Зов пустоты

Приказал себе угомониться. Вряд ли кто-то в гимназии жаждет нашей с Джолисом смерти. Значит, река безопасна. Безопасна, я сказал! Оказывается, все-таки остались вещи, которые меня пугали. Но некогда было себя уговаривать. Вместо этого я ступил на мост. Старался идти как можно быстрее, только мост подозрительно покачнулся, и я едва не встретился с огненными волнами. Нет, надо быть осторожным и аккуратным. Шаг, еще шаг. Вряд ли Джолис там бабочкой порхает. Я неторопливо дошел до середины, остановился на миг — и снова продолжил путь, как вдруг из огненной реки выстрелил вверх фонтан лавыпрямо мне под ноги. Я едва успел защититься, заклинание, как оказалось, прочно въелось в память, и использовать его стало легко. Все-таки обучение приносило свои плоды. Шаг, еще шаг. Новый огненный фонтан, и на этот раз я был готов. Поднял щиты, защитил ноги, постарался стабилизировать мост. Теперь можно и чуточку ускориться.
До конца пути оставалось каких-то пять перекладин, когда на мост с высоты спикировала огромная птица. Неживая. У нее был металлический клюв, а вместо глаз — горящие рубины. Узнаю фантазию куратора Синтера.
— Кыш, — шикнул на птицу, она противно каркнула и кинулась на меня. Когти оказались тоже металлическими. Она норовила впиться в лицо, нападала сверху, била крыльями. Поначалу я попытался отбиться, затем призвал заклинания, блокирующие магию, и направил внутрь птицы. Ничего! Что же делать? Изловчился — и с безумным криком кинулся бежать, когда птица пошла на очередной виток. Долетел до последней перекладины — и прыгнул. Вовремя, потому что в эту же секунду крепления моста оборвались и он рухнул в огненную лаву. Моя противница тут же испарилась, а впереди была тропа. На первый взгляд — безопасная. Она шла между двух скал, вилась узкой змейкой, но что-то я не верил ее безобидному виду. Пошел медленно, прощупывая заклинаниями пространство перед собой.
Первой среагировала магия — сигнал опасности почти оглушил, и я рухнул на землю, а там, где только что стоял, пролетела стрела. Так, значит? Стрелы — полбеды, от них защитит элементарный щит. Вот только они не появлялись ниоткуда. Стрелок поджидал меня в конце тропинки. В его руках был арбалет — тяжелый, увесистый. Лица у моего противника не было — его скрывала решетчатая защитная маска, из-под которой доносилось гулкое сипение. Как только стрелок понял, что его оружию меня не достать, арбалет полетел в сторону, а он молниеносно выхватил кнут. Огненный язык коснулся моей щеки, брызнула кровь, а я вскрикнул от боли.
Мне нужно оружие! Но, увы, призывать его я не умел. Придется действовать хитростью. Я дождался, пока враг снова замахнется кнутом, призвал ледяное заклинание на руки — и вцепился в кнутовище. Попался! Дернул на себя, лишая противника игрушки, и замахнулся сам. Кнут весело щелкнул, выбивая искры. Незнакомец отбил атаку щитами, подхватывая с земли арбалет, и выстрелил. Стрела летела точно мне в грудь. Не знаю, как хватило ловкости извернуться и отбить опасное оружие, но кнут помог и тут. Стоило ему коснуться стрелы, и она отлетела в сторону, а я прыгнул вперед. Хватит игр!
Противник рассмеялся — и растаял, а я замер, озираясь по сторонам. И где он? Меня пропустили дальше? Вот только тропка сворачивала под прямым углом. Как бы заглянуть за поворот? Помог тот самый лед. Я подумал — и создал из него небольшое зеркало, которое вместилось в ладони. Высунул зеркало из-за поворота — и отражение мне не понравилось. Ну, куратор Синтер! Когда-нибудь я припомню такие шутки.
Спокойно, Фил, еще немного. Подумаешь, трехглавый дракон из легенд. Зато за его спиной виднелся выход. Уже близко! Надо только сосредоточиться, всего один бой! И с пальцев сорвалось атакующее заклинание. Дракон облизнулся и с удовольствием его проглотил, а я снова спрятался за угол. Это что еще значит? Магией мне его не достать? Другого оружия у меня не было, да и бросаться с мечом на дракона — скорее глупо, чем дальновидно. Что же делать? Что я вообще знаю о драконах? Есть миф, что они — существа разумные.
 
