить.
— А чем с тобой остальное время занимались?
— Торговались насчет компенсации. Во мне очень кстати проснулась жадность. Я же говорю, что придурком был, думал, что мать меня на улице без гроша оставила. Так что я отъедался за казенный счет и пытался хоть немного в себя придти. Да ты же присутствовал на допросах.
— Только на официальных. Могли быть беседы «не для протокола». Так, Поттер, займи у своей подружки ее чудовище и договаривайся с ним как хочешь, но крыса должна находиться под постоянным пристальным контролем. Это наполовину книззл, а они твари очень умные, так что должно получиться.