— Добрый день, — крикнул, продолжая наблюдать за драконом в зеркало. — Не будете ли вы так любезны пропустить меня к выходу?
Ответа я не ждал, но проверить надо было. Поэтому, когда раздался хрипловатый голос, едва не сел на месте.
— Сначала надо было спрашивать, потом магией швыряться, — просипел дракон. — Кхе-кхе.
Что? Я не сплю, не брежу?
— Значит, не пропустите?
— Пропущу, если разгадаешь мою загадку. Выходи, не бойся, я детьми не питаюсь.
Я покинул свое убежище и замер перед древним ящером. Конечно, это была иллюзия, но Синтер мог призвать и какого-нибудь духа, так что надо быть вежливым.
— Итак, дашь правильный ответ — пропущу к выходу, ошибешься — испытание будет провалено.
— Слушаю вас, — ответил тихо, а дракон уставился на меня сразу тремя парами желтых глаз, и стало жутко.
— Она была одной из прекраснейших воительниц Гарандии, но полюбила человека, который не мог ответить ей взаимностью, потому что в его сердце жила другая женщина. Тогда она убила его возлюбленную — и лишилась всего, потому что тот, кто был ей мил, умер от горя. В безумии своем она разрушила половину мира прежде, чем нашелся тот, кто лишил ее силы, но не бессмертия. Имя ее известно всякому в Гарандии — а вот о том, кто она, люди забыли. Твой ответ, Филипп Вейран?
Если бы я знал! Говорил мне отец, что надо хорошо учить историю. Я сел на каменистый пол и задумался. Разрушила половину мира? Даже не слышал о таком. Тем более из-за несчастной любви. Странно… У ног заклубился знакомый серый туман. И вдруг вспомнилась фигура рядом с Анри в моем видении. Женская фигура. Может ли быть…
— Пустота, — ответил я.
— Что? — переспросили три пасти сразу.
— Мой ответ — пустота. Так мы ее знаем, а ее истинное имя мне неизвестно.
Дракон хрипло рассмеялся и наклонился ближе.
— Неудивительно, — хмыкнул он. — Я вижу ее печать над твоим родом, Филипп Вейран. Будь осторожен, ступая на путь. Не уподобься ей, не стань пустыней.
И дракон исчез, а я так и остался сидеть, глядя на выход. Что он имел в виду? Неужели пустота — это не другой мир, а чья-то сила? Или тюрьма? Но время шло. И третья ступень была близко. Я пошел к выходу, распахнул дверь настежь — и свет ослепил глаза.
— Ты пришел первым, Филипп, — раздался довольный голос Синтера.
— Ура! — раздался счастливый возглас Лиз.
На меня налетели зрители: хлопали по плечу, что-то спрашивали, а я слышал их будто сквозь толщу воды и пытался ухватить что-то важное, ускользающее от меня. Вот только что?
  
ГЛАВА 26
 
Полина
Конечно, у Лерьеров тоже был родовой замок, но имение герцога поражало воображение. Нет, его отчий дом не был изысканным. Скорее от него исходила сила. Стены этого замка могли выдержать многодневную осаду, а сам он казался исполином. Мне понравилось здесь с первого взгляда, первого вздоха. Внезапно стало так спокойно! Может, у замка Дареаля есть собственная магия?
Слуги суетились вокруг нас с герцогом, но он даже не стал переодеваться с дороги.
— Где Вильям? — спросил у высокого сухопарого старика. Видимо, дворецкого.
— Месье Вильям в своей спальне, — ответил тот, и герцог поспешил к лестнице.
Я подумала минуту, будет ли уместным пойти за ним. Все-таки я светлая магичка, владела некоторыми навыками исцеления и могла быть полезна, поэтому решилась и пошла следом. Комнаты юного герцога располагались на третьем этаже. Здесь было так темно! Даже вдоль коридора окна скрывали тяжелые шторы, а Дареаль уже толкнул массивную дверь. Внутри и вовсе было смутно видно кровать. Лицо Вильяма выделялось белым пятном на подушке. Мальчик действительно выглядел плохо.
 
— Вил! — Этьен сел на край кровати.
— Папа? — прошептал тот недоверчиво, открывая глаза. — Папа! Ты все-таки приехал!
— Конечно. — Дареаль осторожно обнял сына. — Разве я мог не приехать? Что случилось?